Так что, повторюсь ещё раз, слава богу, что на тот момент я понятия не имела, что нахожусь под неусыпным прицелом трёх пар определённых особ с определёнными намерениями.
…Благими намереньями выстлан путь в ад?! А не благими?..
В этом и состояла вся проблема Дэниэла Мэндэлла-младшего – у него была собственная жизнь за пределами этого танцпола, за пределами наших с ним отношений! И она слишком отличалась от той, что была между нами, и это даже слабо сказано – отличалась! Это были абсолютно две разные и ни с чем не совместимые друг с другом жизни. И, как оно всегда бывает, самая настоящая и реальная всегда задавливает ту короткую, по-быстрому собранную из подвернувшихся кубиков и которой ты пытался отгородится от себя же самого…
И я буду ещё не раз спрашивать его ментально на расстоянии не только в тысячи миль, но и в несколько дюймов, зачем он это сделал? Добавил мне повода сравнивать его с Алеком Митчеллом? Мол, все мужики козлы и им нужно от девушек лишь одно – секса? Завтра этот вопрос станет для меня актуальным, огромной глыбой-постаментом в виде единицы, неопровержимым доказательством всем твоим поступкам… И только через 10 лет ты надменно и жёстко сотрёшь его в своих пальцах в невесомую пыль!
А сейчас… Сейчас я балансировала и ходила по самому краю, даже не подозревая этого… Как тот беспечный младенец в картуновских мультяшках, что ползёт на четвереньках за банкой печенья к холодильнику, преодолевая немыслимые преграды и ни сколько не задумываясь о возможных последствиях – под градом летящих острозаточенных ножей, вилок, тесаков, посуды, ящиков, горящих конфорок с духовками, падающих шкафчиков и включённых в сеть электроприборов…
Сейчас мне по фигу! Я почти в раю! Я пока ещё в раю! Пока выпадает семёрка и руки Дэниэла не собираются меня отпускать. Ты не желаешь прерывать поцелуй первым, в пору побивший все рекорды самых долгих и откровенных поцелуев в истории кинематографии. Я уже не чувствовала собственных губ, безжалостно растёртых и распухших под сладчайшими атаками языка и рта Дэна. Так что ещё пару дней я буду ощущать его физическую метку собственника в буквальном смысле на своём теле (и тем больней мне будет её терпеть)! Казалось, он не только хотел меня пометить всеми известными и допустимыми способами, а добраться туда, куда не удавалась и не удастся в принципе и вообще никому, до центрального управления сущностью и сознанием Эллис Льюис… и в какой-то мере у него это почти получилось…
-…Дэн, хватит!.. – не знаю как, но я сумела вырвать свои опухшие тёмно-рубиновые губки из болезненных, но таких сладких тисков рта и языка Дэниэла Мэндэлла. Ещё немного, и мне будет больно не только говорить, но и улыбаться.
И мне срочно надо сменить ежедневную прокладку! Кажется, она давно «закончилась», и теперь мои трусики безнадёжно промокали дальше на плотную ткань джинсов. Сколько мы вообще целовались, целую вечность? Сколько сменилось на фоне играющих песен? Успела ли я хоть раз за это время кончить или была почти на самой грани, той самой запредельной, где кончается переход между наивысшей точкой возбуждения у безумной вспышки эйфории, сотрясающей пространство, время и твоё обнажённое естество! Как я вообще решилась сойти с неё, сбежать, разорвать сладчайшую тонкую нить обоюдной связи?.. а, главное, ПОЧЕМУ?!..
- Это не то место!.. и на нас… все глазеют! Скоро начнут делать ставки!
Попытка отстраниться и выскользнуть из его рук, завершилась полным провалом. Я очутилась в неразрывной прочной ловушке объятий всего за несколько мгновений и незаметных движений рук Дэниэла. Он обхватил меня, прижал за плечи и поясницу двумя тугими стяжками, при малейшем перенатяжении которых мой позвоночник мог с лёгкостью хрустнуть и надломиться подобно тонкой спичке.
- Куда это ты собралась?! – сбивчивый громкий шёпот обжёг мне лицо и широко раскрытые глаза выстрелом в упор. – Подожди… не шевелись!
Прижимается лбом к моему, глаза полупьяные, практически в ином измерении, но умудряются держаться за меня и всё так же проникать ощутимым глубоким скольжением по всем моим нейронам… Fuck! Так сильно вжимается в мой живот окаменевшим членом, словно намеревается не сбить эрекцию, а довести её до эякуляции. И при всём этом меня саму обдаёт таким жаром, до полной потери ориентации в пространстве и во времени, что сама теряюсь в собственных желаниях и восприятии окружающей действительности.
Господи, неужели мы в пул-пабе? Нет! Не хочу, это не честно! Опять возвращаться в этот долбанный паб, где за нами неотрывно бдит Саманта Грин (будь она трижды неладна со всеми своими стрелками и воскресными посиделками!). А ведь я могла возненавидеть её ещё больше… грубо говоря, ей охренительно повезло!
- Если мы не остановимся, за нас это сделает Сэм! – пытаюсь приподнять личико и немного отклонить голову назад. Хочу видеть его глаза и потемневшее от страсти с нечеловеческой сдержанностью лицо. Мой зверь, мой любимый опасный хищник старается изо всех сил совладать со своими низменными пороками и неконтролируемыми страстями.
- Если она попытается это сделать, тогда у меня появится прекрасный повод убить её.
Меня пробирает конвульсивный смех на грани истерики! Ноги практически перестают держать, если бы не руки Дэна, то сползла бы прямо по его телу на пол к его ногам! Чёрт! Эти двоякие ощущения с противоречивыми мыслями и фантазиями нарастают и ширятся благодаря внутреннему конфликту меня же самой с собой, отбирают остатки сил и уверенность продержаться в этой грёбаной реальности ещё пару мгновений… Просто хочу остаться в его объятиях, раствориться в них до последней клеточки и никогда больше не возвращаться сюда! Сбежать… навсегда и безвозвратно!
Почему такое невозможно?! Почему реальность всегда побеждает и берёт своё, назначая слишком завышенную цену, с запредельными процентами кредита?! Неужели я задолжала так много или не заметила, как мои потребности превзошли все допустимые нормы? Я взяла больше, чем могла использовать?.. Тогда почему я всё поглотила и не заметила этого… почему мой аппетит только усилился, а желания перешли все грани недопустимого? Разве можно хотеть больше, чем позволяет сама природа? Откуда эта нездоровая и ненормальная ненасытность?.. Я хочу ещё! Я хочу тебя, всего, без остатка, словно… словно пытаюсь успеть насладиться и напитаться тобой как… в последний раз… из подсознательного страха, что это наша последняя встреча… и не сколько встреча, а… последняя Я, ещё безумно влюблённая, до невозможности доверчивая, наивно верящая в идеальный исход этого дня…
