Читаем без скачивания 1647 год. Королева Наташка. - Павел Кучер

Как я и подозревала, одним из условий сделки между доморощенной Sacrum Imperium Romanum Фрица и Святым Престолом (в лице его «лучших представителей» иезуитов) было обеспечение проекта «Wurf nach Sueden» достаточным количеством «молодых интересных барышень», подходящих вчерашним курсантам в качестве невест. Молча подразумевалось, что хотя эта возможность открыта для всех, но адаптироваться в иной культурной среде, на правах «спутницы жизни», обычные деревенские клуши не способны… Зато «девушки из высшего общества» — вполне. Так же молча подразумевалось, что польской шляхте, ныне массово истребляемой восставшими, данные девицы уже без надобности. Кадровый резерв огромный. Учтите, «элиты» в Речи Посполитой, без малого четверть населения. На всех хватит! Но! В рамках здравого смысла и без физического принуждения, загнать под венец с безбожным и очевидно безродным молодым человеком гонористую польскую пани я бы не взялась. Даже чудесно спасенную. Гадко это… Однако, necessitas cogit ad turpia (нужда склоняет и на постыдные дела). Что теперь и наблюдаем. Вчерашних примерных католичек аккуратно поставили между молотом и наковальней… Теперь, как знаменитая кошка из анекдота про свободу выбора, они постепенно приучаются «лизать горчицу». Добровольно и с песней… А кто сказал, что будет легко?

В традиционном, средневековом ещё по сути немецком обществе, шансов на полноценное замужество у них никаких. Кронах — та ещё деревня… Принять в дом неведомо откуда свалившуюся девицу-бесприданницу, образованную (!) и заносчивую экс-аристократку, ни один здравомыслящий бюргер не решится. Факт далеко не безобидный, если смотреть с позиций равноправия, но увы… Слегка с нею поразвлечься — сколько угодно. Походя наградить временную подружку дурной болезнью — легко… А вот связать себя с такой дамочкой узами брака — да избавь господь!

Что бы осознать ситуацию, где они оказались, некоторым девам понадобился месяц, другим — неделя… По крайней мере, к моменту появления польской делегации, прекрасные пани успели разочароваться в мужской части населения Центральной Европы безоговорочно. Конецпольский пал их последней жертвой. Флиртовать попусту со шляхтичем никто не захотел. Рассчитывать на замужество с отпрыском богатейшего магната — дурочек нет. Германия — не Польша, тут он — никто… Всё внимание и обаяние, воленс-ноленс, оказалось сосредоточенным на наших парнях и командировочных из других анклавов (что, собственно, и являлось конечной целью).

Опробованный в Ангарске и объявленный Фрицем принцип оформления брачных уз «по факту» успешного сожительства — «От кого ребенок, тот и муж» (в сочетании с полной личной свободой) кое-кому вскружил головы. Ха! Мораль-то никто не отменял. Всё честно… За откровенный разврат, теоретически — при коммунизме никому не грозит ни малейшего осуждения. Свободные люди имеют право развлекаться, как сочтут нужным. А фактически (как оказалось) — он карается расстрелом на месте. С формулировкой «за умышленное распространение венерических болезней». Вот такая свобода любви… История Древнего Мира учит, что «вольный сексуальный рынок» можно задавить только лютым демпингом. В форме финансируемой государством храмовой проституции, например… Или — примерно как получилось у нас. Искусственной конкуренцией, создающей «предложение заведомо превышающее спрос». Хочешь считаться порядочной женщиной? Рожай! И береги мужа… Хочешь порхать по жизни бабочкой? Пожалей крылышки…

P. S. Ad memorandum (чтобы не забыть) — витает в воздухе мысль об организации автоматизированной «Службы знакомств». Но, для этого ещё надо, как минимум, подтянуть «новые кадры» до среднего по Союзу культурного уровня. По латыни-то они болтают складно, а морзянки — не знает ни одна. Работы-то ещё, работы…

(обрывок ленты от радиотелетайпа)

Ночь в крепости полностью не наступает никогда. Даже самой глухой порой, то звонко загремит цепь, тянущая груз из подвала… то загудит насос, гонящий воду в цистерну главного донжона… то прошуршит по тросовой переправе мимо окна смена заступаюших на дежурство. Полная темнота тоже редкость. То луч прожектора скользнет по крышам и стенам… то зальет белым дрожащим заревом окрестности осветительная ракета… то распугают по углам ночную живность фары грузового электрокара. Сейчас на нашу долю досталось освещение особенного свойства. Через мелкие стекляшки окон второго этажа рвется наружу и отражается от серой каменной кладки белое с легкой синевой круглосуточное зарево от кварцевых ламп, развешанных в комнатах. Ламп этих, на всю крепость, всего четыре и трясутся теперь над ними, словно они драгоценность какая… По уму — так оно и есть. Огромное количество по прежнему пустующих помещений, из которых, после штурма, всего-то были убраны трупы, сохраняют грязь и гниль прежних времен. Проще всего было бы устроить там ремонт и выкинуть к чертям всё содержимое, от мебели до гобеленов. Но ни времени, ни свободных рабочих рук для этого нет. Даже дезраствора, для качественной обработки, нужны многие тонны. Поневоле призадумаешься. Предложение использовать ультрафиолетовые светильники для очистки зданий от заразы вместо химии поначалу вызвало недоверие. Это же не «чистая комната», не склад медицинских препаратов и не операционная… Как повлияют озон вместе с жестким ультрафиолетом на всякую микрофлору — понятно. Поубивает… А что станет с отделкой? В комнату, где горит такая лампа, живому человеку-то войти боязно — мгновенно спалит кожу до дерматита. По инструкции — обработка длится десятки часов. Ну, что сказать? Проверили. Гобеленам и обивке настает полная хана. Краски выгорают до белизны, ткани до хрупкости, лак чернеет, масляная краска осыпается кусками (от картин повсеместно остались рамы с бесполезными облезлыми тряпками, покрытыми струпьями отслоившихся «шедевров»)… Зато, никакого запаха. Совсем. И серая пыль на полу…

На долю собрания достаются жалкие отсветы электрического пламени, зато этот призрачный свет дает возможность не маяться с фонарями. И создает правильное настроение… Марта шепнула, что идет готовить изолятор к ночи. Разложит по койкам бельё, поставит кипятиться воду в нагревателе со смешным нездешним названием «титан». Папа рассказывал, что на Земле-1 такими оснащены все пассажирские вагоны в поездах и благодаря им люди круглые сутки имеют горячее питьё. Это правильно. После острого да соленого захочется пить обязательно, а для посиделок за чаем срок вышел. Многие ежатся… Скорее всего, уже начинается озноб. Потянулась было встать, что бы командовать отбой, но иезуит поймал за локоть. Удержал… Что? Подождать?

Ладно. Ждем… Со дна тазика выгребли последние остатки мясных обрезков, пополам с луком и снова зарядили решетчатую жаровню. Вернулась Марта. Тихонько отчиталась (будто я ей начальница), что кроме постелей приготовила сухой паек. Это она зря себя утруждала. Ребята к нашим порядкам привычные, вполне способны без посторонней помощи подружек угостить. Вон, скорешились… Кое-кто уже под одним одеялом вдвоем-втроем накрылись. Дети, прости господи… Сущий пионерский лагерь. А думают — что «уже большие». Наши с Фрицем дети.

Папа говорил, что женщины существа непостоянные. Сначала они желают от мужчин стихов о звездах, после — соленый огурец и наконец — полный погреб картошки. Сама я пребываю в переходном периоде между второй и третьей стадией метаморфозы. Наблюдать за самыми ранними проблесками первой — даже интересно. А ещё папа говорил, что «бедная сирота в женах — дар божий». Ибо, «отсутствие приданого полностью искупает отсутствие тещи». Минус на минус дает плюс, так сказать… Приходится верить. Они с мамой жили складно… Тут он не угадал. Natura abhorret vacuum (природа не терпит пустоты). Вместо тещи, судя по напряженному вниманию иезуита, у наших курсантов теперь — Святая Католическая церковь. Одна на всех. И ещё неизвестно, что хуже.

Вру… Известно. Если продолжать аналогию, мы с Фрицем, девицам — коллективные свекр со свекровью. Кстати, легок на помине. Торопливый лязгающий грохот по древней брусчатке (ну, нравятся ему кованные каблуки) далеко отзывается эхом в засыпающей крепости. Устал… Спешит… И чему-то сердится… «Я милого узнаю по походке» А народ, чего-то, разом примолк. Гм… Им, похоже, в этих звуках слышатся не менее чем «шаги Командора». Приближение судьбы… Ну-ну…

(бледно-алый лист рисовой бумаги, «с серпом и молотом под короной» и монограммой «N» сверху)

В школе рассказывали, что во времена военного коммунизма на Земле-1 в большой моде были всякого рода «зубодробительные резолюции» и цветастые «мандаты». Теперь я предков понимаю. Сами видите, какой листик выбрала. Можно было бы и поярче найти, но тогда шрифт плохо виден. Можно было, для пущей торжественности, латиницей всё отпечатать (один черт по-русски, ближе к вечеру, уже практически не говорили)… Но, таки надо себя заставлять использовать родной язык. Мне так кажется… Так что, в оригинальном звучании я оставила самые звучные фразы и то, что показалось цитатами. Прочее перевела (заодно ошибок меньше, в латинской грамоте — ни в зуб ногой, что слышала, то и записала). Имею право! Это же не официальный документ, а так, «мемуар»…