были хорошо сложенными, мускулистыми мужчинами и держали свои ножи так, словно хорошо знали, как ими пользоваться. Мне пришло в голову, что, вероятно, они пришли с одной из боен. Через десять минут появилось еще около двадцати гвардейцев. Это продолжалось еще с час; улица постепенно заполнялась народом, и в конце концов мне уже не была видна дверь дома Келли. Однако я мог видеть капитана (или кем она была) гвардейцев Феникса. Я видел ее лицо в полупрофиль, примерно в тридцати футах справа от меня. Она слегка напомнила мне Морролана – чертами дракона, – но была несколько ниже ростом. У меня сложилось впечатление, что данная ситуация вовсе ее не радует – хотя сражаться предстояло всего лишь с теклами и выходцами с Востока, но их было много, и они были на своей территории, а ее собственные силы на три четверти составляли теклы. Интересно, подумал я, что затевает Келли. Я предположил (и оказался прав), что императрице стало известно, кто стоит во главе всей этой заварушки, и она послала гвардейцев арестовать его, но он вовсе не собирался выходить.
Ладно, но был ли он готов послать на смерть пару сотен своих людей ради того, чтобы этому помешать? Он следовал своим принципам; какое ему дело до гибели других? Правда, это все равно бы его не спасло, если только он не окажется победителем. Теклы теклами, но среди гвардейцев были драконы и, как я заметил, один дзур. Некоторые из них были, вероятно, волшебниками. Дело могло кончиться настоящей кровавой бойней. Конечно, Пареш сам волшебник, и Коти тоже, но их шансы выглядели не лучшим образом.
Я пытался разобраться в происходящем, когда появилась еще одна группа из шести драгаэрян, окруживших седьмого. Однако они не являлись представителями Империи. Шестеро были явно телохранителями-джарегами, весьма мускулистыми. Седьмым был Херт.
Мои ладони одновременно зачесались и вспотели. Я знал, что не могу прямо сейчас сделать свой ход, но, Вирра, как же мне хотелось действовать! Я не знал, сколько во мне еще осталось места для ненависти, пока не увидел того, кто пытал меня, пока я не сломался и не выдал им информацию, которая должна была уничтожить группу Келли, а ради этих людей моя жена готова была отдать жизнь. Казалось, он воплотил в себе все унижение, испытанное мной за целую жизнь, и я стоял, весь дрожа и с ненавистью глядя на него.
Лойош сжал когтями мое плечо. Я попытался расслабиться и сохранять бдительность.
Херт заметил женщину-капитана и направился прямо к ней. Несколько гвардейцев оказались между ними, и телохранители Херта шагнули им навстречу; я ожидал, что дело закончится дракой. Однако капитан отодвинула гвардейцев в сторону и повернулась к Херту. Херт остановился футах в двадцати от нее, и его телохранители отошли назад. Я прекрасно видел их обоих. Херт служил великолепной мишенью. Я мог бы свалить двух телохранителей парой метательных ножей, разогнать остальных горстью звездочек и прикончить Херта, прежде чем драконы смогут меня остановить. Это стоило бы мне жизни, но я бы отправил его в долгий путь. Вместо этого я вжался в угол здания, наблюдая, слушая и ругаясь себе под нос.
– Добрый день, лейтенант, – сказал Херт.
Значит, я ошибся в отношении ее звания. Что ж, бывает.
– Чего ты хочешь, джарег? – Голос драконледи звучал сурово и резко. Я был почти уверен, что она не любит джарегов.
– Кажется, у вас проблемы?
Она сплюнула.
– Через пять минут их больше не будет. А теперь убирайся.
– Я могу попытаться решить эти проблемы мирным путем, лейтенант.
– Я прикажу, чтобы тебя…
– Если только тебе не доставляет удовольствия убивать гражданских. Может быть, это и так. Не знаю.
Какое-то время она смотрела на него, потом подошла к нему вплотную. Один из его телохранителей двинулся было с места, но Херт сделал ему знак, и тот остановился. Лейтенант медленно и осторожно вытащила длинный кинжал из ножен на поясе, рядом с мечом. Не отрывая взгляда от Херта, попробовала лезвие большим пальцем. Потом показала кинжал Херту. Потом провела им по его щекам. Сначала по одной, потом по другой. Я мог видеть оставшиеся от порезов красные линии. Он даже не шелохнулся. Закончив, она вытерла лезвие о его плащ, убрала кинжал и медленно отошла.
– Лейтенант, – сказал Херт.
Она обернулась:
– Да?
– Мое предложение остается в силе.
Какое-то время она задумчиво изучала его взглядом.
– Какое предложение?
– Позволь мне поговорить с этим человеком – там, в доме – и убедить его прекратить эту идиотскую блокаду.
Она медленно кивнула:
– Очень хорошо, джарег. Их время уже почти вышло. Я даю тебе дополнительно десять минут. Начиная с этого мгновения.
Херт повернулся к двери дома Келли, но в этот момент я услышал, как она распахнулась (только сейчас я понял, как тихо стало на улице). Сначала дверь была мне не видна, но потом стоявшие перед ней выходцы с Востока посторонились, и я увидел маленького толстого Келли, а по сторонам от него – Пареша и Коти. Внимание Пареша было приковано к Херту, и глаза его напоминали кинжалы. Коти профессиональным взглядом наблюдала за происходящим, и ее черная повязка на голове внезапно показалась мне неуместной. Однако в действительности больше всего мое внимание привлекло то обстоятельство, что Херт сейчас стоял ко мне спиной, и между нами был лишь один телохранитель. Я просто страдал от того, что не мог ничего сделать.
Келли заговорил первым.
– Итак, – сказал он, – ты, стало быть, Херт.
Он настолько сильно косил, что я не мог увидеть его глаз. Голос звучал четко и ясно. Херт кивнул.
– Ты, судя по всему, Келли. Зайдем внутрь и поговорим?
– Нет, – ровным голосом ответил Келли. – Все, что ты хочешь мне сказать, могут услышать все, и точно так же они могут услышать мой ответ.
Херт пожал плечами:
– Ладно. Я думаю, ты понимаешь, в какой ситуации находишься.
– Я понимаю это значительно лучше тебя или твоей подруги, которая порезала тебе физиономию, прежде чем удовлетворить твое желание.
На какое-то мгновение это привело его в замешательство, потом он сказал:
– Что ж, я даю тебе шанс остаться в живых. Если ты уберешь…
– Гвардейцы Феникса не станут нападать на нас.
Херт молча усмехнулся. На лице слушавшей его женщины-лейтенанта появилось озадаченное выражение.
Затем я заметил Наталию, Пареша и двух незнакомых мне выходцев с Востока. Они шли вдоль линии гвардейцев, протягивая каждому из них, даже драконам, листок бумаги. Драконы лишь взглянули на бумажки и выбросили их, теклы же начали переговариваться и читать вслух тем, кто читать не умел.
Херт молча наблюдал за этой сценой со слегка обеспокоенным видом. Выражение лица лейтенанта было
