Думается, что это обстоятельство, что называется, переполнило чашу терпения бывшего Коменданта ДОН.
Где-то в начале марта 1927 года он сносится с директором Музея Революции С. И. Мицкевичем, с которым договаривается о передаче в музей своего «исторического» оружия. На эту встречу он приглашает своего бывшего помощника – Г. П. Никулина, с которым и приходит в музей 13 марта 1927 года. А годы спустя Г. П. Никулин признался, что, помимо сданного оружия и прочих документальных материалов, Я. М. Юровский и Г. П. Никулин записали и оставили там свои воспоминания.
В мае 1964 года, во время беседы в студии звукозаписи Комитета по Радиовещанию при Совете Министров СССР, Г. П. Никулин вспоминал:
«М. М. МЕДВЕДЕВ:
– Писал он воспоминания?
Г. П. НИКУЛИН:
– Писал он воспоминания. Писал он в двадцатых годах короткие воспоминания. Причем такой, знаете…
Он по своей скромности не называл ничью фамилию, в том числе и свою. Он там писал: “комендант – то”, “комендант – то-то”. Излишняя такая была, ложная такая, знаете… Он не понимал, что для истории надо было назвать, хотя бы себя. И затем, в 1933 (в 1934 г. – Ю. Ж.) году, уже в Екатеринбурге (Свердловске – Ю. Ж.), уже в Партархиве он тоже написал свои воспоминания, которые там [до сих пор] находятся.
О чем он там написал, я не знаю. Я не читал этих воспоминаний. Так, что вот…
Ну, надо вам сказать, что когда мы еще вели беседу в музее Революции (это было в 1927 году), куда мы сдали оружие – пистолеты. Он – свой, я – свой. Мой – Кольт, а его был Маузер короткий. Потом, там [находится] мое Удостоверение, моя автобиография [и] моя фотокарточка. Расписка у меня в этом есть. Мы там вели беседу. [Там] тоже записывали наши какие-то воспоминания. Не в таком порядке, как сейчас, а стенографистка была. Но, ничего этого мы найти не смогли»[394].
Ознакомившись с ответом Г. П. Никулина, думаю, становится ясно, что под «короткими воспоминаниями» он имел в виду ту самую «записку Юровского», копия текста которой была передана бывшему коменданту Дома Особого Назначения М. Н. Покровским осенью 1920 года.
Проживая постоянно в Москве с сентября 1919 года, Г. П. Никулин продолжает поддерживать с Я. М. Юровским самые дружеские отношения. С годами эти взаимоотношения окрепли ещё больше и, со слов очевидцев этой дружбы, переросли в почти что родственные. Естественно, что при таких отношениях они часто встречались и ходили друг к другу в гости. Вероятнее всего, что именно во время одной из такой встреч у Я. М. Юровского дома Г. П. Никулин мог ознакомиться с текстом той записки. По лично одному ему известным соображениям, Я. М. Юровский умолчал о том, что автором этого текста является М. Н. Покровский. (Думается, что ему было просто стыдно перед своим бывшим помощником за свою неграмотность.) И поэтому нет ничего удивительного в том, что в 1964 году Г. П. Никулин заявляет об этой записке как о «произведении» Юровского.
Что же касается воспоминаний Я. М. Юровского, записанных стенографисткой Музея Революции СССР в 1927 году, то автор данного издания ничего не может сказать по этому поводу. (Кроме, пожалуй, того, что в этом деле вновь присутствует стенографистка!)
Возможно, что текст этих воспоминаний (как верно заметил в своей книге «Господи… спаси и усмири Россию» Э. С. Радзинский со слов своей «старой подруги» – сотрудницы Государственного Музея Революции СССР) был изъят органами НКВД в связи с арестом дочери Я. М. Юровского – Риммы Яковлевны Юровской, взятой в 1938 году в ходе плановой чистки партийных кадров[395]. А, возможно, что и нет…
(Автор склонен думать, что во время своего посещения Музея Революции СССР 13 марта 1927 года Я. М. Юровский и Г. П. Никулин рассказывали больше о своих «исторических» биографиях, нежели о расстреле Царской Семьи.)
К 10-летней годовщине расстрела Царской Семьи и последующей за ней годовщине вытеснения войск Верховного Правителя с территории Урала у Я. М. Юровского возникает идея выпуска некого издания о расстреле Царской Семьи, в котором, по его замыслу, должны были быть опубликованы свидетельства непосредственных участников этих событий, которые смогли бы окончательно подтвердить факт произведения им того самого «исторического» выстрела. Предварительно он решает посоветоваться со своим старым приятелем по совместной работе на Урале Ф. И. Голощёкиным, занимавшим к тому времени пост Первого Секретаря Казахского Крайкома ВКП(б). На это предложение бывшего коменданта ДОН Ф. И. Голощёкин пояснил, что для решения этого столь важного вопроса необходимо получить «добро» у самого товарища Сталина.
Ибо к тому времени многие «герои» тех дней (А. Г. Белобородов, Г. И. Сафаров, Б. В. Дидковский, С. В. Мрачковский и др.) оказались в троцкистской оппозиции, и прославление их, пусть даже прошлых «революционных заслуг», к тому моменту было крайне нежелательным. Встретившись с И. В. Сталиным в 1928 году, Ф. И. Голощёкин уже от своего имени, что называется, озвучил это предложение Я. М. Юровского и, как и следовало ожидать, получил от «хозяина» резко отрицательный ответ в самой категоричной форме: «Ничего не печатать и вообще помалкивать…» Так ли оно было или нет, но об этом факте в 1992 году рассказывал Э. С. Радзинскому сын цареубийцы М. М. Медведев. А вот спустя годы правдивость его слов подтвердилась. В личном фонде И. В. Сталина в РГАСПИ сохранился «Журнал записи посетителей», в котором имеется запись о том, что Ф. И. Голощёкин был на приёме у И. В. Сталина 28 марта 1928 года.
Тем не менее, начиная с 1927 года, тема «Царской Семьи» вновь появляется на страницах советских исторических журналов.
Так, например, в журнале «Красная Башкирия» за ноябрь 1927 года под заголовком «Как мы перевозили бывшую царскую семью» были опубликованы воспоминания Д. М. Чудинова – бывшего Начальника «Отряда по перевозке царской семьи из Тобольска в Екатеринбург».
В № 3 (27) журнала «Красная Новь» за 1928 год под заголовком «Последний переезд полковника Романова» публикуются воспоминания бывшего Председателя Губисполкома Тюменского Совдепа Н. М. Немцова. А в № 5 (29) этого же журнала под заголовком «Николай Романов в Тобольске и Екатеринбурге (Из воспоминаний коменданта)» вновь публикует свои воспоминания А. Д. Авдеев.
В этом же году бывший Уральский Областной Комиссар печати В. А. Воробьев под заголовком «Конец Романовых» публикует свои воспоминания в № 29 (247) историко-публицистического журнала «Прожектор».
В 1930 году в № 9 (105) журнала «Пролетарская революция» под заголовком «С секретным поручением в Тобольске» А. Д. Авдеев публикует свои воспоминания в третий раз.
В 1933 году в № 1 (145) журнала «Каторга и ссылка» под заголовком «9 января в царской тюрьме» были опубликованы воспоминания М. А. Медведева (Кудрина). Список можно продолжать…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
