— Братец Йон, ты знал, что тот человек в Виере и жених сестрицы одно лицо?
— Да, — коротко ответил Йон. — Но это выбор Охары, и ни ты, ни я не в праве укорять ее. Каждый человек живет так, как может. Отбрось свои чувства, сейчас мы здесь как просители и не вправе что–то требовать. Помнишь?
— Да, братец Йон, — сконфуженный, Тенио развернулся, по–прежнему избегая взгляда Охары. Она ощущала горечь. Проклятый Талион, что он задумал? Для чего было рассказывать эти вещи ребенку? Она прекрасно знала, каким был человек, которого выбрала, жестоким убийцей, высокомерным, упрямым, непреклонным, и это ничего не меняло.
— Я бы попросил больше не играть с чувствами моих людей, — Йон обратился к Талиону, разглядывавшему его с легким интересом.
— Йон! — и все же Охара ощутила невероятное облегчение, что кто–то смог остановить это безумие.
— Давно не виделись, Охара, ты совсем не изменилась.
Но Охара заметила, что сам Йон изменился намного больше нее. Она помнила того Йона, необычно серьезного, сдержанного, иногда высокомерного молодого человека. Но теперь следы пережитых событий отражались на его лице, заставляя его выглядеть старше своих лет.
— Кто же ты такой, интересно? — Талион склонил голову, полностью потеряв интерес к Тенио, и направился к Йону.
— Должно быть, легенды сплошная ложь, раз легендарные Слепые Боги не способны на большее, чем грязные людские трюки, играя на слабостях человека, — произнес тот.
— О, — Талион остановился, — для человека ты слишком резок в суждениях. Не ошибусь, если предположу, что ты тоже один из Детей Хаоса, хотя и выглядишь довольно старым для них. Но не слишком ли ты высокомерен, разговаривая со мной?
— Талион, прекрати, — вмешалась Охара.
Не обращая на нее внимания, тот поднял раскрытую ладонь, направив ее на Йона, то ли исследуя, то ли собираясь нанести ему удар.
— Не советую этого делать, — предупредил Йон. — С твоим братом Зоаром я справился довольно легко. У всех вас, какими бы разными вы ни были, есть одна точка, поразив которую, вы ломаетесь, словно хрупкие прутики — Демон Цветов, — тихо закончил Йон. И Талион опустил руку.
— Что ж, а ты не так прост, как я решил. И что… такому сведущему человеку, как ты потребовалось от моего аватара?
— Не от Охары, а от тебя, хотя ее согласие будет важнейшим в этом вопросе.
— Что произошло, Йон? Ты сам не себя не похож, — вступила в разговор Охара. — Если дело касается детей, я помогу, чем смогу.
— Дело не только в них. Не буду ходить вокруг да около, — Йон выпрямился, — знаю, тебе это не понравится. Это связано с недавними событиями, затронувшими Хаос. Тот эксперимент… — так Йон поведал собравшимся историю, произошедшую под корнями Древа и полностью перевернувшую ход истории. — …Таким образом, согласно расчетам, проведенным принцессой и мной, единственный шанс для них в том, чтобы отверстие в Древе сделал принцип более определяющий, чем даже воля Бифкркатора, принцип, сама суть которого состоит в осуществлении власти, — закончил Йон.
— Таким образом вы пришли к выводу, что это относится ко мне? — Талион приложил палец ко лбу, покачав головой. — Это относится ко мне, потому, что… Дайте–ка подумать — нет, это меня совершенно не касается. Почему я должен помогать этим жалким демонам, этим неблагодарным созданиям, которые совершенно позабыв, чем обязаны Бифуркатору, тотчас же перешли на сторону Аттрактора, едва он поманил их лучшей жизнью?
— Ты не слушал? Аттрактор бросил их, — вступила Охара.
— Потому что эксперимент провалился. Но если бы он завершился успехом, они и глазом не моргнув последовали за ним, передав Демона Цветов в его руки. Мое мнение — они просто продажные твари.
— Но там же дети! — воскликнула Охара.
— Не нужно уговаривать его, Охара, — Йон с сожалением сделал жест рукой, — я предполагал, что так просто это не удастся решить.
Талион кивнул:
— У меня нет намерения помогать демонам или Детям Хаоса. И нет ни одной причины, по которой я обязан это делать.
— …Я тоже не вижу ее, — новый голос, холодный и вкрадчивый, раздался позади Охары. В их сторону медленно направлялась невысокая фигура. По мере того, как он выходил на неясный свет дежурных фонарей рынка, глаза Тенио становились все шире, а лицо бледнее, словно он увидел призрака.
— Он точная копия… — проронил Йон, с интересом наблюдая, как в круг света входит…
— Мизар… Фон Грассе! — и, прежде, чем кто–то успел остановить его, Тенио прыгнул вперед, выхватив ножи и обрился на гостя. — Я убью тебя, на этот раз я убью тебя, даже если сестрица Охара этого не простит!
Подняв правую руку, Мизар наставил ее точно в грудь подлетающего к нему мальчишки и произнес: 'Структура, реверс' — при этих словах Тенио скрутился в шарик и кувырком покатился по земле. Ударившись о стену дома, он замер там, едва дыша. Лишь его глаза продолжали яростно сверкать.
— Мизар, прекрати это немедленно! — закричала Охара, расставив руки, она встала между Тенио и мужчиной. Тот только головой покачал. Увидев, что продолжать он не собирается, Охара повернулась к мальчишке.
— Не подходите, не подходите ко мне! Вы защищаете его, даже зная, что он чудовище.
— Все такой же нетерпеливый и делаешь глупости, — произнес Мизар, снисходительно глядя на мальчишку. А затем нашел взглядом двух оставшихся персон. Йон удостоился лишь беглого внимания, а вот Талион заинтересовал. — Ужасная подделка, — кивнул он, слабо улыбнувшись, — это она тебе предложила?
Охара понимала, что под пренебрежительным 'Она' Мизар подразумевал ее саму, и отчаянно покраснела.
— Мы уже встречались раньше? — с сомнением спросил Талион, разговаривая словно сам с собой. — Ах да, что–то припоминаю. Брат моего бывшего аватара. Признать, это произвело впечатление. Ты едва не убил его, но лучше бы это произошло. Теперь твой брат на стороне Приоры, тебя это не волнует?
— А должно? — Мизар пожал плечами. — В любом случае, сейчас это не важно. Главное, что вы задумали совершить с помощью Адель и силы Слепого Бога? Здесь я представляю волю моего короля Сая Валентайна, той силы, что стоит за ним, — Мизар, как заметила Охара, избегал выражаться прямо. — Я не позволю произойти тому, что могло бы нанести вред замыслам его величества, и уж конечно не допущу, чтобы сила Слепого Бога тратилась на такие глупости, как спасение кучки глупых демонов.
— Это… — отчаянно начала Охара, закусив губу.
— Это не тебе решать, — перебил Талион, чем, признаться, удивил ее. Разве только что он не говорил обратное? — Я передумал. Я выслушаю ваш план и, если он покажется мне разумным, пожалуй, помогу вам вызволить этих несчастных, которые сами на себя навлекли такую судьбу, — говоря так, Талион в упор смотрел на Мизара. Почему он внезапно поменял свое решение? Охара не понимала, и это сильно беспокоило ее.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
