Но, по-видимому, на «Суффолке» «последний морской герой» проявил себя не лучшим образом. В 1904 г. он дал повод для долгих разговоров в кают-компаниях Средиземноморского флота. Выполняя предписание адмирала срочно прибыть на Мальту Битти, вопреки предупреждениям старшего инженер-механика, гнал свой крейсер несколько суток. В результате слишком долгой работы в усиленном режиме главная силовая установка корабля вышла из строя. Некоторое время после этого упорно массировался слух, что Битти отдадут под трибунал. Словом, после того, как Битти сдал командование крейсером в сентябре 1905 г., пришлось немало потрудиться, чтобы сделать «Суффолк» образцовым кораблем. Большая заслуга в том принадлежала новому командиру Розлину Уэстер-Уэмиссу.
«Рози» Уэмисс был не обычным военным моряком. Потомственный аристократ с обширными связями при дворе, всегда с иголочки одетый, с неизменным моноклем в глазу, обладатель громадного состояния и роскошной виллы в Канне, он выглядел как типичный «дилетант», а его подчеркнуто вежливое и даже церемонное обращение с подчиненными только усиливали это впечатление. Однако Каннингхэм вскоре убедился, что внешность может быть очень обманчивой. У «Рози» Уэмисса за лоском завсегдатая аристократических салонов скрывались глубокие знания получившего отличную подготовку военно-морского специалиста. Когда ситуация этого требовала, командир «Суффолка» демонстрировал жесткую волю и непреклонный характер. При случае он мог быть вспыльчивым и суровым, но никогда несправедливым.
Такие качества характера и, прежде всего, высокий профессионализм капитана 1 ранга Уэстер-Уэмисса не могли не вызывать уважения. «Однажды, когда я выполнял обязанности штурмана», — вспоминал Каннингхэм. — «я допустил ошибку в своих вычислениях. Он заглянул в карту мне через плечо и сказал самым вежливым тоном: „Здесь, Каннингхэм. Здесь вы допустили ошибку“. Так оно и было. Я допустил. Вместе мы ошибку исправили».
Позднее Уэстер-Уэмисс и Каннингхэм по-настоящему сблизились: несмотря на разницу в чинах и возрасте, для этого имелась весьма серьезная основа. «Рози» Уэмисс оказался азартным человеком, с большим интересом следившим за всевозможными состязаниями, самым престижным из которых на Средиземноморском флоте считались гонки под парусами. К громадному удовольствию Каннингхэма на «Суффолке» его назначили ответственным за парусные шлюпки и инструктаж в хождении под парусами. На крейсере имелся отличный парусный катер и вскоре лейтенант Каннингхэм со своими подопечными стал выигрывать одну регату за другой.
Команда «Суффолка» почти всегда выигрывала с большим отрывом и по праву стала считаться лучшей на всем Средиземноморском флоте. Участникам соревнований это приносило стабильный денежный доход (победителям доставались солидные денежные призы) и, что не менее важно, благосклонность командира корабля. Каннингхэмовский катер проиграл лишь однажды. Случилось это во время ежегодных совместных летних маневров Средиземноморского флота и Флота Ла-Манша. Командование решило провести соревнования в гонках под парусами. Увы, у соперников с крейсера «Арджил» оказался великолепный спортивный катер особой конструкции и хорошо подготовленная команда. Они-то и выиграли финальную гонку на 3-мильной дистанции с отрывом в полкорпуса. Приз в размере 658 ф. ст. (громадная сумма по тем временам) достался морякам с «Арджилла».
На «Суффолке» Каннингхэм прослужил около двух лет, до апреля 1908 г., когда крейсер отправился на капитальный ремонт в Девонпорт. К тому времени благосклонность командира корабля к Каннингхэму простиралась до таких пределов, что он «набрался наглости» попросить его об оказании дружеской услуги: устроить ему «независимую» командную должность. Стать командиром миноносца — вот был предел мечтаний нашего героя в то время. В звании лейтенанта он прослужил уже 4 года, т. е. набрал минимальный требуемый стаж для такой должности. И Уэмисс величественно пообещал сделать все от него зависящее.
Отпуск в родительском доме в Эдинбурге Каннингхэм провел как на иголках. Он знал, что Уэмисс имеет «лапу» в Адмиралтействе, но, с другой стороны, его глодала мысль, что недостаточный служебный стаж может сыграть против него, и тогда ему придется отправляться на линейный корабль или на крейсер. В последнем случае Каннингхэму пришлось бы ждать еще два года. прежде чем его амбиции воплотятся в реальность командной должности. Длинный казенный конверт из Адмиралтейства приплел ранним утром в один из майских дней. Каннингхэм торопливо вскрыл его и дрожащими пальцами развернул письмо. Там говорилось, что он назначается командиром миноноски № 14, приписанной к базовому кораблю «Хекла» в Портсмуте.
Каннингхэм уже слышал об этих кораблях, носивших номера с 1 по 36 и проходивших по официальной классификации как «прибрежные миноносцы». Это были совершенно новые боевые единицы, оснащенные турбинными силовыми установками, работавшими на жидком топливе, которые позволяли им развивать скорость хода до 36 узлов. При водоизмещении в 270 т… их вооружение состояло из двух 76 мм пушек и трех однотрубных торпедных аппаратов. Во всех отношениях, за исключением размеров, эти корабли были вполне сопоставимы с ходившими в то время в составе британского флота 30-узловыми миноносцами, а по многим качествам превосходили их, особенно если учесть, что последние работали на угле и. их было очень трудно содержать в чистоте. Словом, перспектива Каннингхэму очень понравилась. С этого времени (с мая 1908 г.) по ноябрь 1919 г. Каннингхэм служил исключительно на торпедных кораблях.
Прослужить беспрерывно более 11 лет командиром эсминцев — случай почти беспрецедентный для британского флота той эпохи. Такого рода служба имеет свою особую специфику и только зная ее суть можно понять сущностные черты характера Каннингхэма как флотоводца, командира и просто как человека, которые сформировались именно в данный период. Командир корабля, выполняя учебные, а тем более, боевые задачи, нередко оказывается в ситуации, когда ответственное решение может принять он и только он. Каннингхэм получил «независимую» командную должность 25-летним лейтенантом, и за последующие 11 лет, из которых 5 лет пришлись на войну, судьба не раз предоставляла ему возможность проявить это особое мужество командира, принимающего единственно правильное решение. Это была прекрасная школа, которая сформировала впоследствии настоящего боевого адмирала.
И еще. Люди, знавшие адмирала Каннингхэма в зените его славы, единодушно отмечали присущую ему самодисциплину, аскетичность и, в то же время, удивительное умение находить нужный тон в общении и с рядовыми матросами, и с равными по званию, и с самыми высокопоставленными политиками. Думается, эти черты его характера были отточены именно в годы службы в качестве командира эсминцев. На маленьком корабле командир всегда на виду. Если на «угольном» миноносце «Валчер», который Каннингхэм принял под свою команду летом 1909 г., у него была командирская каюта, больше напоминавшая тесную конуру, то на ТК-14 командиру полагалась только отдельная койка и он квартировал в одном помещении с остальной командой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
