ней стоял мужчина из только что, несколько минут назад, проехавшего мимо нее, экипажа. Сам экипаж стоял рядом.
— Я заметил, что вы в затруднении и решил вам помочь, — сказал мужчина. — Когда сам попадаешь в трудную ситуацию, то внимательнее относишься к проблемам других.
Тереза растерялась и поэтому спросила первое, что ей пришло в голову:
— А в какую неприятность попали вы?
— К счастью, — ответил незнакомец. — Я потерял только деньги и время. Мой торговый партнер должен был привести мне, сюда партию опиума. Но тщетно. Я прождал его неделю, а он так и не появился.
— Жаль, — машинально сказала Тереза. Она успокоилась, хотя еще вчера давала себе обещание никогда и нигде не разговаривать с незнакомцами. Словно уловив ее мысли, мужчина приподнял котелок и представился:
— Меня зовут Марко Штейнер, — сказал он. — И хотя я итальянец только по папе, а по маме — австриец, но считаюсь миланским графом.
Последние слова он проговорил с усмешкой.
— Но на самом деле, я врач, а опиум мне нужен для облегчения страдания моих пациентов.
— Очень приятно, — сказала Тереза. — А меня зовут…
— О! — воскликнул то ли граф, то ли доктор. — Это совершенно излишне.
Он вытащил из кармана пиджака свернутую газету и показал ее Терезе.
«О боже,» — подумала она, увидев свой рисованный портрет. Это была несомненно она, хотя ее черты и были искажены типографскими машинами. Под портретом была одна из ее статей.
— Благодаря вашему путешествию и статьям вас теперь знают во всем мире, мисс Одли, — сказал Штейнер и изобразил галантный поклон.
Что говорить, от этого Терезе стало приятно. Ее статьи читают, ее узнают даже в этой пустыне, а мужчины галантно раскланиваются перед ней.
Только что представившийся ей мужчина не внушал никакой опасности. Невысокий рост, ничем не примечательное лицо, но зато хороший светлый костюм и приятная улыбка.
— Так чем я могу вам помочь, мисс Одли?
— Я собиралась найти судно, которое следовало бы до Порт Саида, — сказал Тереза, — Но вот …, - она показала на вещи Деклера.
— Вам неудобно это делать с вашим багажом? — догадался ее случайный знакомый.
— Это не совсем мой багаж…, - начала Тереза, но потом решила, что проще согласиться, чем рассказывать всю историю. — Да, верно, мистер Штейнер. Надо бы отвезти его в гостиницу.
— Нет, нет, нет, — возразил ее собеседник. — Не стоит оставлять багаж в гостинице без присмотра.
— У меня экипаж, — показал он на свою повозку. — Я нанял этого бездельника на весь день, так как если его отпустишь, то потом совершенно невозможно будет найти его вновь.
— Давайте сделаем по-другому, — предложил Штейнер. — В экипаже места хватит и для нас двоих, и для вашего багажа. Так мы и отправимся на поиски нужного вам судна.
— Благодарю вас, вы очень любезны, — сказала Тереза, а Макс, ибо это был он, быстро перенес в экипаж весь багаж с набережной.
Сцена 16
Благодаря участию Марко Штейнера последнюю свою задачу: приобрести билеты до Порт Саида — Тереза решила быстро. Он мог разговаривать с местными, хотя языка, как и Тереза, ее новый знакомый не знал. Просто на обращение мужчины местные жители откликались и пытались помочь. Когда, до встречи с миланским доктором, Тереза пыталась заговорить с одним из местных мужчин, тот молча уставился на нее взглядом, в котором было столько всего намешано, что она сразу поспешила уйти прочь.
Билет был куплен на пароход «Гайрет», следующий в Константинополь. У Терезы мелькнула мысль посетить этот город, но тут же исчезла. Хотелось, как можно быстрее, вернуться домой.
А потом мистер Штейнер пригласил ее в ресторан.
Надо было бы отказаться, но любопытство перевесило.
— А что, они здесь есть?
— Конечно! — ответил полу-миланец, полу-австриец. — Я каждый день там обедаю.
Слова про еду напомнили Терезе, что утренний омлет давно растворился на просторах ее организма и что пора бы подкрепиться. Это был первый аргумент, чтобы согласиться с предложением Штейнера. Вторым аргументом было журналистское любопытство. Было интересно посмотреть, что это за ресторан. Но на самом деле, все эти доводы не были так уж важны. Терезе хватило одного дня одиночества, в окружении чужих людей, когда вместо лица видишь только темные глаза. Ей остро захотелось просто поговорить с тем, кто олицетворял для нее знакомый и понятный мир. Благодаря случаю, таким олицетворением стал Марко Штейнер.
Оказалось, что до самого города, а вернее его цивилизованной части, Тереза просто не доехала. Отель «Европа» попался ей раньше, и она в нем спряталась. Возможно, именно желанием перехватить немногочисленных путешественников и объяснялось решение владельцев отеля построить свою «Европу» на пути из порта в основную часть Адена. Дорога в сам город вела в вверх, и по мере продвижения, окружающие ее песчаные горы сдвигались все ближе и ближе. В самом узком ее месте стояла стена, а проход закрывала решетка ворот. Сейчас эта решетка была поднята, а на стене прохаживались британские солдаты в высоких пробковых шлемах.
После ворот начинался сам город. Преобладали одноэтажные домики с плоскими крышами, а перед многими из них Тереза заметила крохотные лужайки, а кое-где даже росли хлипкие деревца.
Ресторан «Олимп» был таким же одноэтажным зданием, но прежде чем пройти в само здание пришлось пересечь весьма живописный дворик, который был, наверное, частью кухни. С одной его стороны был загон, в котором томились местные голенастые овечки, а с другой стороны кипели на слабом огне большие котлы, в которых готовилась пища.
В самом здании ресторана был полумрак, а в зале стояли вполне европейские столики. Тереза и ее спутник сели за один из них. Тут же подошел слуга, поприветствовал их на вполне сносном английском и зажег свечу, стоящую на столе. На удивление, в ресторане было прохладно. Тереза вспомнила, как в Гонконге рядом с ее столиком, когда она принимала пищу, стоял специальный служащий и опахалом на длинной ручке вяло приводил в движение воздух рядом с ней. Тогда это приносило определенное облегчение. Она рассказала об этом Штейнеру.
— Но здесь я никого не вижу с опахалом, — сказала она. — Или это какой-то восточный фокус?
Штейнер рассмеялся.
— Никакого фокуса, — сказал он. — Посмотрите на эти ковры, которыми завешены стены.
Действительно стены ресторана, также, как у нее в номере гостиницы, были закрыты тонкими коврами.
— Это специальные ковры, — продолжил объяснять ее новый знакомый. — Сделаны из грубой, толстой нити. Они не прилегают плотно к друг другу. Видите, на полотне ковра встречаются щели, прорехи. Так вот эти ковры, время от времени, обрызгивают водой. Влага испаряется, а это эндотермический процесс.
Тереза услышала
