Джек снова рассмеялся и примирительно потрепал мальчишку по макушке.
— Договорились. Только давай обойдемся без кольца в нос. Я все-таки сенатор, люди не поймут.
На этот раз расхохотался Патрик, счастливый от того, что помирился с отцом. И что тот даже не рассердился, услышав про кольцо и про бешеного быка. Он покосился на маму, которая не разделила их радости и веселья, бледная, с застывшим лицом, на котором ни на мгновение не промелькнула даже тень улыбки. Наоборот, она отвернулась, смотря в окно, словно отрешившись от всего, что происходило в комнате. Патрик неодобрительно покосился на нее, но ничего не сказал. Погладив ее по белым волосам, он поцеловал ее в щеку.
— Не грусти, мам. Все будет хорошо. Все наладится, — ласково сказал он. — Отдыхай, мы пойдем.
Джек поднялся, не отрывая от нее глаз.
— Пока, Кэрол.
Она не ответила, даже не повернулась. Дженни подошла к ней и погладила по руке. Только тогда она повернулась и подняла на нее наполненные слезами глаза.
— Мам, ну ты чего? — расстроился Патрик. — Чего плачешь? Что-то ты совсем раскисла. С тобой такого никогда раньше не было. Что с ней?
Он вопросительно посмотрел на Джека. Тот разглядывал Кэрол.
— Я не знаю, Рик.
«Все ты знаешь, козел!» — подумала Кэрол.
— Идите, Рик. Я в порядке. Просто… и вправду раскисла. Настроение такое. Это пройдет.
Когда они ушли, Кэрол позвала своего охранника.
— Выбрось эти цветы, — процедила она сквозь зубы, когда он заглянул в дверь.
Тот вошел в палату и взял вазу в руки.
— Красивые… жалко.
— Выбрось! У меня на них аллергия.
— А, ну тогда ладно, — забрав вазу, охранник вышел.
Она без интереса переключала каналы, когда в палату заглянул доктор Фрейзер.
— Как вы себя чувствуете? — поинтересовался он, заглядывая в ее историю болезни.
— Лучше, — коротко ответила Кэрол.
— Результаты обследования неплохие. Через пару дней, думаю, вас можно будет выписывать. Кстати, слышал, что ваш муж подсуетился, чтобы вас не положили в клинику, а лечили дома. Это не просто, получить такое разрешение. Видимо, у него хорошие связи.
Кэрол промолчала, смотря в экран телевизора и чувствуя, как взгляд доктора скользит по ней.
— Но ведь вы не хотели бы возвращаться… домой, к нему? Ведь так? Я хотел с вами поговорить, миссис Рэндэл. Кэрол. Вы позволите к вам так обращаться? Я бы хотел вам помочь.
Кэрол посмотрела на него. Он вдруг взял ее кисть и зажал ее между своих ладоней.
— Я знаю, почему вы хотели покончить с собой. Знаю, как он с вами обращается. С такой женщиной… — его голос охрип. — Я бы мог дать показания, заявить о ваших телесных повреждениях. Мог бы заставить его ответить. За все.
Кэрол опустила взгляд и покачала головой.
— Спасибо вам, но не надо. Мне это не поможет. Вы не знаете его. Не думайте, что вам удастся вот так запросто припереть его к стенке. Не связывайтесь с ним. Это опасно.
— Вы напуганы… это он вас запугал. Но вы не должны бояться. И не должны терпеть. Позвольте вам помочь. Я не могу закрыть глаза на то, что с такой прекрасной женщиной так обращаются.
— Спасибо, доктор Фрейзер, но вам не нужно в это вмешиваться, — Кэрол не понравилось, как он уже второй раз восхитился «такой женщиной». В том, как он это произносил, Кэрол послышалось вожделение. Или ей это уже мерещится? Кажется, что все ее домогаются? Скоро она начнет шарахаться от всех мужчин подряд, видя похоть во всем и в каждом, как параноик.
— Но вы не должны терпеть такое обращение. Вы должны написать на него заявление о физическом и сексуальном насилии. Сейчас у нас есть все доказательства. Он не отмажется. Даже если его не посадят, он слетит со своего поста, вы получите развод, отсудите половину его имущества и станете свободной. И если дело получит широкую огласку, он вряд ли сможет выкрутиться или вам навредить. Если с вами что-то случится, он первым окажется под подозрением. Вы же можете сейчас взять его за горло. Наказать за все и избавиться от него раз и навсегда. Разве вы этого не хотите? А я вам помогу.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Вы? — Кэрол прищурилась, пристально изучая его взглядом. — Но вам это зачем? Ради чего вам так рисковать?
— Ради вас.
Кэрол нахмурилась.
— Что это значит?
Он придвинулся ближе, заставив ее сразу напрячься.
— Вы — самая восхитительная женщина, которую я когда-либо видел! Такая красавица! Такая… роскошная… — он положил ладонь на ее ногу, на внутреннюю сторону бедра, и жадно погладил. Подняв на нее взгляд, он осторожно заскользил выше. — Только скажи… я все ради тебя сделаю…
Он вскрикнул от неожиданности, отдернув руку, когда она резко подскочила и кулаком с размаху ударила его по носу.
— Убери свои руки, гад!
— Эй, ты что? — возмутился он. — Совсем ненормальная, что ли? Зачем же сразу бить… ты мне нос разбила! Я сообщу об этом, скажу, что ты на меня напала!
— А я скажу, что ты мне между ног руку свою совал!
— Тебе никто не поверит! Ты же чокнутая! — он посмотрел на выпачканные кровью пальцы. — Не будешь ты дома лечиться, поняла? Отправишься отсюда прямиком в психушку! Потому что я сейчас пойду и заявлю о нападении.
— Ну и иди!
Он с досадой смотрел на нее.
— Зачем тебе это? Почему отказываешься? Я же предложил реальную помощь. Чего ты недотрогу из себя строишь? Разве муж тебя ремнем избил не за то, что рога ему наставила? А я жизнью рисковать готов ради тебя… И в благодарность так мало прошу… Чего тебе стоит-то…
— Убирайся! Картер! Картер!
Распахнулась дверь и в палату влетел ее телохранитель. Увидев окровавленное лицо доктора, он растерянно замер на месте.
— Доктор Фрейзер уходит, проводи его, — велела Кэрол.
Картер нахмурился, смерив мужчину суровым взглядом.
— Доктор… прошу вас, — он кивнул на выход.
— Я врач, вы не имеете права!
— Думаю, мои права вам лучше обсудить с моим боссом, — отрезал Картер и, схватив его за руку, решительно вывел за дверь.
— Вы пожалеете! — бросил Фрейзер Кэрол напоследок. Отпустив его, Картер вернулся.
— Что случилось? Он вас… обидел? Мне сломать ему ребра?
Кэрол рассмеялась.
— Не надо, Картер, спасибо! Думаю, разбитого носа ему будет достаточно.
Парень сверкнул в полумраке белозубой улыбкой, утратив свой напускной суровый вид.
— Мне кажется, что пара поломанных ребер тоже бы не помешала. Вы не против, если я отойду… на минутку?
— Конечно, нет. Обещаю, я не сбегу.
— Вам принести кофе… из автомата?
— Да, пожалуй, не откажусь. Спасибо.
— Я быстро, — он скрылся за дверью, плотно прикрыв ее за собой.
Кэрол, вздохнув, снова взяла пульт от телевизора. Наверняка побежал докладывать Джеку. Жена-психопатка разбила доктору нос. Как на этот раз отреагирует на ее выходку Джек? Может, все-таки передумает и отправит ее в психушку?
Скрипнула дверь.
— Что-то ты быстро, Картер!
— Что еще за Картер?
Кэрол вздрогнула, выронив пульт, и повернулась к двери, уставившись на огромный мощный силуэт, проскользнувший в палату. Закрыв дверь, мужчина повернулся и, приподняв надвинутый низко на лоб козырек черной бейсболки, под которым прятал лицо, взглянул на девушку черными блестящими глазами.
— О, Боже, Исса! — выдохнула она пораженно, глазам своим не поверив.
— Привет, ясноглазая!
Откинув одеяло, Кэрол подскочила, бросившись к нему с такой радостью, что тот тоже протянул руки, готовый поймать ее в свои объятия. Лицо его осветилось широкой веселой улыбкой, и Кэрол улыбнулась в ответ, почувствовав, что соскучилась по этой его улыбке, которая ей всегда нравилась. Но она не рассчитала свои силы, у нее неожиданно закружилась голова и подкосились ноги.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Ой! — растерянно воскликнула она, потеряв равновесие и падая. Исса метнулся к ней и успел подхватить. Обхватив ее одной рукой, он другой погладил ее по волосам и поднял ее лицо вверх. Кэрол морщилась, пытаясь подавить головокружение.
