пор, пока весь этот рой вокруг Дракона не полетит в нашу сторону.
– Ага – и вот тогда-то мы и бросим эту деревню им на съедение?
Капитан насупился еще больше.
– В воздухе мы не будем в большей безопасности. Ты сам это знаешь. Но там у нас будет больше шансов дать отпор этим гадам – когда у корабля будет пространство для маневра, а не завязнув в этих дюнах. С нашей стороны это будет лучший способ помочь жителям этой деревни.
– Удрать отсюда?
– Заманив за собой та’винов. – Дарант повернулся, чтобы обвести быстрым взглядом палубу. – Вдобавок мы гораздо лучше оснащены, если дело дойдет до драки.
Райф не был уверен, что это так. Будучи вором, он знал, какие преимущества дает хорошее укрытие. И в данный момент их нынешнее место на окраине деревни, прикрытое дюнами, выглядело с этой точки зрения весьма привлекательно.
И все же «Огненный дракон» явно готовился к битве. Его пушки были заряжены как цельными железными ядрами, так и снарядами, способными разлетаться в воздухе на множество остроконечных стрел, разрывая свою цель в клочья. На направляющих баллист уже покоились тяжелые стальные копья – оставалось лишь отвести их назад лебедками, натягивая огромные луки.
У корабля имелось и еще одно дополнительное средство защиты – в виде четырех пар крыльев. Заместительница Даала, Тамрин, должна была возглавить атаку рааш’ке, задачей которой было оттянуть на себя часть та’винов и не позволить им подобраться к летучему пузырю наверху. Это была жизненно важная задача. Хоть летучий пузырь корабля и был разделен на несколько секций, при достаточно серьезных повреждениях он в конце концов уже не был бы способен выполнять свои функции, и корабль врезался бы в песок.
Райф с трепетом наблюдал за этими заключительными приготовлениями. Дарант заметил какую-то проблему и отошел, громогласно указывая, как ее исправить. Его дочь Глейс быстро прошла по палубе, проверяя готовность экипажа и вооружения. Характер у нее был твердый, но спокойный и отзывчивый. В отличие от ее отца, который регулярно орал на всех в гневе и раздражении.
Райф проводил ее взглядом.
«Они и вправду неплохо дополняют друг друга».
Потом он повернулся к корме, намереваясь продолжить свое бдение, но так туда и не добрался. Из медного раструба возвещателя послышался голос Фенна, который находился сейчас в рулевой рубке. Звучал тот глухо и безжизненно, так что не передал всей сути его сообщения.
– Дракон зашевелился! Враг движется на юг!
Отчаянно загремели колокола, призывая всех занять свои боевые посты.
Дарант выругался и бросился в рулевую рубку. Райф поспешил за ним, пробежав мимо Глейс, которая осталась на палубе, чтобы проследить за их взлетом. Он увидел, как лицо у нее стало каменным, напоминая физиономию ее папаши. Теперь уже она орала и топала ногами, взяв на себя и его роль.
Дарант влетел в дверь, ссыпался по короткому трапу и ворвался в рулевую рубку. Райф не отставал от него, обдаваемый потоком его ярости.
– Сколько? – выкрикнул Дарант.
Фенн, Крайш и Джейс уже заняли судонаправительский пост, прильнув к различным дальноскопам.
– Сотни! – ответил Джейс.
Райф обмер.
«Сотни?»
Крайш уточнил более спокойным голосом:
– От двухсот до двухсот пятидесяти. Трудно сказать точнее.
Райф задал вопрос, куда более близкий в этот момент его собственному сердцу:
– Кто-нибудь из них направляется к Россыпям – туда, куда отправились остальные?
– Пока что нет, – ответил Фенн. – Но это может измениться.
Подойдя к штурвалу, Дарант отдал несколько отрывистых приказов. Корабль взревел и задрожал. Пылающие горелки еще ярче осветили песчаную долину, окрасив склоны дюн в огненно-красный цвет.
«Огненный дракон» стал медленно подниматься из недр пустыни.
Когда гребень дюны тоже провалился вниз, показалась деревня – вернее, обозначающие ее флаги. Ее немногочисленное войско уже рассыпалось по песку, тоже явно заметив опасность.
Райф лишь поморщился, наблюдая, как эта картина на глазах уменьшается внизу.
Несмотря на все заверения Даранта…
«Это все равно больше похоже на бегство».
Глава 68
Даал стоял у входа в темную пещеру. Ему очень не хотелось оставлять Пиллара одного. Никс, похоже, столь же беспокоилась касательно Баашалийи.
Буквально только что они наблюдали, как шлюпка, слегка поворачиваясь, опускается в этот грот, и с кормы у нее вырываются языки пламени, отражаясь от черных стеклянных стен.
Крошечное летучее суденышко уже опустилось на дно грота, но ее кормовая горелка все еще угрожающе дымилась, готовая разгореться ярким факелом в случае повторного нападения манкраев. Для дополнительной защиты по бокам от шлюпки расположились обе летучие мыши, блокируя вход в пещеру. Викас и Иркуан тоже согласились остаться в гроте, чтобы в случае чего прикрывать отступление остальных.
Грейлин зажег фонарь и шагнул в глубь пещеры. Кальдер последовал за ним – нос варгра был высоко поднят, равно как и предостерегающе вздыбленная холка.
– Похоже, что от этого входа тянется туннель, – отметил Грейлин, затем оглянулся. – И ты уверена, что там что-то есть…
– Какой-то источник обуздывающего напева, – подтвердила Никс. – Который так и сияет из глубины.
Даал кивнул, проверяя повязку на своей раненой руке. Кожаные штаны – часть обычной летной экипировки – уберегли его от более серьезных повреждений.
– Я тоже это ощущаю, но только как совсем слабое свечение.
Обоих поддержала Шийя.
– Они правы, – сказала она, выбираясь из шлюпки. – Хотя, что это такое, мне никак не различить. Этот источник остается каким-то странно закрытым.
– Я чувствую то же самое, – кивнула Никс. – Я пыталась бросить туда свои пряди. Но по мере приближения к источнику они исчезают.
Аррен отважился зайти глубже всех остальных, наконечником копья сбросив со своего пути большого бледного скорпиона.
– Ну ничего себе… – вдруг с явным отвращением прошептал он. – Посветите-ка!
Все двинулись к нему, хотя Грейлин держал Никс позади себя. Когда они приблизились, свет фонаря упал на что-то, спрятанное в стекле, – нечто, что давным-давно расплавилось и застыло в нем.
Даал даже вздрогнул и отступил на шаг.
За стеклом, изогнувшись под мучительным углом, лежали останки та’вина. Его бронза была покрыта темно-янтарной патиной, испещренной зелеными прожилками. Все, что было видно, – это верхняя часть туловища, голова и одна рука. Нижняя часть бронзовой фигуры была обожжена до черноты – вероятно, жаром расплавленного стекла. Черты лица тоже были неразличимы – либо все из-за того же воздействия огня, либо способности части та’винов менять свое обличье.
– Да, это Корень, – подтвердила Шийя, держась в шаге позади и явно не желая приближаться.
– Один из павших ревн-кри. – Грейлин оглянулся на черный грот. – Тут явно была ожесточенная битва.
Никс выразила то, что было сейчас у всех в головах:
– Если это
