Главное, всё в точности исполнили, что «набрасывал» в прошлый приезд. Представьте, кто бывал в городе на Енисее — от КрасТЭЦ до железнодорожного моста прямущая нитка улицы-проспекта. Причём дома в сторону Енисея исключительно присутственные учреждения, с парадными фасадами на две стороны. И на реку и на проспект. А ну как царю батюшке на пароходе захочется прокатиться. Конечно, захотелось и на пароходе. Две недели провёл в Красноярске, если считать с конным переходом до Енисейска. Тамошнее купечество качественно поработало над Казачинскими порогами — затратили изрядно взрывчатки, но проложили более-менее приличный путь для пароходов. За что и удостоились похвалы монарха и наград высоких. Александр, хоть и в Петербурге находился во время моего заокеанского вояжа, но ситуацию в Сибири контролировал. Енисейским промышленникам несколько раз отказывали в строительстве железной дороги что до Красноярска, что до Томска, упирая на чрезмерные затраты и малую отдачу, рекомендовали в пароходы вкладываться и Северный Морской Путь осваивать. Но те всё не унимались. Хотелось большого Дела сибирякам. Сейчас вот проект представили моста через Енисей в районе, соответственно, Енисейска, который будет строиться одновременно с железной дорогой до Томска. И провели ведь разведку по маршруту предполагаемой магистрали Енисейск-Якутск, и угля месторождения обнаружили и серебра и свинца с графитом и оловом.
Вспомнился фильм «Сибириада», тот эпизод когда мужик от силушки дурной, от энергии неизбытой в одного рубил просеку в тайге, чисто для души, чтоб куда-то дорога шла. А дороги, они же по сути нити, человеческие общины связующие.
И сей проект тащить не в одиночку предстоит инициатору, почётному гражданину Енисейска Ивану Грабарю, команда единомышленников подобралась замечательная. Тут и купчины старой закваски и инженеры уже моего «Константинова призыва». То ли эмоции возобладали, то ли выпил чрезмерно, но дал высочайшее согласие и на мост и на магистраль до Томска. Однако особо предупредил — сроки не гнать, работать на качество, использовать только лучшие материалы. И полтора миллиона из личных средств на мост — бах! Впрочем, если вспомнить как всё начиналось у великого князя Константина Николаевича, так именно енисейские золотопромышленники и напитали тридцать пять лет назад ту Экспедицию необходимыми средствами, позволившими не просто до Амура и Сахалина дойти, но и закупиться в Китае провиантом, «застолбить» за Россией славный град Владивосток на два десятка лет ранее и потом дерзнуть ввязаться в калифорнийскую авантюру. Не было б тогда «презентов» от золотоискателей бородатых, сложно сказать — погнал фрегаты через океан или же удовольствовался Владивостоком…
Помимо финансов помог «Енисейскому проекту» и личным участием — в стиле Петра Первого на месте будущего мостового перехода, повыёживался с лопатой и тачкой перед фотоаппаратами, заложил первый камень и рассказал о важности волонтёрства, пардон помощи всем миром народной стройке, даже изобрёл и внедрил систему трудодней. У кого из сибиряков нет возможности деньгами помочь, так пускай киркой или лопатой помашет и запишется тот трудодень в специальный журнал. Вот, самодержец трудодень отработал и обязуется минимум десять за год отвкалывать на «стройке века». Ну а если по времени не получится подъехать в Енисейск, дела государственные в столице удержат, найдётся поди сподвижник, отработает смену и на царя-батюшку запишет трудовой тот подвиг десятник. Дескать Иван Пупкин свой трудодень отработал на строительстве моста с зачётом Константину Николаевичу Романову. И в газете чтоб про то обязательно известили — мне в Питере приятно прочитать будет, какие замечательные верноподданные в далеке сибирском проживают. За два года более семи тысяч трудодней записано на трудовой счёт Константина Романова. Некоторые «особо энергичные» по два-три дня в месяц трудились «за царя». То ли истовые патриоты, то ли хитрожопцы, а может и не вполне адекваты, но «процесс пошёл», томичи потянули рельсы на восток, а енисейцы сосредоточились на переходе через великую сибирскую реку. Надо что-то делать людям, энергию куда то девать…
В Томске презентовали новенький, «с иголочки» паровозоремонтный завод, вторая очередь которого позволит и вагоны строить и паровозы собирать. Что ошарашило — в рамках общения государя с народом побывал на футбольном матче (соратники цесаревича завезли игру в Сибирь) местных команд. Угадайте, кто играл? Конечно же «Томь» и «Чулым». А в Красноярске футбол не прижился, там «заокеанская забава» хоккей с мячом, мною же в 1846 году разрекламированная как игра индейцев Канады (правда по правилам нашего ХСМ) на первом месте.
«Золотое десятилетие», каковым российские газетчики, а вслед за ними и остальные окрестили время с 1870 года, когда ни войн, ни больших неурожаев не случилось, а если где и не уродился хлебушек, там наконец-то научились работать губернские чрезвычайные комиссии, вскрывавшие склады с регулярно обновляемым резервом, подрасслабило народ. Что заметил, когда русскому человеку «жить хорошо» он начинает всякой ерундой заниматься. Одни пьют безбожно и запойно, другие превращаются в Обломовых-Лоханкиных, чего-то рассуждая и рассусоливая, третьи подаются в бомбисты или разбойники. А потому после кругосветного путешествия, всю страну проехав — проинспектировав, наконец решился взять на шпагу Константинополь. Именно тот, не Тихоокеанский, а который Царьград. Момент наиблагоприятнейший — турки снова режут болгар, но на сей раз как-то особенно цинично, масштабно и бесстыдно, даже не пытаясь скрыть злодеяния. А кто их разбаловал? Увы, увы. Оборзели башибузуки, считают, что Россия не впишется за «братУшек», смолчит как много раз до того.
И смолчали бы, но нет сейчас нужды терпеть и дипломатничать, Россия «нагуляла жирок», промышленность на подъёме, но на селе начинает спиваться мужик, а в армии и на флоте офицеры дурят от безделья, начинают заговаривать о правах и конституциях.
Решено! Как только пройдут похороны Александра Николаевича, отправляюсь в Севастополь для инспекции Черноморской эскадры. Одновременно с этим направляю султану телеграмму примирительно-строгого характера. Мол, брат мой по крови владыческой, уйми своих бандюганов, пускай не терзают так славян-христиан и армян, до кучи. А то Россия ого-го как рассердится! Разумеется, предводитель всех правоверных вежливо ответит на «братское» послание, выразит понимание, проявит озабоченность и пообещает приструнить наиболее ретивых. А то и даже — наказать!
Такими письмами мы обменивались раз в три-четыре года точно, по моему, послания даже и не переписывались, так, разве что пара слов переставлялась, да география менялась. Но сейчас, в одна тыща восемьсот восемьдесят первом году от Рождества Христова всё случится всерьёз.
Лет пять спокойной жизни ещё можно выиграть, но тогда ко времени начала Большой Войны (думаю всё-таки схлестнёмся в 1885–1890 с англичанами и САСШ) армия будет в полуразобранном состоянии. Наросли младшие офицеры не принимавшие участие в боевых действиях, абсолютно необстрелянные. Вот на кошках, то есть на янычарах, пускай и потренируются. Это на первый взгляд кажется, что с турками можно с наскока совладать. На самом деле османы крепкая региональная держава, твёрдо удерживают балканские государства и не думают распадаться, сколь им не пророчат европейские пикейные жилеты. Если бы не коррупция, не повальное воровство и торговля офицерскими чинами, пришлось бы изрядно повозиться с армией Блистательной Порты. Но на сегодня флот у нехристей вроде есть, но в то же время его по сути и нет, оборона Проливов чисто номинальная, тренировки расчётов орудий по полгода не проводятся. И ладно бы из столицы средства все разворовывались, нет, примерно половина доходит до адресата. Но там уже стараются отцы-командиры…
План компании простой как штык суворовского чудо богатыря. Черноморская эскадра выходит на учения, одновременно с этим посол в Константинополе Станислав Саблин вручает султану ультиматум и примерно через 10–12 часов пять броненосных кораблей, три крейсера и полтора десятка «больших», в триста тонн миноносцев, входят в Мраморное море, по пути высаживая команды морских пехотинцев на батареях. Задача морпехов — предотвратить обстрел наших кораблей. А потом и разломать-расколошматить турецкие пушки, ибо нам тот металлолом на хрен не нужен. Далее броненосная эскадра движется к Дарданеллам и атакует батареи и прикрывающие их части с тыла. В это время Босфор форсирует караван транспортов с пехотой и полевой артиллерией. Орудия береговой обороны перевозятся на пароходе с развесёлым названием «Варнак Сибирский» для установки в узостях Дарданелл. Абсолютное превосходство нашего флота и внезапность дают такую фору, что времени как-то помешать черноморцам не будет. Ну а потом флот пресекает возможность подвоза подкреплений из Малой Азии, сербы и болгары, не имея за спиной Австро-Венгрии атакуют европейские владения Османской империи, к ним наверняка присоединятся греки, мечтающие о Смирне и Салониках. Сербия, приобретя Боснию и Герцеговину, получив выход к Адриатическому морю да заключив союз с Черногорией станет сильнейшим государством на Балканах. Хотя, хорваты, словенцы и болгары могут это и оспорить…
