сделала фото Грега, распечатала документ на особом принтере, активировала голографический код и пожелала новому гражданину то же, что и тысячам до него: «Добро пожаловать в Треверберг, мистер Хант». Новый гражданин вышел на залитую солнцем улицу, огляделся в поисках свободного такси и задался вопросом: что такое карта прививок?
— Куда едем, сэр? — поинтересовался таксист, выруливая на дорогу.
— Минутку… — Грег порылся в бумажнике и достал нужную визитку. — Маклерская контора «Вудхауз и сыновья». А потом — девятый дом по улице Золотых вязов.
— Только приехали, да? — задал очередной вопрос водитель. Ему было хорошо за пятьдесят, а длинные темные волосы с сединой, собранные в аккуратный хвост, наводили на мысли о детях цветов. — Иначе бы вы дали мне по морде, увидев, что я включаю счетчик. Если житель Треверберга садится в такси и позволяет включать счетчик, объяснение может быть только одно: он едет из Ночного квартала, и он в стельку пьян, а то и что-нибудь похуже.
Грег опустил стекло, и салон машины наполнился привычными звуками большого города: гомоном толпы, визгом тормозов и сигналами недовольных водителей
— Давайте уже поедем, сэр, — обратился он к таксисту. — Если не доберемся до конторы маклера до закрытия, мне придется ночевать на улице.
— Вот это вряд ли, сэр, — в тон ему ответил знаток психологии городских жителей. — Если вы купили квартиру на улице Золотых вязов, значит, денег у вас куры не клюют. Следовательно, сможете снять номер в дорогущем отеле и точно не проведете ночь на улице. Кстати, а вы знали, что не обязательно говорить «девятый дом»? Там он один. Точнее, пять домов, которые считают за один, и у каждого есть свое название. Неплохо, а? Чего только богачи ни учудят.
— Хм, — отреагировал Грег, надеясь, что это прозвучало глубокомысленно.
— Да, да, — закивал таксист. — Алмазный дом, изумрудный дом, агатовый дом, лазурный дом и сапфировый дом. А общее имя этого комплекса — «Золотые вязы». Поэтому и улица так называется. Девятым комплекс будет в том случае, если вы считаете дома по Улице Старых Мостов, но это неправильно, вам любой житель Треверберга скажет.
Просветительная тирада была встречена молчанием со стороны пассажира, и воодушевленный таксист продолжил.
— Глупость все эти элитные кондоминиумы, сэр, если хотите знать, — покачал головой он, пропуская стайку ребятишек с рюкзаками, которые бежали по пешеходному переходу. — Ну кто их уже купить может? Здешние бизнесмены? Да у них виллы за границей, вон в Испании или где там еще. Вместо «Золотых вязов», сэр, могли бы построить жилье попроще. Да те же многоквартирные дома. Вот если бы мы выбрали в мэры правильного человека…
Грег наблюдал за мужчинами и женщинам в деловых костюмах, которые выходили из дверей здания с вывеской «Треверберг-холл». Девочки в школьной форме покупали у уличного продавца сладкую вату. Трое юношей в драных джинсах и футболках с цитатами из песен «Metallica» стояли на крыльце книжного магазина и что-то обсуждали, увлеченно жестикулируя. Девушка с длинными кудрявыми волосами цвета моркови держала на поводке серого дога и просматривала свежую газету, опустив на нос солнцезащитные очки.
— Остановитесь-ка на минуту, сэр.
— Что? — не понял водитель. К тому времени он уже прочно вжился в роль будущего мэра и со знанием дела наводил в любимом городе порядок. Таксистов так и тянет превратиться если не в президентов, то в мэров. Возможно, они и превратились бы, но в таком случае кто будет возить пассажиров?..
— Я хочу купить газету.
Таксист достал из бардачка «Треверберг Таймс».
— Держите, сэр. Покупать не надо, ничего хорошего там не пишут. Сплошь убийства да грабежи. Будь я главным редактором «Треверберг Таймс», я бы такого не допустил.
Грег пробежал глазами передовицу. «Так кому же была выгодна смерть доктора Альберта Родмана?», было напечатано над фотографией мужчины в накинутом на плечи белом халате.
Темные эльфы принадлежали к числу существ, делившихся на низших, средних и высших. Представители последнего подвида имели ярко выраженные черты «избранности»: гордую посадку головы и тонкие интеллигентные лица с изящными скулами. Грег, как и любое темное создание, рожденное в паре «смертный отец-необращенная мать», не обладал острым эмоциональным обонянием, а на снимке и вовсе мог перепутать вампира с человеком, но сходство между эльфом, обронившим паспорт, и мужчиной на снимке угадывалось без труда.
Фотография, открывавшая статью на второй странице «Треверберг Таймс», запечатлела покойного доктора Родмана в больничном коридоре. Он пожимал руку невысокому мужчине с седой — не по возрасту, как показалось Грегу, он не дал бы незнакомцу больше тридцати — шевелюрой. Оба смотрели в камеру и широко улыбались. «Доктор Альберт Родман и доктор Филипп Хобарт на открытии первой клиники для слоев населения, живущих за чертой бедности, — гласил пояснительный абзац. — Треверберг, 1999 год».
«Второго июля, — начал читать Грег, — мир потерял одного из крупнейших ученых современности. Доктор Альберт Родман, знаменитый хирург-кардиолог, спасший десятки жизней, скоропостижно скончался от остановки сердца. Напомним, что около десяти лет назад доктор Родман, оставив практику, сосредоточился на исследовательской работе и благотворительности. При участии делового партнера и близкого друга доктора Филиппа Хобарта он открыл несколько клиник для граждан, живущих за чертой бедности. Две из них находятся в Треверберге. Клиники предоставляют обслуживание тем, кто не может позволить себе медицинскую страховку. Также доктор Родман и доктор Хобарт основали центр помощи страдающим от наркотической зависимости. Не забудем и о том, что результаты совместных исследований коллег подарили миру несколько новых препаратов и уникальный аналог заместительной терапии без использования метадона[1].
Доктор Хобарт, любезно согласившийся дать «Треверберг Таймс» короткое интервью, сказал, что в последнее время партнеры работали больше обычного, но на здоровье доктор Родман не жаловался. По словам коллеги, он «всегда был энергичным, уверенным в себе профессионалом и преданным другом, готовым поддержать в любой ситуации». Заметим, что доктор Родман этой осенью намеревался сменить семейный статус с «разведен» на «женат». На зиму партнеры планировали открытие второго центра помощи и очередной клиники. Безусловно, произошедшее с доктором Родманом любой назовет трагедией, но нельзя закрывать глаза на то, что случай выглядит загадочно…».
Грег свернул газету.
— Ну как? — спросил таксист. Они миновали деловой квартал, и теперь машина ехала по длинной прямой дороге, по обеим сторонам которой красовались «зеленые легкие»: сплошь пушистые кусты и нарядные цветники. — Обсасывают смерть доктора Родмана? Да, сэр, им только волю дай. Человек уже не может умереть от остановки сердца. Иногда у вас ничего не болит, а потом вы падаете посреди улицы и умираете. Знаете, что я вам скажу? Этот доктор Родман работал как проклятый. Ни один нормальный человек
