Он вдруг ясно понял, что это конец. Эта ярость, этот огонь были таким же древним, как мир, может, еще древнее. И, собрав все свои силы, он вдруг вступил в этот огонь, став одной из фигур, извивающихся от нестерпимой боли в огне… По его обгоревшему черепу потекла кровь… Пламя пожирало его заживо, нанося все новые и новые раны, но он уже не чувствовал боли… Он чувствовал приближение спасительной темноты, которая уносила с собой боль.
Он лежал на спине, наслаждаясь прикосновением мягкой зеленой травы. Боли не было – он чувствовал лишь необычайную легкость. Он видел себя красивым, сильным, молодым, полным счастья, искристого здоровья, просто ненадолго прилегшим отдохнуть в лоно мягкой изумрудной травы.
Он видел яркие лучи солнца в ослепительно голубом небе. Солнце словно разрасталось в размерах, заливая ослепительным, ярким, светлым сиянием все вокруг. Он увидел маленькую точку, приближавшуюся все ближе и ближе. Его девочка, широко раскинув в стороны руки, бежала к нему, заливаясь счастливым смехом:
– Папочка! Папочка! П-А-П-А!…
Он поднялся с травы легко. Без всяких усилий, забыв о своем обожженном, израненном теле, и, подхватив ее на руки (она крепко обняла его за шею) так же радостно и легко вместе с ней вступил в ослепительный солнечный свет.
Эпилог
В темной комнатушке под чердаком маленькая девочка укладывала спать свою куклу – деревянную куклу грубой ярмарочной работы в порванном холщовом платье. Кукла ни за что не хотела спать. Девочка пеленала ее в кусок простыни, расчесывала волосы из пакли, сердилась и обещала не дать сладкого пирога…
Кукла не слушалась. Тогда, вздохнув по-взрослому, маленькая девочка запела ей песенку. Она пела об облаках на синем небе, о реке, и еще о том, что с ней всегда будет ее милая мамочка, она всегда-всегда будет рядом… Это была самая обычная детская песенка, которую могла бы сочинить любая маленькая девочка, на любом языке.
Напевая, девочка усадила куклу на раскрытое окно.
– Я разрешу тебе немного посидеть и посмотреть птичек, пока не придет моя мама. Она испечет нам сладкий пирог. И если ты ляжешь спать и будешь меня слушаться, я дам тебе большой-пребольшой кусок пирога!
Девочка усадила куклу на карниз, поправила ей платье. Но… одно неловкое движение – и кукла полетела вниз, прямо на камни мостовой.
Женщина, уже собравшаяся входить в дом, увидела падающую из окна куклу. Ей удалось быстро подхватить ее в воздухе. Из дома выбежала маленькая девочка и бросилась матери на шею. Женщина крепко обняла девочку и закружилась вместе с ней, заливаясь счастливым смехом, изо всех сил прижимая ребенка к своей груди…Опустив дочь на землю, мать протянула ей целую, не пострадавшую куклу. Сжав игрушку, как самую большую драгоценность, вместе с матерью девочка вошла в дом.
Ближний Восток, Иерусалим
Группа туристов остановилась перед очередным памятником архитектуры. Экскурсовод заученным, профессиональным жестом указала на стену рукой:
– В этой стене замурованы, спрятаны Золотые ворота Иерусалима – те самые, сквозь которые в город вошел Христос. Толпа встречала его радостными криками, бросая под ноги пальмовые ветви, но лицо Мессии было печальным. Он уже знал, что эта самая толпа, которая с таким восторгом приветствует его, вскоре потребует его смерть. Золотые ворота были замурованы по приказу одного из римских императоров, исповедавшего христианство. По легенде, именно сквозь них должен пройти Антихрист, когда явится на землю, чтобы развязать с миром живых последнюю битву и установить царство зла на земле. По преданию, Антихрист должен пройти сквозь те самые ворота так же, как это сделал Христос. Конечно, приветственные крики не обязательны. Ну, и для того, чтобы никто не мог пройти под воротами, их замуровали в стену. Таким образом император пытался предотвратить самую страшную опасность, нависшую над человечеством. Но, как мы знаем из той же легенды, Антихрист не может появиться на земле просто так. Этому должен способствовать целый ряд соответствующих обстоятельств, которые…
Сигнал воздушной тревоги резко прервал ее слова. Этот ужасающий звук, звук тревоги, войны, смерти, прорезал небо Израиля все чаще и чаще, неся на измученную войной землю бесконечную беду.
– В убежище! Быстрее! – вздрогнув, экскурсовод велела туристам бежать за ней.
Убежище было рядом. Металлический бункер возвышался в двух шагах, как уродливый прыщ на лице земли. К нему со всех ног уже бежали люди, застигнутые поблизости страшным предупреждением об опасности.
Сирена выла так, словно до конца света оставались считанные секунды, и для людей, даже живущих в Израиле много лет, не было ничего страшней этого звука. Во всех районах города, на всех улицах высились бетонные или металлические бункеры убежищ от ракетных обстрелов, и жители страны знали: как только раздается сигнал тревоги, надо бежать к ближайшему из них. Бежать даже в том случае, если сигнал звучит далеко: маленькие ракеты, которыми обстреливали страну, обладали особой коварностью, и куда упадет такая ракета, не мог предугадать никто.
Группа туристов вслед за экскурсоводом помчалась вперед, к убежищу. Только одна из туристок чуть отстала от остальных. Это была молодая рыжеволосая девушка в комбинезоне цвета хаки. До убежища ей оставалось лишь несколько шагов, когда начался обстрел.
Ракета врезалась в стену соседнего дома, вырвав фонтан каменной крошки, пыли, осколков деревянных рам. Стал слышен ужасающий звук разрушения. Но вместо того, чтобы побыстрее бежать к убежищу, девушка вдруг развернулась и уверенно пошла назад. Дальше никто не мог сказать, что именно произошло. Все случилось слишком быстро. Некоторые очевидцы потом утверждали, что были две специально запущенные ракеты, а другие говорили. Что три…. Впрочем, врали и те, и другие – никто ничего и заметить не мог, слишком быстро все произошло. Видели только, как стена с Золотыми воротами была взорвана изнутри. Как все вокруг закрыла желто-белая лавина каменной пыли, и осколки камня падали на землю, как дождь. Не успевшую спрятаться девушку осыпало пылью и осколками, но она даже не обратила на это внимания…
В стене образовался пролом, по форме напоминающий арку ворот. Экскурсовод ахнула:
– Это… Это Золотые ворота! Остатки Золотых ворот!
Девушка в комбинезоне быстро пошла к стене. За ее спиной продолжался ракетный обстрел, но ракеты били теперь где-то в отдалении. Стал слышен звук военной техники: военные на бронированных БТР-ах спешили к месту обстрела. Ни на что не обращая внимания, даже не пытаясь смахнуть пыль с волос и одежды, девушка уверенно шла вперед. Вскоре она поравнялась во взорванной террористами стеной и, не замедляя шаг, вошла в искусственный пролом… Двигаясь уверенно и спокойно, она вошла в Золотые ворота Иерусалима.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
