Признаться, Лена думала, что уж она-то точно будет бездельничать. Светличать, так сказать. Мужчины обязательно найдут себе занятие, и они нашли: в деревне всегда есть что делать. Маркус с шутом взялись чинить конюшню, эльфы тоже вроде что-то такое прозаическое делали, попутно читая Дарту магические лекции. Лена была почти уверена, что Дарта узнали, уж больно сочувственными были взгляды в его сторону. Она, конечно, и порасспрашивала, и порассказывала, и одежду всю перечинила, если там что нуждалось в починке (стирать, разумеется, не дали), и в основном получилось, что это была одежда Дарта, пооборвался он в своих бегах. Но однажды кто-то из аборигенов увидел, как она перевязывала основательно пораненную руку младшего хозяйского сына, угрюмого подростка, и назавтра Лена обнаружила во дворе смущенно топтавшегося мужичка с отдавленной конем ладонью (это ж как подставить надо было?), потом женщину с сильно обожженной ногой, а там и до застарелого радикулита дошло… Через неделю явилась с ревизией знахарка, к которой иссяк ручеек больных. Старуха была, ясное дело, в сто раз опытнее, да вот лучшая эльфийская целительница ее не обучала, да и магией Светлой она не обладала. У женщины ожог зажил за четыре дня, отдавленная ладонь (слава богу, переломов там вроде не было) начала гнуться на третий день, а радикулит как рукой сняло к утру…
К тому же требовалось пополнить запасы лекарственных трав по эльфийским принципам: ведь уже какая-то зелень из земли вылезла, да и почек разных можно было набрать, мазь от ожогов кончалась, да и крем для лица (а также рук, ног и вообще любых частей дела) пора было сделать… Шут довольно охотно бросил рубанок и молоток, чтобы сопровождать ее по окрестностям, Маркус только зубами скрипнул. Лена пообещала в случае чего мгновенно сбегать под крылышко Лиасса, а на эльфов просто прикрикнула, чтоб не суетились. До сортира провожать готовы от усердия.
Собирала Лена только знакомые травы, листья и почки, шут обдирал нежную кору, которая очень эффективно останавливала кровь, если запасти ее именно ранней весной, а вечерами усердно растирал ее в кашицу и размазывал до сосновой доске для сушки — такой вот был способ, почему-то сначала высушенная, а потом измельченная кора была куда менее эффективна, а высушенная, скажем, на березе вызывала жуткий зуд. Никакие враги им не мешали, если не считать особо назойливых кусучих насекомых. Маркус пытался навялить им свой амулет, да вокруг конюшни этого летучего зверья было еще больше, поэтому Лена отказалась.
Стрела воткнулась в ствол дерева рядом с головой шута. Он, естественно, шарахнулся, рванулся было к Лене, да вторая стрела заставила его замереть. Это были всего лишь стражники.
— Эльф?
Шут покачал головой.
— Полукровка.
— Видишь особенную разницу, урод? Подорожная где?
— В дорожном мешке. А мешок в деревне.
— С собой, значит, нету. А оружие с собой, значит, есть…
— А как он будет меня защищать без оружия? — удивилась Лена. В этом мире она благоразумно носила только черное платье Странницы. Стражники смешались.
— Светлая? Это твой эльф, что ли?
— Это мой полукровка, — кивнула Лена, — и эльфы у меня есть. Трое. И у меня есть подорожная на всех моих спутников.
— А-а-а… э-э-э… они из этого мира?
— Нет, из другого.
— А не видела ли ты в своих странствиях голубоглазого эльфа с рубцом на левой щеке?
— У меня два голубоглазых эльфа, и у одного шрам на щеке. А что?
— Откуда у него этот шрам?
— Ты разговариваешь со Светлой, стражник, — напомнил шут. — Будь почтителен.
— Я должен проверить твоих эльфов, Светлая.
— Иди и проверяй, — пожала плечами Лена. — Я должна собрать первоцвет именно сегодня и именно в этот час. Если хочешь, чтобы я тебя сопровождала, тебе придется подождать.
Конечно, первоцвет можно было собирать еще две недели, но у Странниц свои причуды. Стражник почесал в затылке, сдвинув на нос металлический шлем.
— Да нет, не нужно… А на этого эльфа точно подорожная есть?
— Разумеется. Его зовут Рош Винор, и он не эльф, а полукровка. Будь точен, стражник.
— Все-таки и его проверить надо. Пусть он с нами пойдет.
— Он нужен мне здесь.
Поперепиравшись еще несколько минут, Лена согласилась вернуться в деревню. Шут мастерски подделал подорожную, и ему было нетрудно, потому что дурак писарь приглашающе оставил там довольно много места между текстом и подписью чиновника, и свежевыдуманное имя вошло, и особые приметы. Эльфы кажутся людям похожими, тем более светловолосые и голубоглазые, и Лена, увидь она впервые Гарвина и Дарта, не нашла бы в них особенной разницы.
Люди встречали стражу крайне неприветливо. Наверное, имелись прецеденты, но в присутствии Лены стражники вели себя пристойно. Надо было видеть, как они отшатнулись, когда полуголый Милит, делавший что-то, согнувшись в три погибели, медленно распрямился: его рост и сложение внушали некий трепет, а шрам на боку убедительно доказывал, что ему и драться доводилось. Гарвин даже головы не повернул, продолжая разговаривать с Дартом. Светловолосым эльфом со шрамом на правой щеке. Это как? Маркус принес подорожную. Он, правда, никакого интереса не вызвал: ну человек и человек, вон их полдеревни, разве что мечей не носят. А Маркус демонстративно надел, когда ходил за подорожной. Люди, столпившиеся немного поодаль, тихонько ворчали, создавая гудение пчелиного роя: мыслимое ли дело, спутников Светлой проверять…
— Это Дарт, — уверенно сказал один из стражников. — Но почему шрам у него на правой щеке, если я разрубил ему левую?
— Очевидно, потому что это не Дарт, — пожала плечами Лена. — Его зовут Далин, и он эльф из Трехмирья.
— Да простит меня Светлая, но я не могу ошибаться, — виновато покачал головой стражник. — Это Дарт, и я никогда не забуду его глаза. Очень трудно забыть глаза человека, который хочет тебя убить.
— Интересно, — спросил Гарвин у кривоватого плетня, — а Дарт запомнил твои глаза, человек?
— Ты хочешь сказать, что я лгу, — задумчиво проговорила Лена, — а с какой целью я лгу?
— Что ты! — испугался стражник. — Но может быть… может быть, ты ошибаешься?
— Может, все-таки ошибаешься ты? — предположил Маркус. Тот попятился, но снова покачал головой.
— Нет. Ты сам солдат, ты должен меня понимать. Я уверен — это Дарт.
Гарвин соизволил посмотреть на Лену, пожал плечами: и что делать будем?
— Мне вот эльфы на одно лицо, — сообщил Маркус, — я этих-то различаю не очень. Ну а если это Дарт, то как шрам перекочевал на другую щеку? Я с таким еще не сталкивался. Он что, маг, этот твой Дарт?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
