Рвано кивнув, вышла за ними, решив не нарываться. Лихачевский действительно ждал меня за столом. А у меня начало двоиться в глазах, от нервного перенапряжения, не иначе. Только потом, по деталям дошло, что с торцов — весьма условных у квадратной мебели — стола сидят бывший и нынешний. Что могу сказать… седины на висках у Ивара за это время прибавилось, хоть и прошло всего-то чуть больше суток. Зато как ожил взгляд, стоило мне опуститься на соседний стул. Ва только зубам клацнул. Громко так, отчетливо в этой тишине.
— Надо же, а я думал у вас чистый договор, — Лихачевский выглядел пугающе адекватным, даже той пелены, что была в его глазах до этого, и в воспоминаниях Россового в том числе, не было.
— Ярослава, у тебя в глазах двоится? Ты нас различить не можешь?
— Милый мой Ванечка, — клянусь, у Ивара дрогнул уголок губ, он-то не мог не узнать интонацию рыжего менталиста, любителя выносить мозг фигурально и буквально, — я прекрасно отличаю своего пусть и неожиданного, но искреннего и заботливого супруга от человека, бросившего меня без объяснения причин. Игорь Алексеевич…
— Да? — он явно развлекался этой игрой, а у меня в попытках придумать причину такой перемены, кипел мозг.
— Я же получу пояснения по этому поводу?
— Несомненно. Но после завтрака.
Я кивнула, принимаясь за еду вслед за хозяином дома. Появление Чернова здесь стало, конечно, сюрпризом… Я замерла, успев только положить вилку. Чернов… Выцепила из памяти образ некроманта, так пугавшего меня и странно своевременно исчезнувшего из дворца Россового незадолго до нападения. Мой бывший хоть и казался на первый взгляд копией Ивара, все-таки отличался. Особенно, когда они оба были передом мной. Слишком много общих черт я обнаруживала между этими двумя темными лошадками. А еще Черновы были претендентами на трон в те далекие века. Даже бунтовать пытались, хотя их быстро приструнили. А вот и мотив…
Я посмотрела на Ивара, который к схожим мыслям мог прийти еще при первом знакомстве с моим бывшим. Все-таки, как я поняла взаимоотношения в кружке заговорщиков, он потому разноглазого и пригласил, что тот был не прочь свергнуть неустраивающего претендента. А уж когда тот без стука и объявления зашел в малую столовую… Что-то мелькнуло на лицах присутствующих, Россовой схватил нож, но сделать ничего не смог. Слишком быстрый и словно неживой, Максим Чернов легко коснулся мужчин, словно пальцами ткнул в лоб, заставляя осесть.
Осмотрелся, скинул бесчувственное тело Игоря Лихачевского на пол и устроился напротив. От улыбки по спине потек холодный пот.
— Поговорим?
— Неожиданно. О чем?
— О твоей судьбе, девочка. У меня нет причин оставлять тебя или этих болванов в живых. Но есть маленькая проблемка…
— Какая?
— Мне не хочется ловить откаты за убийство представителей правящей семьи. Чертов основной договор! Поэтому ты сейчас, — мое тело против воли принялось делать то, о чем он говорил, — возьмешь нож, лежащий у тебя под рукой, да, прямо в масле, и порежешь этих любезных господ.
Когда тебя предает собственное тело — это страшно. Особенно, когда видишь, как на рукоятке ножа крепко сжимаются пальцы. Каких сил мне стоило просто отвести руку в сторону в последний момент — не скажет никто. Зато и удар пришелся по руке Чернова-местного. От воя — он не человек что ли? — заложило уши. А когда темный вихрь исчез, остальные очнулись. Я вместе со всеми принялась поднимать Игоря. Тот благодарно кивнул, но попросил перенести беседу на другое время. Что странно — никто будто не помнил последних минут. Кроме меня и клятого некроманта!
Даже если это было какое-то воздействие — легче мне не становится. А еще я поняла, что пытаюсь взвалить на себя все. Вынырнула из мыслей услышав, что с моих мальчиков — господи, откуда эта сентиментальная чушь в моей голове? Это эти-то вояки — мальчики? — снимут ограничители, но из дворца они не выйдут.
Ладно, надо будет поговорить с ними. Пусть голова не только у меня болит. Вместе с Россовым выскочила из комнаты раньше, чем Иван успел меня перехватить. Кстати, о нем тоже надо будет поболтать…
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Живы? — Прозоровский первым выскочил на звук открывшейся двери, устало потирая виски, ограничители с него сняли и полный жизни дворец ударил по восприятию кувалдой.
Все-таки нельзя унывать в обществе довольного своим бытием менталиста — он настолько активно излучает радость, что невольно и ты начинаешь улыбаться. Я почувствовала, как лежащая на плече рука Россового расслабляется, но прекрасно понимала, что это ненадолго. Мне нужно было рассказать про случившееся за завтраком. Вот только подобрать слова было сложно. Ивар прекрасно видел, что я не могу собраться и первым спросил, что у меня случилось. Я хлопнула глазами, а потом видимо напряжение прошлых суток решило выплеснуться, как совсем недавно я рыдала в плечо Левачеву, так сейчас, взахлеб, давясь словами и слезами, я ревела на коленях у Россового. Тот мало того, что понимал мои излияния, так еще и уточнять их умудрялся, вытягивая из меня все.
— Что-то я в последнее дело только и реву…
— А от тебя никто и не требует быть скалой. Все прекрасно понимают, какой нагрузкой является незапланированное перемещение между мирами. Особенно на психику, но про это потом у Кости лучше спросишь, он доступнее расскажет. А вот по поводу Чернова — стоило бы догадаться. Слишком легко он согласился.
— Да появление обоих Черновых сюрпризом стало…
— Обоих?
— Ну да, — я кивнула, сползая с коленей на диван и прижимаясь к боку, — Ва тоже Чернов.
Лица присутствующих вытянулись, а до меня начало доходить…Если только допустить, что это была многоходовочка семейства некромантов, направленная на получение трона — а с учетом того, что живут они иногда в три раза дольше остальных магов это реально, они банально могут ждать удобного момента больше — то получается, что…
— Я в тот день должна была умереть?
— Ты о чем? — на мне скрестились взгляды, но я только поджала под себя ноги, сворачиваясь в клубок.
— Просто… Сейчас попробую объяснить, а вы мне скажете, где я свернула не туда в своих размышлениях, — они кивнули. — Итак, что мы имеем: смертельную обиду Черновых в этом мире, на то, что их обошли на пути к трону.
— "Смертельная обида" в отношении некромантов, конечно, тот еще каламбур, — Костя под взглядом поднял ладони. — Молчу, понял.
— И принялись подчищать конкурентов. Правильно?
— Ты упускаешь другое, — Ивар скользнул взглядом по резной панели на стене. — Почему именно сейчас? А еще у меня нехорошее предчувствие…
— По поводу?
— Пока не понимаю, после суток изолятора в голове каша, — признаться в этом ему явно было тяжело, но держался он исключительно на собственной гордости.
— Ты бы спать шел, — я потерлась щекой о плечо, но Россовой только покачал головой.
Вернулись к нашим баранам. Почему Чернов-местный вошел в кружок Ивара было понятно — кто откажется чужими руками убрать конкурентов? А если еще потом показательно справиться с "бунтовщиками"? Прекрасный старт, зачатки репутации. Меня Чернов-пришлый доводил до расшатанного состояния видимо с той же целью. Он прекрасно выучил, на что и как я реагирую, я в тот день вполне могла бы сначала держаться, а потом под вечер устроить себе заплыв в Неве…
Снова расчувствовавшись, заползла к Россовому на колени, запуская пальцы в короткие волосы и пытаясь заодно унять боль. Кажется, получилось, потому что лицо князя просветлело, а потом он и вовсе замер, глядя перед собой.
— Мы все идиоты… У нас по дворцу, рядом с прямыми претендентами на трон, ходит Чернов, а мы болтаем сидим…
— Туда ему, конечно, и дорого, но могу сходить проверить, если вас это так волнует, — Левачев лениво двинулся в сторону выхода из комнаты, но был встречен сгустком темной энергии в грудь.
Тело Ивара среагировало раньше мозга — он опрокинул меня на пол, пользуясь тем, что диван был основательный, с сундуком в нижней части и с той стороны меня банально не было видно. На голову посыпались щепки от прилетевшего в спинку заклинания. Молчание "наверху" пугало, если бы вошедший в лучших традициях злодеев начал раскрывать коварный план своей жертве — мне и то было бы легче.
