Майя молчала. И эта тишина тяжелым грузом ложилась на плечи Бориса.
Естественно, он не выдержал и не совсем нежно развернул девушку к себе.
— Моё терпение на исходе! — рявкнул он, и уже хотел продолжить в том же стиле, когда заметил темные круги под глазами девушки. Более того — белки глаз были покрыты кровавыми паутинками. Да и губы были не в лучшем состоянии — они приобрели белесый оттенок и потрескались. — Проклятье, Майя, что это такое?
Вот теперь его грозный рык можно было услышать и в коридоре. Проходящая мимо медсестра вздрогнула и подумала, что она не хотела бы оказаться на месте того человека, с кем беседует данный вампир.
— Лицо, — глухо ответила Майя, и хотела отвернуться, но Борис не позволил.
— Я вижу, что лицо! И оно отчетливо говорит, что ты голодная! Причем, ты испытываешь голод давно! Тогда мне тем более не понятно, почему ты разбрасываешься фужерами с кровью?!
Его пламенный взгляд уперся в лицо девушки, и та, разозлившись, взгляда не отвела.
— Это моё дело, что делать с донорской кровью, — в тон ему ответила она.
— И ты грубишь….Что с тобой произошло во время операции, детка?
— Я не детка!! — взорвалась Майя и стукнула ладонью по одеялу. — Я просила, чтобы ты меня так не называл! Но ты делаешь всё нарочно, чтобы позлить меня!
— Нарочно?! — искренне удивился Борис. — У меня вырвалось по привычке…
— Иди своих шлюх называй "детками"!!! — прервала его Майя и оскалилась. Вампирская сущность дала о себе знать, и взгляд девушки с жадностью устремился на вену Бориса.
— Даже так! — фыркнул в ответ мужчина, не заметив её взгляда. Всё его внимание сосредоточилось на словах девушки. Будь он не ладен, если в её голосе не проскальзывали ревнивые нотки.
А ревность — это хорошо! Черт возьми, это хорошо!
— Да, так! И, вообще!…., - Майя замолчала так же внезапно, как и начала кричать. Она откинулась на подушку, точно её разом покинула вся энергия.
Борис снова нахмурился.
— Я сейчас же распоряжусь, чтобы тебе принесли другую кровь, — сказал он, но замолчал, заметив, как Майя поморщилась. — Или ты…Майя, а ну посмотри на меня!
— Не приказывай мне, Сандровский! Я больше тебя не боюсь!
— Я и не хочу, чтобы ты меня боялась! Я пытаюсь с тобой поговорить, а ты закрываешься и ничего не желаешь рассказывать! Ладно, с этим мы потом разберемся. А сейчас…Ну-ка, подвинься, дорогая! Я прилягу рядышком!
— Чтоооо?
— Тебе и "дорогая" не нравится?
Игривый тон Бориса в разрез расходился с его сосредоточенным выражением глаз. Он не совсем тактично подвинул Майю в сторону, а сам боком лег на край кровати.
Майя задохнулась от его наглости, беспардонности и…близости. Её тело, облаченное лишь в одну сорочку, вспыхнуло и задрожало. И на то было две причины.
Голод и желание.
Она ничего не могла с собой поделать. Сама заметила странные метаморфозы, происходящие с ней, и пока у неё не было сил, чтобы в них разбираться.
— Что ты себе позволяешь…., -начала она, но одно единственное слово прервало её пламенную речь.
— Пей.
Борис повернул к ней голову, подставив шею для укуса.
Майю затрясло, её охватила лихорадка. Она задышала часто-часто, клыки удлинились, горло зажгло от непередаваемой жажды.
— Пей, кому я говорю! — прорычал Борис и ближе придвинулся к Майе. Он не оставил ей шанса на сопротивление, когда властным движением рук притянул девушку к себе.
Та не стала сопротивляться…
Издав нечленоразборчивый звук, она вонзила клыки, прокусив кожу.
Два стона раздались по палате одновременно.
Борису нравилось кормить Майю. Во время этого процесса он чувствовал, что она становится ближе, что между ними образуется некая тесная связь, которую очень тяжело порвать. Напротив! Всеми фибрами души он желал, чтобы эта связь крепла! Он желал привязать к себе Майю надежнее, чем железные оковы! Он желал, чтобы она дышала и жила одним с ним воздухом!
Майя вцепилась в его плечи и не заметила, как ноготками поцарапала кожу. Она чувствовала лишь обжигающий вкус его крови, которая насыщала организм, идеально ей подходила и делала её безмерно счастливой.
Девушка, сама того не заметив, теснее прижалась к Борису. Она пылала…горела в огне…Ей было мало — мало крови, мало Бориса. Она хотела…она хотела…
Она хотела всего и сразу!
Майя заерзала на кровати, и как-то так получилось, что она, продолжая питаться, сильнее надавила на плечи мужчины, опрокинув его на спину. Борис, естественно, не сопротивлялся.
Но это было только началом.
Цепляясь за него руками, Майя перекинула одну ногу через бедро мужчины, подтянула тело, и оказалась верхом на Борисе. Теперь пришла его очередь яростно застонать. Не успела она удобнее расположиться на его бедрах, как цепкие руки сжали мягкие ягодицы.
Борис невольно приподнял бедра навстречу девушке. Что она творила! Не смотря на жесткую ткань джинсов, Борис отчетливо чувствовал обнаженные ноги Майи и горячую плоть, спрятанную за тонкой тканью трусиков. Он оказался на грани. Мало того, что он получал удовольствие, кормя Майю, так ещё к кормлению примешалось возбуждение. Его член напрягся, восстал и жаждал проникнуть внутрь возбужденного лона! Борис чувствовал запах страсти Майи, и это сводило его с ума.
Оказалось, самое интересное его ожидало впереди!
Майя, проведя языком по ранке, приподняла голову и мутными, счастливыми глазами посмотрела на Бориса, после чего выдохнула:
— Ты!…
Он не понял её.
— Что — я? — его голос охрип.
Майя изогнулась, потянулась всем телом, и оказалась в привлекательной близости от его лица.
— Теперь ты…,- выдохнула она и приблизила своё лицо вплотную к его, а потом ещё чуть-чуть приподнялась.
Её шея, с бледно-голубой веной, оказалась на уровне рта Бориса.
Вот тут он понял, что искушение может лишить разума и последней силы воли. Он почувствовал, как в горле зажгло от желания испить кровь Майи, хотя он питался вчера днем. Дело было даже не в насыщении. А в присутствии самой женщины в его жизни.
