— Легендарное виски Альбиона. Благодарю.
Он сделал глоток и оставил у себя бокал. Мурдо повторил процедуру с Готреком, который бросил на эльфа презрительный взгляд и осушил бокал одним глотком. Его поступок вызвал у местных вздох, который Феликс принял за удивление.
— О, да ты выпивоха, Готрек Гурниссон, — произнёс Мурдо.
— Я гном, — возразил Готрек. — Виски хорош, для человеческого пойла.
— Значит, выпьешь ещё?
— Ага.
Мурдо снова наполнил бокал Готрека, а Феликсу принёс ещё один. Тот понюхал. Запах алкоголя был очень сильным. Он сделал глоток и едва не выплюнул обратно. Алкоголь обжёг язык Феликса, а его мощные пары, пронеслись по горлу и шибанули в нос. Вкус был немного копчёный, но не противный, если к нему привыкнуть. И явно не хуже, чем кислевитская картофельная водка.
— Очень хорош, — произнёс Феликс, заметив, что Готрек осушил второй бокал и не прочь повторить. На этот раз сельчане разразились аплодисментами. Что бы там они ни думали о незнакомцах, любителей выпить люди Альбиона явно уважали. И, словно по сигналу, каждый мужчина взял бокал и наполнил его из бочонка. Похоже, что у каждого был свой персональный бокал, или, возможно, такой имела каждая семья. Феликс заметил, что в группах мужчин все наливают из одного и того же бочонка, но это была единственная отличительная деталь.
Все расселись у стен, повернувшись к ним спинами, и образовали круг. Кто — то извлёк инструмент из небольших духовых трубок и нечто, напоминающее скрипку, и начала играть музыка. Аромат готовящейся еды начал преодолевать неприятные запахи.
— Что привело тебя на Альбион, волшебник из Ультуана? — спросил Мурдо.
Лицо его выражало равнодушие, но глаза выдавали острый интерес. Феликс заметил, что старик лишь пригубил своё виски, в то время как остальные пытались повторить подвиг Готрека. Феликс мог поручиться, что Истребитель тоже прислушивается, хотя внешне он лишь отрешённо глядел на огонь.
— Выполняю миссию, — ответил Теклис. — Как и мои спутники.
— Миссия? Дело волшебников и мудрых, не иначе. Не буду лезть не в своё дело.
— Ты и не лезешь, друг Мурдо. Возможно, ты сможешь нам помочь. Я разыскиваю Прорицательницу правдосказов, а если не удастся, то древний храм, который, возможно, недавно захватили силы тьмы.
Феликс мог поклясться, что блеск в глазах старика усилился. Тот кивнул.
— И что ты собираешься делать, разыскав её?
— Буду просить о помощи. Она мне крайне необходима.
— Не часто представитель твоего народа признаёт подобное.
— Настали тёмные времена.
— Да уж, конец мира, похоже. Ты говорил о храме, что ты о нём знаешь?
— Говорят, он создан Древними. Ты, должно быть, знаешь о них?
На сей раз старик отчётливо вздрогнул. Феликс видел, как его пальцы перебирают амулет на груди. И впервые обратил внимание, что на каменный наконечник копья старика нанесены руны. Старик явно чародей, в некотором роде.
— Я о них знаю, хотя это не та тема, которую мудрый человек обсуждает на публике. Это относится к священным таинствам.
— Стало быть, это дело правдосказов?
Теперь старик выглядел несколько удивлённым.
— А ты хорошо осведомлён.
Ответную улыбку эльфа Феликс принял за проявление ложного смирения.
— Что собираешься делать, если найдёшь храм, соответствующий твоему описанию, который захвачен тёмными силами?
— Я изгоню их оттуда или, в случае неудачи, сделаю так, чтобы они не смогли воспользоваться находящейся в храме мощью для собственных злобных целей.
— Ты и твои спутники собираетесь это сделать? Нелёгкую же задачу ты себе поставил.
— Тебе известны вещи, о которых я говорю?
— Я знаю о таких вещах.
— Ты расскажешь мне? Я не могу раскрыть все причины, но верю, что моя миссия принесёт пользу и твоему народу.
— Каким способом?
— Не участились ли недавно землетрясения? Не испортилась ли погода?
— На Альбионе всегда плохая погода, но недавно она стала особенно плохой. Сильные бури обрушиваются на землю. Реки выходят из берегов, смывая деревни. Великое проклятие лежит на нашей стране, Теклис с Ультуана. Сначала с гор спустились орды зеленокожих, а затем случилось всё то, что ты описывал. Некоторые говорят, что боги Света отвернулись от Альбиона, и Семеро больше не присматривают за нами.
— Я уверен, что все эти события связаны, — заявил эльф. — Злые люди пробудили древнюю магию. Эти заклинания сконцентрированы на Альбион. Если это проклятие, то оно имеет источник, и этот источник можно очистить.
— Так утверждает Прорицательница, и я ей верю. Она говорит, что открыты древние пути и по ним крадутся демоны. Некоторые заявляют, что она состарилась и утратила провидческий дар, но сам я в этом не уверен.
— Твой народ не един в этом вопросе?
— Говорящие правду разделились.
— И снова ты упомянул орден волшебников Альбиона…
— Да, но откуда тебе известно о таких вещах?
— В моей библиотеке содержатся записи… но ты первый, кого я встретил.
— Первый и слабейший, Теклис с Ультуана. Я не выдающийся волшебник, так что не суди о силах моего братства по моим собственным.
— Ты не худший из смертных чародеев, которые мне встречались, Мурдо, и нет стыда в том, чтобы быть побеждённым мною. В своё время я посрамил самого Короля — Колдуна.
— Похваляются, что немногие вообще осмеливаются вызвать на себя гнев Тёмных.
— Это далеко не так.
Голос эльфа звучал убедительно, и Феликс видел, что старик колеблется.
— Говорят, что у эльфов серебряные языки, — произнёс Мурдо.
— А я всегда слышал про жёлтую печень, — пробурчал Готрек.
Здоровенный татуированный мужчина уставился на него. Готрек поднял на него глаза и осушил очередной бокал с виски.
— Ты на что уставился? — спросил мужчина.
— Не знаю, — ответил Готрек, — но оно отвечает мне взглядом.
Феликс оценивающе оглядел воина. Тот был широк в плечах, как Готрек, и выглядел почти столь же свирепо. Судя по внешнему виду, его нос был сломан в нескольких местах, а уши приобрели вид цветной капусты, как у профессионального кулачного бойца. Голова была лысой, а борода — длинной и рыжей. Мужчина был мускулистым, словно кузнец. «Быть ему скоро мертвецом, если станет задирать гнома, — подумал Феликс. — Если тут вспыхнет бой, то в этом ограниченном пространстве он перерастёт в бойню. Если вмешается волшебник, то, скорее всего, деревня будет сровнена с землёй вместе с этими людьми, которые пока ничем нам не повредили. Их, похоже, больше пугают собственные проблемы, чем что — либо ещё, и их недоверие к чужакам вполне объяснимо». К тому же сейчас, после неурядиц минувших нескольких дней, ему не очень — то хотелось ввязываться в драку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
