закончим здесь, и вы объясните, что делает эта система артефактов. Играть в молчанку с вашей стороны уже непозволительная роскошь, — вплотную подошел я к князю, глядя в глаза. — Когда я был в последнем переходе, я кое-что услышал, и мне это не понравилось, — слукавил я. Нужно было надавить, как минимум показать, что я немного в курсе, чтобы у него не было причин скрывать что-то от меня.
— Мне мало известно, я уже говорил вам и вашему спутнику.
— Значит, рассказывайте то, что знаете, — прорычал я. — Иначе останетесь в одиночестве с армией нежити, личом, обычной войной и вашим проклятием, и я даже не буду говорить, чем все это для вас закончится.
— Все началось около двух веков назад, — немного подумал Мышкин, прежде, чем начать. Он подошел к разрушенной арке и сел на пол, прислонившись к ней спиной.
— Обязательно начинать так далеко? — Я усмехнулся, садясь напротив князя.
— Ну а как же. Любой уважающий себя князь начнет свой рассказ с сотворения мира, как столкнулись планеты, упал метеорит, киты вышли на сушу, ну и дальше по списку, обязательно упоминая, как обезьяна взяла палку и превратилась в человека, а та, которая подобрала палочку волшебную стала сильным магом, — захихикал Миша. — Что? Не забывай, что я сын князя.
— Так будет проще понять, — буквально вместе с Мишей ответил Мышкин. — Около двух веков назад во время войны с Японской Империей, приспешники Императора Ямато проникли на материк. Чтобы уровнять силы в проигрышной для себя войне и отомстить, в месте базирования магов, воющих на стороне Российской Империи, они осквернили землю, принеся с собой ростки невиданных в нашей Империи ранее деревьев. Сначала, никто не придал этому значения, но потом стали пропадать люди, потом маги, потом в один день исчезли все люди в крупном селении, где сейчас располагается лес. Война закончилась. Ямато проиграл, исчезнув вместе со своей Империей, а исчезновения продолжались. Потом начали ползти слухи о монстрах, прячущихся в лесах, но кто бы не ходил на разведку, никто не возвращался. Мой прадед решил отправиться в эти леса сам, взяв с собой самых сильных магов княжества: Азула и Дзимму, которые во время войны попросили убежища у моего родича. Как только они ступили на оскверненную японцами землю, то сразу поняли, в чем заключалось проклятие леса. Встретив на своем пути двух леших, потратив много сил для борьбы с ними, Азул вступил в неравный бой с большим скелетом, как описывает его в дневниках прадед. Гашадокуру, так называл его Дзимму. Азул пал, но его путь не закончился и после смерти. Каким-то образом он смог переродиться или объединиться с Гашадокуру, превратившись в сильнейшего мага в Империи. Неживого мага. Единственное, что им гложет, это месть моему роду за то, что оставили того умирать в лесу.
— Это интересно, но ничего не проясняет, — краем глаза я заметил, как Николай вышел из одной арки и тут же зашел в другую, даже не останавливаясь.
— Тогда мой прадед и сотворил вместе с Дзимму эту систему артефактов, которая в состоянии не только подчинить Азула, но и уничтожить его, — князь вздохнул и посмотрел куда-то мимо меня. — Практически все свои силы я тратил всю свою жизнь, чтобы сдерживать Азула.
— И что помешало применить этот артефакт и уничтожить лича раньше? — Нахмурился я, немного не понимая эти хитросплетения семейного дара Мышкина и отношения к мертвым.
— Это второе проклятие этого леса. Помните, я рассказывал про ростки деревьев, высаженных японцами? Оказалось, что это деревья-вампиры. Именно они виновны в множестве смертей и пропавших поселениях. Они питались плотью и кровью, а Гашадокуру напитывался силой душ, вбирая в себя кости павших.
— Дзюбокко, я слышал о таких, но никогда не встречал, — задумался я. Да уж. Два японских монстра в одном месте — это довольно сильно. Вообще удивительно, как княжество простояло так долго.
— Одно из деревьев стало настолько могучим, что никто не в состоянии уничтожить его, как бы не пытался. Его корни заполонили весь лес, и никому не скрыться от него. Тогда мой прадед вместе со всеми магами княжества решили несколько проблем. Огородили лес от всех живых, выставив по периметру армию нежити, и смогли подчинить себе Азула, который являлся стражей границ. Заклинание довольно мощное и сильное было завязано на нашем даре, и сегодня, как только я потерял свои силы, Азул вырвался на свободу.
— И вы хотели обречь княжество, чтобы хоть немного продлить свою жизнь? — Скривился я.
— Ничего бы не изменилось. Я планировал сбежать и активировать артефакт, чем я сейчас и занимаюсь, — резко ответил Мышкин, отводя взгляд.
— А ты действительно хочешь его живым оставить? Ну пройдет несколько часов, а потом хрясь, поскользнётся на лестнице, они тут крутые, а он такой старый…
— И каким образом все-таки эта система артефактов сможет убить лича? — Прищурился я, мысленно отмахиваясь от Миши.
— Не знаю точно. Как только все артефакты будут активированы, сила из них поможет мне снова взять контроль над Азулом и над нежитью, поднятой мной и моими предками. Но так как это временный и краткосрочный эффект, то единственной целью будет их полное уничтожение, — закончил Мышкин, опустив глаза.
— Ему только сказки и мифы японской культуры, интегрированной в российское общество писать, — закатил глаза Миша, поднимаясь с пола. — Бред полный.
— Как создавались артефакты? Откуда эти голоса в переходах и почему во время активации слышно моего духа остальным? — Задал уже я прямой вопрос, чтобы не нарваться на очередную историю.
— Магия душ, магия крови, артефакторика и немного некромантии, — ответил Мышкин.
— Все готово, — выбежал из последней арки вампир, вытирая кровь с рук о доспех. Почему никто не предупредил, что в последнем переходе будет мантикора? — Полюбопытствовал он, улыбнувшись, показывая удлинившиеся клыки.
— Я не… — округлил глаза Мышкин, вжимаясь в остатки арки, глядя на оскал вампира.
— У нас тут проблема. Помнишь мужика, который нагрянул сюда? Это личный секретарь цесаревича Александра, — обратил я внимание вампира на себя.
— Значит, о нашем местонахождении уже всем известно, — хмыкнул он. — Ну что ж, нужно отсюда сваливать, а его брать с собой до вечера, — кивнул он в сторону князя.
— Тоже так думаю, — согласился я, закрывая последний проход.
— Где тут у вас находится стационарный телепорт, Ваше Сиятельство? — Спросил Николай.
Мышкин ничего ответить не успел. Раздавшийся гул огромного колокола пронесся болью в голове. В глазах начало двоиться, а комната кружиться. Причем, действительно кружиться. Сначала я подумал, что
