Если нападающие настолько умелые воины, как думала Бека, пройдет немного времени, прежде чем они это поймут. Выбравшись из колючего куста, девушка начала карабкаться на крутой склон.
Она бежала, пока совсем не запыхалась, ориентируясь по солнцу. Когда стало ясно, что от преследователей ей удалось скрыться, Бека остановилась у ручья, чтобы обмыть окровавленную ногу, потом медленно, сделав круг, вернулась туда, где была засада, рассчитывая по каким-нибудь признакам узнать, кто на них напал.
Однако кто-то побывал там раньше ее, и с той. же самой целью. Единственная цепочка следов вела от дороги туда, где прятались нападающие; она извивалась по лесу так, что было ясно:
кто-то тщательно обыскал местность. Форма следов показалась Беке знакомой.
— Ниал, — прошептала Бека, касаясь пальцами одного узкого отпечатка. Все вокруг затуманилось, и Бека сердито вытерла слезы. Не станет она плакать по предателю, словно какая-то брошенная судомойка.
Пройдя по следам обратно к дороге, Бека обнаружила, что Ниал вернулся один.
— Молодцы, друзья, — прошептала она, отказываясь даже думать о какой— либо причине этого, кроме одной: Серегилу и Алеку удалось ускользнуть.
То, что она обнаружила потом, заставило темный кулак гнева стиснуть ее сердце: Ниал отправился выслеживать ее.
«Поищи меня в Сарикали, сукин ты сын!» — подумала Бека и, хромая, двинулась под защиту деревьев.
Глава 46. Неласковый прием
Алека разбудил плеск волн о деревянную обшивку лодки. , Он выпрямился в своем тесном носовом отсеке и посмотрел на корму. Серегил все так же сидел у руля, оглядывая горизонт. Алек нашел, что друг представляет собой жалкое зрелище:
сплошные синяки, грязная туника, бледное лицо. Серегил казался обессиленным, похожим на призрак.
Алек незаметно сделал отвращающий зло знак. Как раз в этот момент Серегил взглянул на него и устало улыбнулся.
— Смотри туда, — показал он вперед по курсу лодки. — Вон там чуть видны Эамальские острова. Высматривай паруса.
Это оказалось их единственным занятием — все утро и большую часть дня. Безжалостное солнечное сияние резало глаза, губы потрескались от соленого ветра. Лодка сохраняла курс на северо-восток, далекие острова служили ориентиром. Алек иногда сменял Серегила у руля и уговаривал друга поспать, но тот отказывался.
Наконец, когда солнце уже клонилось к горизонту, Алек заметил черную точку на серебряной поверхности моря.
— Вон там! — хрипло пробормотал он, в возбуждении свешиваясь через борт. — Видишь? Это парус?
— Скаланский парус, — подтвердил Серегил, наваливаясь на руль. — Будем надеяться, мы доберемся до корабля прежде, чем стемнеет. Ночью они нас не заметят, а наше суденышко догнать корабль не сможет.
Следующие два часа Алек напряжено следил, как черточка на горизонте растет и превращается в скаланский боевой корабль с красными парусами. Судно шло обычным для посыльных кораблей курсом.
— Может быть, это и есть всего лишь посыльный корабль, — забеспокоился Серегил, когда они приблизились к судну. — Он один, никаких других не видно. Клянусь Четверкой, остается только надеяться, что мы не ошиблись.
Опасения в том, что в темноте они не смогут обратить на себя внимание команды корабля, скоро рассеялись. Судно изменило курс и устремилось навстречу лодке.
— Похоже на то, что нам все-таки везет, — сказал Алек. Как только они оказались настолько близко, что их могли услышать, Серегил с Алеком начали громко кричать, и с корабля им ответили. Когда лодка подошла к борту судна, оказалось, что их уже ждет веревочная лестница, а вдоль поручней выстроились любопытные моряки.
— Держи, — сказал Серегил, сунув в руки Алеку веревку. — Нужно привязать лодку покрепче — не годится ее потерять, пока мы не уверены, что это тот корабль, который нам нужен.
Скаланское судно раскачивалось на волнах, и лестница раскачивалась с ним вместе, так что к тому моменту, когда Алек добрался до поручней, он заработал несколько синяков и головокружение. Сильные руки подхватили его, вытащили на палубу, но потом, к его изумлению, матросы швырнули его на колени.
— Эй, погодите! Позвольте мне… — Алек попытался подняться, но его снова повалили, на этот раз более грубо. Оглядевшись, юноша обнаружил, что его окружают вооруженные люди.
Серегил перелез через поручни и сделал шаг к Алеку, но его тоже швырнули на палубу. Алек потянулся к рапире, но выразительный взгляд Серегила остановил его.
— Именем принцессы Клиа и царицы! — крикнул Серегил, не прикасаясь к оружию.
— Ну как же! — насмешливо протянул кто-то. Матросы расступились, и вперед вышла черноволосая женщина в покрытом пятнами соли кафтане капитана скаланского военного корабля.
— Далеко же вы забрались от берега в этой своей скорлупке, — без улыбки бросила она.
— Принцесса Клиа послала нас навстречу своему брату, принцу Коратану, — объяснил Серегил, явно озадаченный враждебным приемом.
Командир корабля скрестила руки на груди, ничуть не смягчившись.
— Ах вот как! И где же это вы так ловко научились говорить по— скалански?
— При дворе царицы Идрилейн, да будет Сакор милостив к ее душе, — ответил Серегил. Он снова попытался подняться, и его снова повалили на палубу. — Послушай! У нас мало времени. Я благородный Серегил-и-Корит, а это благородный Алек-и-Амаса из Айвиуэлла. Мы адъютанты принцессы Клиа. Случилось несчастье, и мы должны поговорить с принцем Коратаном.
— С чего бы это принцу Коратану быть на моем корабле? — подозрительно спросила женщина.
— Если не на твоем, то на другом, находящемся поблизости, — ответил Серегил, и Алек с ужасом почувствовал неуверенность в голосе друга. Юноша быстро огляделся, оценивая возможность побега: никакого шанса. Их все еще плотным кольцом окружала команда корабля, а вдоль поручней выстроились лучники, с интересом наблюдавшие за происходящим. Даже если бы им с Серегилом удалось вырваться, бежать было бы некуда.
— Тогда предъявите доказательства, — потребовала женщина.
— Доказательства?
— Пропуск, подписанный принцессой.
— Наше путешествие было слишком опасным, чтобы иметь при себе письменные распоряжения, — объяснил Серегил. — Ситуация в..
— Как удачно для вас, — протянула капитан; окружавшие пленников матросы разразились издевательским смехом. — Похоже, мы изловили парочку грязных ауренфэйских шпионов, парни. Как ты думаешь, Метес?
Светловолосый моряк, стоявший рядом с ней, бросил на пленников враждебный взгляд.
— Это мелкая рыбешка, капитан. Лучше всего выпотрошить их и бросить за борт, если не удастся добиться от них ничего интересного. — Он вытащил из-за пояса длинный нож и кивнул матросам, державшим Серегила и Алека за руки. Моряк, которого капитан назвала Метесом, схватил Серегила за волосы и запрокинул его голову, обнажив горло.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
