Глава 4
Ректор Десуор с обреченной усталостью посмотрел на исступленно ругающихся преподавателей и тяжело вздохнул. По счастью, жизни студентки дер Томна уже ничего не угрожало – штатная целительница вовремя оказала ей помощь. Подумать только, девушка вложила всю свою силу, в том числе и жизненную, чтобы добраться до Академии. Неужели вопросы оказались настолько сложными?
– Кто-нибудь допросил ее проводников? – спросил ректор, но увлеченные ссорой преподаватели проигнорировали его вопрос.
В ту же секунду все присутствующие потеряли возможность говорить и двигаться. Затем неведомая сила рассадила всех по местам, а температура в кабинете упала до ноля градусов.
– Я спросил, – мягко улыбнулся ректор Десуор, – кто-нибудь опросил проводников? Кто должен был встретить соискательницу Иржин? Альтин?
Полукровка откашлялся и хрипло произнес:
– Я отправил старост пятого курса Авертин и Гилмора. Они хорошо зарекомендовали себя.
– Приведите их сюда, – все так же мягко приказал ректор. – Мои дорогие коллеги, я не знаю, что заставляет вас терять разум и собачиться подобно базарным торгашам. Но в моем кабинете никто не смеет повышать голос.
Встав, Десуор подошел к шкафу, вытащил оттуда тяжелую квадратную бутыль и стакан с толстыми стенками. Плеснув себе немного виски, он поставил бутыль на место и вернулся за свой стол.
– Детское поведение и попытки свести старые счеты в моем присутствии будут нещадно караться, – продолжил он, – я не потерплю подобного неуважения к себе. Вы лицо нашей Академии, вы краса и гордость Траарна. Какой пример вы подаете студентам?
Закинув ноги на стол, Десуор пригубил виски и усмехнулся:
– Разве вам сейчас приятно? Сидите, скованные по рукам и ногам, безголосые, беспомощные. Сидите и смотрите на меня, опутавшего вас заклятьями. Приятно? Вряд ли. Запомните это ощущение. Если я еще раз увижу подобную свару – последствия будут куда хуже. Обещаю.
Он щелкнул пальцами, и преподаватели обрели свободу. Заговорить никто не осмелился, а потому скрип открывшейся двери был особенно противен.
– Студенты Авертин и Гилмор доставлены, – провозгласил Альтин и добавил: – Взял на себя смелость пригласить магистра Эриера.
– Мне нравится эта тишина, – прошелестел менталист. – Многозначительное молчание и целый ворох обид. Вы изволили гневаться, милорд ректор?
– Немного, – усмехнулся Десуор. – Итак, старосты пятого курса, что вы можете сказать о студентке дер Томна?
Но ректору уже не были нужны показания студентов. Он видел их затравленные взгляды и виноватые лица. Что бы ни произошло между ними и первокурсницей, старосты явно осознают свою вину.
– Она сильная, – первым начал Гилмор. – У нее хороший контроль над силой, очевидно, обучалась на коммерческих курсах.
– Да, соглашусь с Гилмором, – глухо произнесла Авертин.
– Почему же соискательница не пошла по цепочке вопросов? – спросил Десуор.
– Мы не успели сказать, – развела руками Авертин и тут же добавила: – Высокомерная дрянь не захотела встать на колени.
Через секунду оборотница испуганно всхлипнула и зажала рот. Но, увы, вместо нее заговорил Гилмор:
– Мы решили проучить девицу. Вырядилась так, будто на прием пришла. Но вообще мы заранее сговорились.
В абсолютной тишине были слышны тихие всхлипы Авертин и сухой, безэмоциональный голос Гилмора.
– Вы не перестарались, магистр Эриер? – с интересом спросил ректор. – Столь мощное воздействие на разум студентов… Не пострадает ли их мозг?
– Ни в коем случае, – ответил колдун. – А мальчику и вовсе на пользу. Он изначально не желал во всем этом участвовать, но, влюбленный в свою напарницу, не смог противиться ее желанию.
– Откуда такая ненависть к почти исчезнувшему роду? – спросил Десуор.
– Мы просто хотели пошутить, – с отчаянием произнесла Авертин. – А потом как-то все стало слишком серьезно. Но она зло, зло в чистом виде! Она нам угрожала!
– Первокурсница пятикурсникам? – уточнил ректор. – Вас напугало ее обещание?
Ответом ректору была тишина. Эриер развел руками и негромко бросил:
– Длительное воздействие на разум не осужденного разумного существа карается лишением свободы на срок от шести лет. Но, как мне кажется, мы услышали достаточно.
– Старосты что-то хотят сказать в свое оправдание? – холодно спросил ректор.
Тишина.
– Студентка дер Томна вовремя добралась до ворот Академии, вот только она прибыла уже в бессознательном состоянии. Она едва не лишилась жизни, – спокойно говорил Десуор. – И не говорите мне, что ей было достаточно встать на колени. Не пойму. Магистр Дилан, вы глава факультета боевой магии. Авертин ваша студентка, потому и решать вам. Магистр Труви, вас это тоже касается, судьбу Гилмора решите вы.
Глава факультета Иллюзий тяжело вздохнул и укоризненно произнес:
– Гилмор, как же так? Вы определенно не можете больше занимать такой ответственный пост. Но это не наказание, это следствие того, что вы слишком незрелы для того, чтобы быть старостой.
– Согласен, – басовито прогудел магистр Дилан, – не везет моему факультету со старостами. А ведь у пятого курса всегда были старосты от иллюзионистов и от боевых.
– Значит, пришло время что-то менять, – кивнул магистр Труви. – Вот мое решение: я выбрал лучшего из лучших, и он оказался недостоин. Значит, право выбрать старосту для пятого курса переходит от факультета Иллюзий к факультету Травоведения.
– А мы передаем это право факультету Общей магии, – согласился магистр Дилан. – Также студентка Авертин теряет пятьдесят личных баллов. Учитывая, что максимальное количество баллов, которое может заработать студент, равняется пяти сотням, – не так много я и отнял.
– А учитывая, что максимум не собрал ни один студент, – тонко усмехнулся магистр Труви, – это очень жестоко. Вы, Гилмор, можете выбрать – разделить наказание с Авертин и тоже отдать пятьдесят баллов или…
