рядом с ним. Вместе они стали смотреть на звезды.
***
Открыв глаза, Макс вновь стал смотреть фотографии – уже Машины. Затем, попробовал ей позвонить – но связь здесь не работала.
3 ноября.
Вечер. После поездки на дачу. Квартира Антона.
Антон достал вторую бутылку вина. Налил уже в два бокала, и сел на пол рядом с Машей, которая пыталась руками расчесать запутанные от снега волосы и собрать их в хвостик. Впрочем, ей это скоро надоело, и она оставила волосы в покое, бросив резинку на ковер.
– Антон, расскажи что – нибудь о себе? – попросила она.
– А что ты хочешь знать?
– Почему ты не общаешься с отцом?
– Маш, это не очень приятная тема. Давай в другой раз?
– Ты меня сегодня напоил, и на дачу отвез. Зачем?
– Чтобы решить твою проблему. Шесть месяцев прошло, ты шесть месяцев мучилась… А решили проблему мы за три часа. Ты же теперь не боишься?
– Теперь – нет, – уверенно ответила она. – Вот и я хочу тебе помочь… Как смогу… Расскажешь? Или мне тоже надо тебя напоить?
Антон улыбнулся.
– Ну, это будет посложнее, чем с тобой. Ладно… Так, с чего начать даже не знаю… – Он закрыл лицо руками. – То, что отец всю жизнь изменял маме – я знал… Да лет с пяти. Даже раньше. Конечно, понял что к чему я уже позже, но все же…
– Он был плохим отцом? – спросила Маша.
– Нет, он был хорошим отцом. Он меня всегда любил, и сейчас тоже любит. Он меня везде с собой таскал, учил всему – а он, действительно, гениален в своей области. Если бы не он – я бы так много не знал! Мама все знала… Она его любила… Переживала, страдала… Но – не уходила от него. Не могла без него! И он это знал. Маш, правда, давай в другой раз?
Маша потянула его за руку, и положила его голову к себе на колени. Начала гладить его по голове, как тогда – на дне рождения – его гладила тетя Наташа.
– Нет. Давай сейчас. Рассказывай.
Антон грустно улыбнулся ей снизу вверх.
– Все началось, когда появилась Светлана. Отец влюбился в нее, стал как безумный! Он тогда был уже довольно известен в своей области, докторскую только защитил. Стали предлагать разные должности. И в Москве – в том числе… Очень престижные! Вот она и уговорила его развестись. Они поженились, в Москву уехали. Там его карьера быстро в гору пошла. И ее, кстати, тоже! На это и расчет был. Для Светланы главное в жизни – престиж! А у нас связи везде – я говорил уже. Ну и отец. Она его не любила никогда. Но всегда им хвасталась – муж знаменитость! И сама тоже – в престижном вузе преподаватель. А мама… Переживала сильно… У нее проблемы с нервами начались… А потом она с собой покончила…
Антон замолчал и уткнулся лицом в Машину блузку. Маша, молча, одной рукой продолжая гладить его по голове, другой рукой сжала его руку, а потом, наклонившись, поцеловала его в затылок.
– Вот тогда я перестал с ним общаться. И институт бросил…
– А институт почему?
– Разочаровался. Отец – психиатр, а маму довел до суицида. Я тоже хотел психиатром стать. А когда это случилось… Я как раз третий курс закончил. В общем, я во всем разочаровался. И в людях, и в жизни. Сережа тогда пытался говорить со мной, объяснял – что в жизни бывают всякие случаи, что жизнь – несправедлива… Разговоры эти мне не особо помогли, да я их и не слушал. Тогда он меня с собой взял – на работу. Он тогда уже начальником был. Ну, я и посмотрел на жизнь во всей ее красе! На одно убийство съездил, на второе, на третье… Потом – втянулся. Он меня к себе и взял. Юридическое я уже позже заочно закончил.
– Жалеешь, что врачом не стал?
– Не знаю. Да в принципе – все похожее. Наблюдаешь – делаешь выводы… Хорошая ты, Машка. Будь с Максом – он лучше меня!
– А зачем ты меня сегодня поцеловал?
– Чтобы одни воспоминания вытиснились другими. Наверное – так. А если себе не врать – я всегда мечтал это сделать. Сегодня просто повод подвернулся. Знаешь – нам ведь не обязательно быть вместе. Да – между нами связь, это очевидно. Мы понимаем друг друга с полуслова. Даже если ты будешь с Максом – мы все равно будем часто видеться. И никто не запретит нам вот так разговаривать. Во многих семьях, поверь, такого понимания нет. А у нас есть. Ты его любишь?
– Да.
– Вот и живите вместе. А насчет остального – завтра я все выясню.
Он встал и пошел к себе в комнату.
– Спокойной ночи?
Маша тоже встала, и пошла в комнату с коричневой шторкой – к которой уже успела привыкнуть. Обернувшись, она улыбнулась и сказала:
– Спокойной ночи, Антон!
Октябрь.
Детдом.
Макс и Юля лежали на кровати, одетые. В комнате уже давно стемнело.
– Юля, у меня есть Маша. Давай я вас познакомлю?
– Нет. Я не хочу, – ответила Юля.
– Она хорошая. Вот увидишь – вы с ней подружитесь! Хочешь – покажу? – он достал телефон и показал Юле Машины фотографии. – Правда, она на Элю похожа?
– Нет!!! Ты ей хочешь заменить нашу Элю?!!
– Не кричи, пожалуйста. Юля, Маша хорошая. И я не пытаюсь заменить ей Элю. Элю я любил. Но Машу я тоже люблю. Не как Элю, понимаешь? А как Машу. Я понимаю – что она – другой человек, хоть и похожа на нее внешне. А Элю я всегда буду помнить.
Юля опять отвернулась к стене. Макс обнял ее за плечи.
– Я вас с ней познакомлю. Она тебе понравится. И я больше никогда тебя не брошу! Обещаю…
– Скажи, ты сейчас живешь так, как ты мечтал? – спросила она через несколько минут, все так же отвернувшись к стене.
Макс, подумав, ответил:
– Да. У меня есть свой дом. Есть работа. Есть друзья. И Маша. Правда, я всегда боюсь все это потерять… У моего друга, Антона, отец – психиатр. Я говорил ему об этом… Он сказал – что это детская травма, наложенная на то…что я потерял Элю… А ты, Юля, о чем ты мечтаешь? И чего боишься?
– Я боюсь остаться без денег. Боюсь, что не смогу сама решить свои проблемы. Я больше не буду беспомощной…
«Как я когда
