кругов примерно равна. Многие из тех, кто восходит на четвертый круг, останавливаются в своём развитии по данной стезе, а вот те, кто восходит на пятый, за счет сильной мотивации рано или поздно обязательно достигают шестого.
Меня нельзя назвать опытным целителем. С другой стороны, у меня есть преимущество в виде опыта прошлой жизни и довольно практики в последние три года. Наверное, ни один раненый в нашем отряде не прошел мимо моих рук. Таким образом, сейчас я занимался делом привычным и простым вроде перевязок, проверок ран, общей стимуляции организма и наращивания новой кожи. Ожогов было очень много, пусть и слабеньких, поверхностных. И вместе с тем — даже маленькие ожоги опасны и болезненны.
На всё-про все ушло часа три. Закончив бинтовать последнего раненого и усыпив его, чтобы не мучился, я принялся собирать разложенные рядом вещи. Под лазарет приспособили одну из уцелевших изб, помещение не слишком сильно подходило для содержания десятка больных мужчин, но, по-видимому, ничего лучшего не нашлось.
Глава 11
Смеяна вернулась уставшая, прошаркала ко мне от входа, попутно оглядывая спящих мужчин. Постояла возле одного, другого, легким прикосновением оценила изменения состояний. В простых случаях ей, с её-то опытом, достаточно звука дыхания, чтобы понять, как больной себя чувствует.
— Особенного что заметил? — всё же уточнила она.
— У того, что с переломом обеих ног, аллергия на малиновую мяту. Чесаться будет.
— Есть такое. Больше ничего? — я отрицательно мотнул головой. — Пошли тогда, здесь девки присмотрят.
— Их бы сменить.
— Некем. Почти все бабы с детьми ушли, в усадьбе только раненые да гридни.
Мы вышли во двор. Небо заволокло тучами, похоже, скоро начнётся дождь.
— Что дальше делать?
Женщина надула щеки, выдыхая и задумчиво рассматривая меня.
— У тебя силенки остались ещё?
— Остались.
Неподалеку что-то грохнуло, в унисон послышались матюги. Далеко не все здоровые мужчины следили за дорогами или ходили дозорами, мимо которых мы чудом да шишковым маневром просочились. Многие занимались тем, что разбирали сгоревшие здания. Или без особого энтузиазма пытались ремонтировать сгоревшие не до конца. До тех пор, пока не станет понятно, ждать ещё одного набега или этот раунд противостояния родов закончился, восстанавливать усадьбу не будут. Насколько я слышал из обмолвок, Хвостовы послали птицу с вестью к родне, скоро их кровникам самим придется в осаде сидеть.
Усадьба, в которой мы находились, принадлежала одной из ветвей обширного рода, остальные владения нападению не подвергались, их хозяева уже готовились действовать. Вдобавок нужно помнить, что ни один род не может существовать сам по себе, тем более боярский. У него есть подручники, союзники, нейтрально-дружественные соседи, при желании всегда можно договориться с врагами врагов. Точно такая же ситуация у Строковых, тоже занимавших не последнее место в иерархии новгородской земли. Вполне возможно, мы попали в самое начало войны двух коалиций.
Целительница, тем временем, определилась с дальнейшими действиями.
— Не по обычаю, конечно, — вздохнув, она повернулась и махнула рукой, указывая следовать за ней. — А куда деваться? В Улыбу прямиком заклятьем прилетело, она себя еле поддерживает, на Злату дом рухнул, когда очнется, неведомо. Не разорваться же мне. Даринка молода ещё, опыта нет.
Вообще-то, среднестатистический целитель покрепче гридня будет. В тех случаях, когда не забывает улучшать собственный организм. Другое дело, что далеко не все женщины желают тратить время на сомнительные, с их точки зрения, практики, больше уделяя время изменениям внешности.
— С детьми дело имел? — перешла к конкретике Смеяна.
— Конечно.
Младшей сестре скоро божий дар получать, а я тут, на чужбине. Неприятно.
— «Малое очищение» накладывать доводилось?
— Боги миловали, — да и не мой это уровень.
— Сейчас придётся, — недобро посулила целительница. — Славомира в малой детской с сыном сидела, когда у той стену пробили. Их самих не задело, целы, но дитю месяца пока не исполнилось, а его пылью, мусором всяким засыпало. Надышался грязью.
— Заражение сильное?
— Один раз я его уже чистила, — неопределенно пожала плечами женщина.
«Малое очищение» делает именно то, что подразумевает название. Выводит из организма яды, токсины, прочие вредные вещества. Штука медленная, сложная и в определенной степени небезопасная, потому что заодно сильно нагружает почки и печень. Я его создавал всего один раз, на занятии, и на практике не применял ни разу. В обычной ситуации никто бы и не подумал использовать очищение на младенце, тем более подпускать к ребенку чужака, да ещё и мужчину, но у нас тут выбора нет. Хуже не сделаю.
Или сделаю? По неопытности-то делов можно наворотить. Потом меня же и обвинят, что младенца сгубил.
В небольшой избе, куда меня привела Смеяна, находились трое. Молодая женщина с напряженным лицом, судорожно цеплявшаяся за бортики колыбели, надрывавшийся в крике малыш и смутно знакомая красивая девушка. Последнюю я сегодня временами видел, она, кажется, присматривала за легкоранеными до меня и была чьей-то ученицей, младшей целительницей. Видно, что помещение пытались наскоро переделать под детскую и обеспечить максимально возможную стерильность. Верхнюю одежду мы оставили в сенях, обувь тоже сняли, руки и лицо сполоснули в чаше с дезинфицирующим отваром, пол подметен и вымыт, окна плотно закрыты. Меры, конечно, правильные, и в текущих условиях сделано всё возможное, только вряд ли поможет — болезнь уже пришла.
Что женщина, что девушка смотрели одинаково настороженно. Смеяна раздраженно фыркнула:
— Не зыркай так, Славомира! Не в твоем положении перебирать. Потом будешь думать, что по обычаю, а что — нет. Мальца твоего ещё раз почистим, может, лишнюю неделю протянет. Глядишь, там и детскую отстроим, и Улыба очнётся…
Я, однако, подходить не торопился. Обкатывал в голове идею, которую счел возможным озвучить:
— Вообще-то я Светом владею.
— Ты ж говорил, что второй ступени? — удивилась целительница.
— И что?
Надо сказать, аргумент «и чё?» универсален и, кажется, всемогущ, потому что в разговорах никогда не подводил. Вот и сейчас Смеяна прекратила допытываться и направила мысли в практическую сторону.
Так называемый Свет, преобразованная под определенный спектр энергия божьего сплетения, обладала двумя полезными свойствами. Она, во-первых, уничтожала любые следы тьмы, во-вторых, благотворно воздействовала на процессы, протекающие в биологических организмах. Поддерживала их. Иными словами, могла послужить чем-то вроде панацеи для отравленного мельчайшими темными частичками и умиравшего от сотни аллергий разом младенца.
— Долго ты его продержишь? — пожевав губами, уточнила целительница. — Минут десять сможешь?
— Смогу.
— Тогда
