торт и оставить все в прошлом, – подхватил Масаюки.
– Оставить в прошлом, – повторила Коиси. – Покончить с этим. Значит, хотите попытаться забыть обо всем произошедшем?
– Забыть? Нет, боюсь, это невозможно. Разве можно забыть о таком? – В глазах Масаюки блестели слезы.
– Но и продолжать так жить нельзя, – заметила Ёсиэ.
– Нельзя… нельзя… – Масаюки словно пытался убедить себя самого в верности произнесенного. Говорил он с трудом.
Все опять замолчали.
– Мы – четвертое поколение владельцев «Кокандо», – медленно произнес Масаюки, нарушив тишину. Коиси терпеливо ждала продолжения. – На этом его история могла бы прерваться. Еще два или три года назад мы решили – так тому и быть. Даже родители дали согласие на то, чтобы мы закрыли магазин. – Масаюки поднял глаза к потолку.
– Есть у нас один клиент – студент, который обожает наши сладости и постоянно заходит купить то одно, то другое. – Ёсиэ переглянулась с мужем. – Учился в университете Кёнан, а в этом году выпустился.
– Кацуя и правда очень любит сладости. Раз в неделю стабильно забегал к нам. А с полмесяца назад спросил, нет ли у нас работы для него. – На лице Масаюки была написана неподдельная радость.
– Его увлечение сладостями достигло своей высшей точки, – кивнула Коиси.
– Ведь он закончил престижный университет – мог бы устроиться в крупную корпорацию, но выбрал нас. Большой оригинал, – улыбнулся Масаюки.
– Да и для нас это тоже выгодно. Сколько еще мы смогли бы продержаться, будь нас только двое? – добавила Ёсиэ.
– Повторите, пожалуйста, как его зовут?
– Кацуя Асо. Ему двадцать два, – тут же выпалила она.
– Значит, Кацуя и станет пятым поколением в истории «Кокандо»? – спросила Коиси, глядя супругам прямо в глаза.
– Мы еще не решили точно. Подобная мысль нас посещала, но мы так до конца и не определились. Честно говоря, я в растерянности. Как будто этим своим решением мы окончательно откажемся от Какэру. – Масаюки вздохнул.
– Впрочем, я не думаю, что нам придется дать ответ в ближайшее время, – выпрямившись, отметила Ёсиэ.
– И вы предполагаете, что рождественский торт поможет вам принять решение? – прямо поинтересовалась Коиси.
– Не знаю, – в один голос ответили Масаюки и Ёсиэ, качая головами.
Коиси замерла, не зная, что сказать.
– Возможно, вам тяжело будет понять. Но мы обдумывали это почти весь последний месяц и пришли к тому, что нам необходимо отыскать тот самый рождественский торт. И мы очень рассчитываем на вашу помощь. – Масаюки низко склонил голову, а вслед за ним и Ёсиэ. Было заметно, что она очень нервничает.
– Хорошо. Я передам отцу ваши пожелания, – с этими словами Коиси закрыла блокнот.
– Спасибо вам!
Супруги одновременно поднялись.
Нагарэ радостно встретил всех троих в зале, словно уже давно ждал их.
– Ну что, удачно поговорили?
– Да, мы все рассказали Коиси, – улыбнулась ему в ответ Ёсиэ.
– Отлично.
– Задача в этот раз не из легких, – предупредила отца дочь.
Мягкий взгляд Нагарэ стал напряженным от этих слов.
– Простите, что с нами столько проблем, – поклонился Масаюки.
– Я, конечно, пока не совсем понимаю, о чем речь, но постараюсь сделать все, что в моих силах.
– Большое спасибо! – Ёсиэ тоже поклонилась Нагарэ.
– Коиси, вы договорились о следующей встрече?
– Ох, я и забыла. Сможете прийти через две недели? – повернулась она к супругам.
– Как раз в канун Рождества? Как-то неудобно дергать вас в праздник. – Нагарэ бросил взгляд на настенный календарь.
– Мы-то сможем, вот только… – супруги переглянулись и одновременно покачали головами, повернувшись к Коиси, – боюсь, что мы испортим праздник вашей дочери.
– Об этом не волнуйтесь. Мы каждый год отмечаем Рождество вдвоем – готовим и едим набэ[67].
– Такие подробности им неинтересны, папа. Но я и правда не против, чтобы вы пришли. Планов у меня все равно нет, – едва заметно улыбнулась Коиси.
– Сколько с нас сегодня? – Ёсиэ достала из сумочки кошелек.
– Оплатите счет потом вместе с расследованием, – остановил ее Нагарэ.
– Спасибо, – поклонилась она.
– Тогда до встречи! – попрощался Масаюки, и супруги направились к выходу.
– Берегите себя!
Нагарэ и Коиси пошли их проводить.
– Похолодало, однако. – Нагарэ поднял глаза к зимнему небу, а потом шумно выдохнул в кулак.
– Это, наверное, самое сложное дело из всех, что у нас когда-либо были, – заметила Коиси, выйдя на улицу вслед за отцом.
– Что они ищут? – поинтересовался Нагарэ.
– Рождественский торт.
– Торт?! – громко переспросил Нагарэ.
– Так и знала, что надо было отказаться. – Коиси, открывшая было блокнот, вновь захлопнула его.
– Что ты такое говоришь? И не с таким справлялись! И что же это за торт такой? – Нагарэ забрал у нее блокнот. – Ага, «Сан-нуи». Значит, придется начать с изучения французского. – Устроившись на алюминиевом стуле, он принялся листать страницы.
– Лучше бы нам и вовсе не найти этот рецепт, – пробормотала Коиси.
– Это еще почему? – не отрывая взгляда от записей, удивился Нагарэ.
Дочь вкратце описала ему ситуацию.
– Послушай, Коиси, – начал Нагарэ, оторвав взгляд от блокнота. – Наша задача – выполнить заказ. А что клиенты будут делать потом – не нашего ума дело. Остается только надеяться, что удача будет на их стороне.
Коиси только кивнула в ответ.
2
С того момента, как Масаюки и Ёсиэ вышли из дома, и до самой станции Киото вокруг беспрерывно звучали рождественские мелодии. Постукивая пальцами рук и пританцовывая ногами в ритм, супруги горько усмехнулись.
– Помнишь, как однажды Какэру догадался, что Санта-Клаус на самом деле – ты в костюме волшебника? – вдруг спросила Ёсиэ, когда они перешли улицу Ситидзё-доори и повернули на север.
– Да, ну и попался я тогда! «Ты же не Санта, а папа!» Любой бы растерялся, услышав такое от своего пятилетнего ребенка, – беззаботно улыбнулся в ответ Масаюки.
– И ведь он открыл глаза точно в тот момент, когда ты прятал подарок ему под подушку. Он всегда был такой – наш Какэру, – с этими словами Ёсиэ остановилась перед ресторанчиком «Камогава».
Что-то виднелось в окнах второго этажа – неужто рождественская ель? Тюлевая занавеска была украшена разноцветными огоньками.
– Какэру был очень смышленым мальчиком. – Масаюки, посмотрев на окно, перевел взгляд в небо, затянутое плотными облаками.
Неожиданно у их ног появился полосатый кот. Он коротко мяукнул.
– Ты чей, малыш? – Нагнувшись, Ёсиэ погладила кота по голове.
– Это наш, – сказала Коиси, выходя на улицу, и поклонилась супругам. – Он только и делает, что спит, поэтому мы назвали его Хирунэ.
– В прошлый раз его не было. И даже не мяукнул ни разу. – Масаюки покачал головой.
– Папа злится, когда он заходит внутрь – говорит, что котам не место в
