В то же самое время Майк Сноупс отрабатывал трюк из арсенала иллюзионистов и шпионов-отравителей, входивший в систему подготовки агентов ЦРУ. Плавное движение левой руки, три пальца держат упаковку спичек, столь же плавное движение назад, лёгкое касание безымянным пальцем дна упаковки во время обратного хода руки… Подготовка к рандеву «офицеров» и «джентльменов» шла полным ходом.
– Машуня, сегодня я тебя полностью освобождаю от текущих обязанностей, – давал на следующий день указания Зенон. – Задача перед тобой такая: присмотреть за нашим дорогим гостем. У него сегодня встреча с о-о-о-очень неприятными людьми. Только сделай это как-нибудь ненавязчиво, артистично. Уж он так не любит контроля со стороны. Горячий парень. Так что включай своё женское обаяние – и вперёд. Заметишь что-нибудь подозрительное – сразу мне сигнализируй. Я на связи. Удачи, девочка.
Машины щеки заметно порозовели.
– Сделаю всё, что в моих силах, Зенон Касымович.
– Вы в какую сторону, Станислав Николаевич? – поинтересовалась Маша у Савельева, когда тот направился к стоянке такси, расположенной неподалёку от дома Зенона.
Стас назвал адрес небольшого бара, в котором должна была состояться встреча.
– Ой, мне как раз по пути. Давайте подвезу. Да вы не бойтесь, я водитель уже опытный, и район этот отлично знаю.
– Я, милая барышня, в своей жизни боюсь только одного, – абсолютно серьёзно сообщил Стас, – это блондинки…
– Которые за рулём? – невинно хлопая ресницами, спросила Маша.
– … которые перед бампером, – ещё более серьёзно продолжил Стас. – Поэтому я их предпочитаю видеть внутри машины, а не снаружи. Везите меня, прекрасная амазонка!
Через пятнадцать минут Маша лихо припарковалась у входа в нужный бар.
– Станислав Николаевич, можно нескромный вопрос?
– Я был бы страшно обижен, если бы вы задали мне скромный вопрос, – галантно ответил Савельев. – Мои уши висят на гвозде внимания, как любил говорить один мой знакомый тунгусский шаман.
– Что вы делаете после завершения деловой части сегодняшнего дня? Вы свободны?
– До пятницы я совершенно свободен, мадмуазель Винни-Пух.
– Как это мило, господин Пятачок. Тогда разрешите вас ангажировать? Познавательная прогулка по развлекательным районам столицы Соединённого Королевства в сопровождении вполне квалифицированного гида?
– Вполне квалифицированного – и очень даже симпатичного! – Стас незаметно окинул взглядом ладную фигурку девушки.
– Тогда я вас прямо здесь подожду!
– Да что ты, Маша! Я не знаю, насколько встреча затянется. Лучше я тебе позвоню, когда закончу.
– Нет, я уж лучше подожду. А то возьмёте – и передумаете!
– Ладно, дожидайся! – рассмеялся Стас, развернулся и с лёгкой душой зашагал по направлению к бару.
Контрагенты уже собрались в отдельном зальчике, вход в который находился по левую сторону от стойки. Заведение выглядело солидно, солидные посетители сидели по двое, по трое за столиками, и вели солидные тихие переговоры.
Почти всю площадь небольшого кабинета занимал массивный прямоугольный стол тёмного дерева. За его длинной стороной лицом к двери сидел лощёный господин в строгом тёмно-синем костюме. Когда стоявший за спиной Биг Босса Сноупс назвал Стасу фамилию своего хозяина, тот понял, почему сразу не узнал этого человека, хотя его фотографию видел неоднократно на страницах серьёзных финансовых изданий. Там сей господин неизменно демонстрировал фирменную американскую улыбку в тридцать два белоснежных зуба. Сегодня монстр международного аудита не счёл нужным сложить губы хотя бы в подобие лёгкой светской улыбки, гость должен был довольствоваться лишь миной пренебрежительного равнодушия.
– Садитесь, мистер Савельев, – Сноупс суетливо обежал стол и указал Стасу на единственное кресло, расположенное напротив места Биг Босса. Сам он присел на краешек стула, находившегося у короткой стороны стола по правую руку от хозяина и, соответственно, по левую руку от гостя. Место это было выбрано Майком не случайно.
– Кофе?
Стас и Биг Босс молча кивнули. Сноупс вскочил и выбежал из кабинета.
– Вначале я вам покажу вот это, – без предисловий начал разговор строгий господин в строгом костюме и показал Стасу на листок бумаги, лежавший на столе слева от него. – А потом вот это, – он положил ладонь правой руки на такой же листок справа.
– Может быть, вначале кофе? – вежливо поинтересовался Савельев.
– Вначале первый документ, а затем – второй документ. Потом кофе.
– Хорошо. – Стас протянул руку и взял нужную бумагу. Вернулся Сноупс, успевший сделать заказ.
Савельев положил бумагу перед собой. Губы его скривились в скептической усмешке. Документ представлял собой таблицу, включавшую в себя три графы. В левом столбце были указаны российские компании, выставлявшиеся на продажу. Средний столбец заполняли цифры их оценки аудиторами «Фронды». А правый – соответствующие цифры, представленные оценщиками PW. Среднее расхождение в оценках составляло около 10 процентов.
– Результат просто вопиющий, не правда ли, мистер Савельев? – поинтересовался визави Стаса.
Молчаливый официант расставил на столе чашки с кофе, молочники, розетки с бисквитами.
– Полностью с вами согласен. Результат просто вопиет к небесам.
– Будьте любезны, придержите при себе библейскую риторику! Это бизнес! – повысил голос строгий господин.
– Я вот только не знаю, кому такой бизнес нужен, – вполголоса произнёс Савельев.
Чем громче и резче начинает говорить оппонент – тем тише и спокойней нужно отвечать. Это выведет противника из себя и, возможно, он начнёт делать ошибки. Стас расслабился и откинулся на спинку кресла.
– Взгляните на второй документ, и вам станет ясно, кому такой бизнес нужен! – прогремел Биг Босс.
Стас ленивым движением придвинул к себе вторую бумагу и поднёс к глазам так близко, как будто страдал сильной близорукостью. Это позволило ему скрыть от присутствующих изумление, в которое привело его содержимое простого листка бумаги. Документ содержал две колонки: в первой были перечислены фамилии известных российских политиков, а вторая содержала числа с многочисленными нулями. Откаты за продажу национального достояния страны первым двум лицам государства составляли суммы в несколько миллиардов. Наименование валюты в бумаге не указывалось. Но при таких масштабах разница между долларами и евро уже не имела значения. Стас привёл мимику в порядок, и после того, как он положил листок на стол, его собеседники опять увидели перед собой абсолютно расслабленного скучающего господина.
– Так вот, мистер Савельев. Я надеюсь, что содержимое бумаги номер два убедило вас в том, что расхождения, имеющиеся в бумаге номер один, подлежат скорейшему устранению. В чью пользу, вам, надеюсь, объяснять не придётся? – Биг Босс, наконец-то, позволил себе снисходительную отеческую улыбку.
Стас положил на бумагу, лежавшую перед ним, папку с документами, которую он до сих пор держал на коленях. Раскрыл её, достал оттуда несколько листков и начал зачем-то раскладывать их на столе. Хозяева встречи молча наблюдали за действиями Стаса. Савельев спокойно сложил листочки в аккуратную стопку, засунул их в папку и снова убрал её на колени. Листок с компроматом он небрежно отодвинул по направлению к Сноупсу. Пальцами левой руки Стас начал выбивать по столу какой-то странный ритм, что должно было изображать некоторое нервное возбуждение. На самом деле этот манёвр призван был отвлекать «джентльменов» от манипуляций, которые в этот момент проделывала правая рука «офицера»: несколько скользящих движений по бедру, и листок бумаги, снятый с навощённой поверхности папки, был сложен в несколько раз таким образом, чтобы без помех поместиться в нижнем кармашке жилета, предусмотрительно надетого Стасом.
– Нет. Объяснять, я думаю, всё-таки придётся, – подвёл итог своим размышлениям Стас.
– Хорошо, – неожиданно ласково произнёс Биг Босс, – но объяснять вам будут не здесь и не сейчас. Сигару к кофе?
– Не откажусь.
Хозяин встречи извлёк из нагрудного кармана пиджака две сигары и одну из них протянул Стасу. Тот небрежно скусил кончик и вопросительно взглянул в сторону Сноупса. Шустрый малый уже стоял возле Савельева и услужливо протягивал зажжённую спичку. «Вот засранец, и табачный дым ему нипочём, и кофе хлебает как миленький. В присутствии босса изображать блюстителя здорового образа жизни не решается, – отметил про себя Стас. – А без него такие истерики закатывает, что туши сигары, сливай бокалы». Пока Савельев прикуривал, левая рука американца, в трёх пальцах которой была зажата упаковка спичек, плавно прошла над чашкой с кофе, стоявшей на столе. Небольшая таблетка, аккуратно приклеенная к донцу упаковки, незаметно спикировала в чёрную гущу…
– Зенон Касымович! Со Стасом что-то не так!
