Когда появились первые твари из разлома, я окаменела, не в силах справится с собой.
Лохматые шкуры, массивные туловища на коротких лапах, зловонное дыхание из открытых пастей, тягучая слюна, капающая с острых зубов и горящие кровавым цветом глаза…
Прямо на меня несся вожак Адских гончих, выбравшийся из разлома практически первым. За ним в этот мир хлынули и остальные, и их было много, очень много, но мне до этого уже не было абсолютно никакого дела. Я замерла, как кролик перед удавом, не в силах сдвинуться с места. В душе похолодело, и шевелился мерзкий, липкий страх, сковывавший все мое естество, мешая действовать, двигаться, защищаться, бежать и даже просто думать. Я все еще помнила клыки этой твари на своем горле.
— Ниэль! — всего за секунду до того, как лапы и клыки зверя повторно не совершили свое дело, меня с места, второй раз за сегодняшний вечер, снесла с места размытая тень. Прокатившись по земле, кто-то взял меня за плечи и хорошенько встряхнул, — Ниэль, не время вспоминать прошлое! Я не могу потерять еще раз и по той же причине!
— Остиэль? — шокированно выдохнула, различив наконец-то своего спасителя, — Что за хрдыр?
— Не время объяснять, маленькая! — отозвался хамелеон, рывком поднимаясь и поднимая меня. В его руке уже сверкал клинок, а еще один, только что вынутый из наспинных ножен, эльф кинул мне и, бросившись чуть в сторону, мгновенно снес голову одной из тварей. Я, не мешкая, метнулась в бок, увидев еще одну пару красных глаз. Вокруг нас, если судить по звукам, уже вовсю кипел бой.
— Остиэль, тебе потом придется многое мне объяснить! — рявкнула я, уходя от удара лапы одной из гончих, чтобы тут же проткнуть насквозь череп другой. Хрдыр, да этих тварей в три раза больше, чем присутствующих здесь дроу!
— Конечно, маленькая, — хохотнул хамелеон, успешно справившись с еще одной тварью, — Но только после тебя!
Я только скривилась, благополучно отрубив лапы еще одной псине. Уж что-что, а свое поведение я не намерена была объяснять кому бы то ни было. И даже ему.
Очень скоро стало понятно, что так дело дальше продолжаться не может.
Тварей было слишком много и уже многие эльфы погибли от их зубов, но кроме этого, многие из гончих успели скрыться в лесу. Более того, из провала продолжали появлятся все новые гончие, правда, уже не в том количестве и не так часто…
Мне хватило пары минут, чтобы просчитать, через какие промежутки появляется нечисть. И у меня была примерно минута, чтобы закрыть провал до того, как появится новая партия зверски ненавидимых всем моим естеством существ.
Дождавшись окончания магического всплеска, ознаминовавшего окончание появление гончих, я снесла голову напавшей на меня псине, и резко сорвалась с места. Добежав до огромного бревна, что валялось прямо посреди поляны, уже давно залитой кровью, вскочила на него и, не останавливаясь, сильно оттолкнулась обеими ногами. Совершив несколько кувырков, чтобы перелететь через дерувшихся с нечитью эльфов, я уже собиралась приземлиться аккурат возле разлома, когда меня сбил с намеченного курса огромный, матерый пес.
Меч улетел в ближайшие кусты, дыхание от удара об землю сбилось, а к траве мое тело прижимали лапы вожака своры Адских гончих. Внутри шевельнулся страх, правда, уже ненадолго. Я почувствовала, как мои глаза сами собой вспыхнули зеленым, а в руке зажглось некромантское пламя.
— Сдохни, тварь! — прошипела, запустив сгусток пламени прямо в открытую пасть зверя. Но, к моему удивлению, вожак не только не пострадал, но и, похоже, остался этим весьма доволен… Запрокинув голову всего на секунду, огромная псина просто поглотила пламя и вновь ощетинилась, злобно зарычав прямо мне в лицо. На мою шею попала его слюна, и вот теперь меня уже окончательно сковал ужас.
Неожиданно пес коротко взвизгнул и рухнул всем весом прямо на меня. Его череп насквозь пронзило лезвие чьего-то сатара и блестящий, острый кончик, торчавший прямо из подбородка псины, оказался в ничтожно малом расстоянии от моего лица. Через мгновение на мой нос закапала густая кровь уже мертвого вожака Адских гончих… а еще через мгновение кто-то скинул эту тушу с меня.
— Цела? — дроу протянул мне руку и я, разглядев того, кто спас мне жизнь, я, помедлив, все же протянула ему свою. Им оказался Хантар.
— Да, — ответила я, вытирая тыльной стороной ладони кровь с лица, но скорее всего, я ее больше размазала, и усмехнулась, — Похоже, что ты вернул долг.
— Похоже на то, — с улыбкой согласился дроу и, тут же серьезно кивнул в сторону разлома, — Иди. Я прикрою.
Я тут же рванула к зияющему провалу, но вдруг остановилась и резко развернулась к эльфу:
— Почему? Ведь Летрак…
— Я тебе верю.
Эти слова заставили заново забиться умершее некогда сердце. Пытаясь справиться с нахлынувшими чувствами, я еще раз кивнула и уже не стала медлить. Подбежав к провалу и проскользив по покрой от крови траве, остановилась на самом его краю и заглюнула внутрь.
Провал не был отвесным, а немного покатым, что позволяло гончим практически без проблем пробираться в этот мир. На расстоянии нескольких локтей внизу виднелись разломанные каменные плиты, а из-под них, где-то очень глубоко, исходил лишь только зеленый свет магии смерти и начинал клубиться красный туман, что означало только одно — уже была готова к выходу очередная партия гончих.
Чтобы закрыть провал, у меня было меньше минуты.
Пробудив магическое зрение, я чисто интуитивно потянулась к силовым нитям, окружающим это место. Их нужно было как можно скорее собрать воедино и из них сплести заново узор заклинания на плитах, что некогда запирали вход в иной мир, а если точнее — в царство Дарка. Ведь именно оттуда шли эти создания.
Проблема была в том, что изначального плетения я не знала. Так что оставалось надеяться только на интуицию и врожденную силу Хранителей, отбросив всю другую магию, которую я знала и которой владела. Силовые нити были схожи с магией смерти, но все же они отличались и при прикосновении к ним больно жалили. Вряд ли бы кто другой смог повторить то, что собиралась сейчас сделать я и выжить при этом.
Черпая силу из артефакта и, доверяя ему, как вещи, созданной чистокровным Хранителем, я принялась собирать нити в сложный узор плетения, делая это как можно быстрее. По лбу и вискам от усилий струился пот, и я молилась только об одном — успеть закончить узор вовремя. Ведь иначе гончие не только разрушат практически готовое плетение, но и ворвутся в этот мир, встретив на своем пути лишь одну преграду — меня, совершенно не готовую к обороне.
— Ну же, ну! — раздраженно проговоила, видя, как нити замедлились, когда узор практичиски был готов. Всего два крошечных потока магии не встали свои места для завершения и укрепления заклинания, а рык гончих уже слышался совсем близко, — Есть!
