— Ты тоже это чувствуешь? — спросил Итан.
— Да.
— Это мое воображение, или он светится?
— Не твое воображение, — сказала я. — Он светится, будто внутри светодиодная лампа.
Итан глубоко вздохнул, очевидно так же нервничая, как и я. Даже сильнее. И не без оснований. У него самая тяжелая роль во всей этой ситуации.
Я передала ему тотем. Несмотря на то, что фигурка легко помещалась в одной ладони, он принял ее обеими руками и держал как новорожденного ребенка.
— Мне опять будет больно?
— Я не знаю, почему ты спрашиваешь меня?
— Надеялся, что ты соврешь мне.
Я одарила его яркой улыбкой:
— Итан, обещаю, ты ничего не почувствуешь.
— Ага, — сказал он, покачивая головой. — От этого мне не легче. Ладно. Была не была.
Парень провел большим пальцем по спине тотема, вверх по крыльям, а затем, наконец, вокруг изумруда. Дотронулся до внешнего края, положил большой палец прямо на верхнюю часть камня и нажал.
Ничего не случилось.
После небольшой паузы мы одновременно выдохнули.
— Видишь? — сказал Итан сердито. — Было так же, когда я летел в самолете обратно из Белиза. Изумруд сидит там плотно.
Он пихнул его мне.
— Я не понимаю, — пробормотала я, переворачивая тотем в своих руках. — Когда я это сделала, это было так же просто, как…
ЩЕЛК.
Изумруд вдавился внутрь тотема в тот момент, когда мой палец коснулся его. Воздух вокруг нас начал двигаться, свистя как торнадо, хотя я не могла чувствовать его на коже, и он не шевелил мои волосы. Итан шипел от боли, мышцы на его теле сжимались, но он не кричал так, как в первый раз.
И вот началось превращение.
Его кожа взбугрилась от силы, идущей изнутри, мышцы фантастическим образом расширялись и трансформировались. Он упал на колени, в то время как кости, похожие на пальцы пронзили его спину и разорвали кожу, словно она была расплавленным пластиком. Зачатки крыльев появились из его тела. Они росли быстро, подобно тому, как из почвы вырастает волшебный цветок. Перья появлялись из ниоткуда. Боксеры мужчины стали далеким воспоминанием, так как торс расширился, и массивные мышцы бедер и икр покрылись мехом и когтями.
Я не видела, как его лицо трансформировалось, потому что он прижал его к груди, но в мгновение ока его голова превратилась в орлиную с золотым клювом, загнутым вниз для того, чтобы рвать мясо, и золотыми глазами, окруженными перьями.
На мгновение Итан остановился, полностью преобразившись в копию каменной фигурки в моей руке.
«Я свободен!» Я буквально чувствовала, что Итан думал именно об этом. А затем он расправил крылья, будто затекшие мышцы, и с силой оттолкнулся от земли.
Я отступила назад, увидев, как грифон взмахнул крыльями и взлетел вверх, подняв свое мощное тело в воздух.
Глава 11
Итан
Я был свободен.
Не только сущность Грифона думала, что тело больше не заключено в тюрьму. Я и сам чувствовал это всеми своими человеческими эмоциями. Боль, которую я не осознавал до этого момента, исчезла.
Трансформация не была обжигающей агонией, как в первый раз, но все же была не очень комфортной. Почти как сделать укол у доктора, жжение и странный дискомфорт. За исключением, что вместо того, чтобы ощутить боль только в точке инъекции, я почувствовал «укол» всем своим телом.
Но затем дискомфорт исчез, и я оказался в нужной мне форме.
Мои крылья подняли меня в воздух с едва сдерживаемой силой. Вначале я боролся с весом тела, но вскоре наслаждался нагрузкой. Это как размять ноги после сидения в самолете. Или, например, отлежать руку и, наконец, иметь возможность снова согнуть сустав.
Я взлетел в воздух и, как только набрал необходимую высоту, спикировал вниз.
— Охренеть!
Я одновременно услышал и почувствовал слова Джессики на земле. Знал, тотем как-то связал нас, хотя я не совсем понимал происходящее.
Но мне было все равно, я летел, и ощущение воздуха в моих перьях было лучшим в мире.
Я прижал крылья близко к телу и повернулся к Джессике, пикируя рядом с ней и расправляя крылья вновь, пролетая мимо и показывая, что умею. Я услышал ее смех от волнения и удивления, когда вернулся в воздух. Сельская местность Техаса раскинулась вокруг меня.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
А потом я вспомнил голос.
И вздрогнул, готовясь к реву в голове. Я хотел быть готовым на этот раз, на случай, если его голос попытался бы снова заставить меня рухнуть. Я был бы сильнее этого.
Мне нужно быть сильнее.
Но когда облетел круг над крошечной фигурой Джессики, рев дракона не прозвучал. Я чувствовал его присутствие в голове грифона, будто он дышал мне в затылок. Меня наполнило тревогой.
— Что случилось?
Орлиная голова метнулась в сторону Джессики. Даже издалека я мог ясно слышать ее, словно она шептала мне прямо в ухо. Наша связь и безумный слух грифона — догадался я.
«Ничего», — ответил я ей мысленно.
— Ты врешь.
«Не-а».
— Да-а, — упрямо сказала она. — Забудь пока об этом. Лети сюда. Я хочу кое-что увидеть.
Повинуясь женщине, связанной со мной, я спустился вниз и расправил крылья, замедляя приземление.
Глава 12
Джессика
Он был еще тем выпендрежником.
Я всего лишь попросила его спуститься, а он решил отвлечься от полета и грохнуться прямо на меня. Я взвизгнула, когда он безрассудно падал, распахнув крылья в последнюю секунду, контролируя падение. Быстро замахав крыльями, Итан опустился на тридцать футов, поднимая пыль и раздувая мою юбку подобно вертолету.
И затем он приземлился на львиные ноги, сложил крылья вдоль тела и пристально посмотрел на меня своими блестящими глазами.
Отлично, он действительно выпендрежник. Но это все равно было чертовски впечатляюще.
«Что ты делаешь?»
— Что ты имеешь в виду? — Итан наклонился вперед и толкнул клювом блокнот в моей руке. — О. Я делаю заметки!
«Ты записываешь?» — недоверчиво спросил он.
— Ну, в последний раз, когда это случилось, я потеряла сознание. Хотела убедиться, что у нас есть хоть какие-то записи, на всякий случай.
«Практичная».
— Несомненно, — я сделала пометку, а затем обошла своего парня-зверя, рассматривая его с головы до ног. Ну, точнее с головы до лап. — У тебя на шее что-то есть.
Это «что-то» было золотым и толстым, как огромное мужское обручальное кольцо. Когда обошла его сбоку, то увидела сияющий драгоценный зеленый камень, прикрепленный сзади и схожий с оперением. Я была совершенно уверена, что если бы заползла на спину грифона и присмотрелась внимательней, то увидела бы точную копию прямоугольного изумруда с каменного тотема.
Итан повернул голову почти на 180 градусов, но все равно не смог его разглядеть. Я набросала в блокнот форму и особенности, описывая ему вслух заметки.
— Твои перья такие… Ну, они отличаются от птичьих.
«Отличаются?»
— Я не ветеринар, но уверена, что большинство перьев не вырастают такими длинными, — провела пальцем по его шее; самая широкая часть перьев была почти дюйм в диаметре, на вид словно мечи. Щетинки были жесткими и больше походили на зубцы расчески.
«Не очень-то вежливо!»
— Что?
«То, что ты подумала о моих перьях».
Я вздрогнула. Не знаю, как мне удавалось слышать его мысли и эмоции, но вдруг стало тревожно, что он слышит мои. Мне нужно быть осторожной, пока он в форме грифона. Никаких странных мыслей.
Например, как сексуален Итан в человеческом облике, как я хотела бы провести руками по его мышцам, как только они превратились бы обратно в гладкую плоть. Хотела бы почувствовать, как его пальцы пробегают по моим ногам, и позволить ему взять меня на земле, как в первый раз…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
«Прекрати, Джессика!»
Навязчивые мысли возникали в моей голове без приглашения, невозможно было не думать о чем-то, когда ты очень стараешься это не делать.
