все еще была слегка дезориентирована в пространстве, так что он буквально силой затащил меня в свою машину, вытащил из моей руки топор и бросил его на заднее сиденье. Мы поехали… куда-то. Городской пейзаж за окном сливался в цветные полосы, как будто на меня действовал эффект Доплера, хотя скорость наша была и далеко от космической.
— За все долгую и полную приключений жизнь мне довелось увидеть несколько весьма экзотических способов сбить вертолет, — сказал Кларк. — И хотя твой был не самым эффектным, но он явно заслуживает места в топе. Я впечатлен, Боб.
— Спасибо, Джон, — ясное дело, я имела в виду не его слова о вертолете.
— Всегда пожалуйста, — сказал Кларк.
— Ты с самого начала знал, что этим все и кончится?
— Догадывался, — сказал он.
— Куда мы едем?
— К старым каналам.
Брошенные ирригационные каналы, в которых уже давно не было никакой воды, кроме дождевой, пронизывали эту часть города, и молодежь частенько устраивала гонки по их высохшему днищу. Разумеется, по ним можно было покинуть закрытый на карантин район, если…
— Неужели там выезды не перекрыты? — спросила я.
— Перекрыты, — сказал Кларк. — Но больше для вида. Там только заграждения, которые никто не сторожит.
— Полный локдаун, — сказала я.
— Видимо, Город привык, и эпидемия уже не кажется нам такой уж страшной, — сказал Кларк.
— Угу.
Кларк протянул мне пачку влажных салфеток.
— У тебя кровь на лице.
— Это не моя.
— Боюсь, что на этот раз все-таки твоя, — сказал Джон. — В козырьке есть зеркало.
— Я все равно ни черта не вижу, — сказала я. — В смысле, что-то вижу, но без подробностей.
— В ушах звенит?
— Только когда ты говоришь.
— Похоже на легкую контузию, — сказал Кларк.
— У тебя есть какие-нибудь таблетки от легкой контузии?
— Только болеутоляющее.
— Пойдет.
— Посмотри… а, ну да, — он открыл перчаточный ящик, и, недолго в нем покопавшись, выдал мне пузырек. — Можешь оставить себе.
Я проглотила пару таблеток и провела влажной салфеткой по лицу, постаравшись не прикасаться к тем участкам, которые болели. Судя по тому, что снаружи стало темнее, мы достигли района каналов, где не горели уличные фонари.
— Это дорога в один конец, Джон, — сказала я. — Но ты еще можешь соскочить. Вряд ли кто-то из агентов успел тебя опознать.
— Я слишком стар, чтобы начинать бросать напарников, — сказал Кларк.
— Ты хорошо подумал?
— И еще я слишком стар, чтобы думать над одной мыслью дважды, — сказал Кларк.
— Откуда ты вообще тут взялся?
— Хороший знакомый из центра общественного контроля сообщил мне, что твоя машина снесла пост и проникла в карантинную зону, — сказал Кларк. — Из чего я сделал несколько выводов. Что в машине была ты. Что у тебя должна быть достаточно веская причина так поступить. И что добром это не кончится. А все остальное было решено при помощи моего развившегося за долгие годы оперативной деятельности чувства своевременности и штурмовой винтовки М-16.
— И что дальше? Куда мы хоть едем?
— Дальше мы сменим машину и уберемся из Города, чтобы в спокойной обстановке обдумать наши дальнейшие шаги.
— Ты понимаешь, что мы идем против теневого агентства? А значит, и против всего теневого правительства?
— Я за него не голосовал.
Это старая шутка, суть которой заключается в том, что никто за него не голосовал. Эти ребята сами себя назначили главными, и, что самое печальное, у них оказалось достаточно силы, чтобы навязать обществу нынешнее положение дел.
Выступать против них было чистой воды самоубийством, и я пыталась Кларка от него отговорить. Но, наверное, проще было бы уговорить гору отправиться ко мне навстречу.
— Я уже знаю, каким должен стать мой следующий шаг, — сказала я. — Джон, как насчет той информации, которую я просила тебя раздобыть?
— У меня как раз сейчас там человек внутри, — сказал Кларк. — Но на связь он еще не выходил.
— Очередной хороший знакомый?
— Больше, чем просто знакомый, — сказал Кларк.
— Джон, — сказала я, тщательно подбирая слова. — Как человек, обладающий опытом долгих лет оперативной деятельности, ты должен понимать, насколько сейчас важен фактор времени. Нельзя ли твоего больше, чем знакомого как-то поторопить?
Фактор времени был не просто важен. Я чувствовала, что время на исходе, что его практически не осталось, но Кларк молчал.
— Джон, — позвала я.
— Я думаю, Боб, — сказал он. — Если он начнет торопиться, то может совершить ошибку, которая его выдаст. С другой стороны, я уверен, что способ, которым он туда проник, можно использовать не больше одного раза, а потом они прикроют эту дыру в безопасности…
— Проник? — изумилась я. — То есть, ты хочешь сказать, что за это время сумел внедрить в суперкрутое теневое агентство человека со стороны?
Я-то думала, он кого-то завербовал или вынудил к сотрудничеству, используя подкуп и шантаж.
Снаружи потемнело еще сильнее, и цветная полоса превратилась в черную. Похоже, мы въехали в какой-то туннель. Если так, то мы уже должны были выбраться из закрытого на карантин района.
— Я бы не назвал это внедрением, — сказал Кларк. — Это, скорее, тайное проникновение.
— Сейчас самое время спорить о терминологии, — согласилась я. — Так что ты решил?
— Что ты права и мы рискнем, — сказал Кларк и достал из кармана какой-то навороченный телефон с выдвижной антенной. Это я даже своим затуманенным зрением смогла рассмотреть.
Правда, с трудом.
— Постой, — вздохнула я. — Как ты оцениваешь вероятность, что этим звонком мы поставим твоего человека под удар?
— Черт знает, — сказал Кларк. — Но он справится, я уверен. Его опыт оперативной деятельности меньше моего всего-то на несколько десятков лет.
Не отвлекаясь от дороги, Кларк одной рукой набрал комбинацию клавиш. Какое-то время из динамика доносилось только шипение, которое сменилось недовольным мужским голосом, продирающимся сквозь помехи.
Словно они не по телефону разговаривали, а при помощи каких-нибудь древних ламповых радиоприемников.
— Ну?
— Ты нашел? — спросил Джон.
— Я работаю, Джон. И я уже близок.
— Это отлично, Чавез, — сказал Кларк. — Но насколько ты близок?
— Как Никсон к импичменту после того, как вскрылся Уотергейт, — сказал Чавез. — Джон, ты в курсе, что эти люди занимаются какой-то антинаучной фигней?
— Удиви меня, — сказал Кларк.
— Я покажу тебе пару файлов после того, как мы закончим с этим делом, — пообещал Чавез. — Вот, нашел то, что тебе нужно. Проект «Новые горизонты», кодовое имя объекта — Хэм. Диктую координаты.
Он вывалил в эфир несколько строчек цифр, запомнить которые у меня не было ни единого шанса. Но Джона это ничуть не смутило, видать, у него память получше моей.
— Принял, — сказал Кларк. — Теперь выбирайся оттуда.
— Я лучше досижу до конца своей смены, — сказал Чавез. — Так это привлечет меньше внимания.
