что увидеть и чего ожидать.
Возмущение поднялось в моей груди.
Я вышел из гостиной и направился в свой кабинет, где попытался просмотреть материалы для встречи.
Но даже несмотря на то, что я закрыл дверь и уединился в противоположной стороне дома от комнаты Вивиан, я все еще чувствовал слабый, сводящий с ума аромат яблок.
ГЛАВА 7
Вивиан
— Я была законопослушной гражданкой, но если кто и мог довести меня до марицида, так это мой будущий муж.
Я ненавидела его высокомерие, грубость и насмешливое обращение — mia cara.
Я ненавидела, как бьется мой пульс от его грубой руки на моей шее.
И я ненавидела то, что он всегда казался больше жизни, как будто молекулы любого пространства, в которое он входил, должны были складываться сами собой, чтобы вместить его.
Все ясно? Его сводящий с ума голос эхом отдавался в моей голове.
Все было ясно. Было ясно, что Данте Руссо — это Сатана в хорошем костюме.
Я заставила свои легкие расшириться от гнева. Вдох, раз, два, три. Выдох, раз, два, три.
Только когда давление пришло в норму, я открыла дверь в свою новую комнату, вместо того чтобы искать самый острый нож, который только смогла найти.
Как и было обещано, визитка с номером ассистента Данте и черная Amex лежали на тумбочке рядом с характерной красной коробочкой с кольцом. Когда я открыла крышку, мне подмигнул бриллиант в шесть карат.
Я провела пальцами по ослепительному драгоценному камню. Пять каратов, редкая огранка «Ашер» с более мелкими бриллиантами «багет» украшающими каждый изгиб.
Я должна была быть в восторге. Кольцо было потрясающим и, судя по цвету и чистоте бриллианта, стоило не менее ста тысяч долларов. Это был тот тип кольца, за который большинство женщин готовы были бы убить.
Но когда я достала его из коробочки и надела на палец, я не почувствовала... ничего.
Ничего, кроме прохладного блеска платины и тяжести, которая больше напоминала тюрьму, чем обещание.
Большинство обручальных колец были символом любви и преданности. Мое же было эквивалентом подписи на контракте о слиянии.
Странное чувство сжало мое горло.
Я не должна была ожидать чего-то большего, чем то, что дал мне Данте. Некоторые браки по расчету, как у моей сестры, перерастали в настоящую любовь, но в целом шансы были невелики.
Я опустилась на кровать. Теснота распространилась от горла до груди.
Было глупо грустить. Что с того, что Данте сделал предложение самым безличным образом? Я знала с нашей первой встречи, что мы не будем вместе. По крайней мере, он был честен в своих намерениях и границах.
И все же какая—то часть меня надеялась, что наше предыдущее общение было случайностью и мы постепенно потеплеем друг к другу, но нет. Мой будущий муж был просто придурком.
Жужжание нового сообщения прервало мои размышления.
Я подняла трубку, ожидая очередного поздравления или напоминания от Изабеллы, чтобы пригласить ее в гости, как только я устроюсь.
Вместо этого я увидела сообщение от человека, от которого я меньше всего ожидала получить весточку.
Хит: С Днем тыквенного горячего шоколада :)
Я уставилась на слова, ожидая, что они исчезнут, как будто я их случайно наколдовала. Но они не исчезли.
Мой желудок скрутило.
Из всех дней, когда он мог написать ни с того ни с сего, это должно было быть именно сегодня, сразу после того, как я переехала в дом Данте.
У Вселенной больное чувство юмора.
Я хотела сказать миллион вещей, но остановилась на чем-то безопасном и нейтральном.
Я: У них есть такие в Калифорнии?
Хит: Тыквенный горячий шоколад? Неа.
Хит: Здесь разрешено пить только смузи и зеленые соки, иначе тебя вышвырнут с острова.
Моя маленькая улыбка исчезла так же быстро, как и появилась.
Мы не должны были разговаривать, но я не могла заставить себя заблокировать его.
Хит: Я каждый день пишу в Бонни Сью с просьбой открыть магазин в СФ, но пока безрезультатно.
При упоминании Бонни Сью меня пронзила боль.
Это было популярное кафе рядом с Колумбийским университетом, где мы с Хитом учились. Оно славилось своим сезонным тыквенным горячим шоколадом, и хотя я не любила тыкву, а он не любил горячий шоколад, мы каждый год приходили на его ежегодное возвращение в середине сентября.
Забудьте об осеннем равноденствии; настоящий первый день осени был днем, когда этот напиток снова появился в меню Бонни Сью.
Я: Это случится. Настойчивость всегда побеждает.
Чувство вины раздувалось в моей груди, пока мы с Хитом вели светскую беседу. Он спрашивал о моей работе и городе, я — о его собаке и погоде в Сан—Франциско.
Это был наш самый долгий разговор за последние годы. Обычно мы писали друг другу только по праздникам и дням рождения, а по телефону никогда не разговаривали. Так было проще притворяться случайными знакомыми, хотя на самом деле это было совсем не так.
Хит Арнетт.
Мой лучший друг в колледже. Мой бывший парень. И моя первая любовь.
Когда-то давно я думала, что мы поженимся. Я убеждала себя, что мы преодолеем возражения моих родителей и будем жить долго и счастливо, но наш разрыв два года назад доказал, что мои надежды были именно надеждами. Хрупкими и необоснованными перед лицом гнева моих родителей.
Я отмахнулась от воспоминаний о том дне и попыталась переключиться.
Я: Как поживает твоя компания?
После нашего разрыва Хит переехал в Калифорнию и расширил свое приложение для изучения языков, превратив его в мощную компанию. В последний раз, когда я проверяла, оно входило в пятнадцать самых скачиваемых приложений в США.
Хит: Довольно удивительно. В конце этого года мы выходим на биржу.
Хит: Мы ожидаем большого IPO. Возможно...
Три точки, указывающие на то, что он набирает текст, появились, исчезли, затем появились снова.
Хит: Мы можем пересмотреть ситуацию после того, как это произойдет.
Мое чувство вины переросло в ужас.
Он не знал о помолвке. Я не писала об этом в Интернете, у нас больше не было общих друзей, а Хит не следил за светскими страницами, что означало, что я должна была сказать ему. Я не могла лгать без умысла и позволить ему думать, что у нас есть шанс снова быть вместе.
Хит: Если ты хочешь, конечно.
Я практически видела, как он проводит рукой по волосам, как он всегда делал, когда нервничал.
Мои зубы впились
