— Ты же и сама понимаешь, что мы не можем оставить у себя платье, — мягко произнесла она.
— Еще как можем! — в полном отчаянии воскликнула Делия, сминая лиф платья пальцами.
— Делия, — начала Изабелла, стараясь говорить как можно рассудительнее. — Мы в этом городе чужие. Одно неверное слово о происхождении этого платья — и от твоей репутации ничего не останется.
— Плевать!
Делия упрямо вздернула подбородок хорошо известным Изабелле движением.
— Не будет плевать, когда тебе откажут от дома все уважающие себя люди Лондона. А еще есть лорд Ботли. Когда он узнает о том, что мы здесь, он не обрадуется.
— Возможно, ты ошибаешься.
— И все же… — Изабеллу одолевали сомнения. — Если ты помнишь, после смерти отца мама ездила в Лондон, чтобы повидаться с виконтом. Вернувшись, она на много дней заперлась у себя в спальне. Как мы ни умоляли ее, она отказывалась выходить из комнаты. Только миссис Уиллоу удалось выманить совсем ослабевшую Сибиллу наружу. Мы обе знаем, что ее отец не простил ей того, что она вступила в неравный брак. Для лорда Ботли и его семьи мы — пустое место. Было бы глупо дать ему основание убедиться, что с ним согласен весь Лондон.
Светло-карие глаза Делии наполнились слезами.
— Но я его хочу! Ведь сегодня вечером мы едем на бал к леди Бенион.
Изабелла отвернулась. У нее в горле стоял ком.
— Никто не может иметь все, что захочет. И уж точно не мы, женщины семьи Торн…
В комнату, шаркая ногами, вошла миссис Аллен. Она несла поднос, на котором стояли две чашки с чаем и вазочка с печеньем.
— О боже, вы что, опять ссоритесь?
— Миссис Аллен… — Изабелла откашлялась и продолжала: — У меня к вам еще одна просьба. Вы не могли бы порекомендовать надежного парнишку, которому я хочу поручить одно дело?
Несколько часов спустя сон Вейна прервали во второй раз. Теперь это был дворецкий, который вошел в библиотеку с большим сундуком в руках.
— Прошу прощения за вторжение, милорд. Это принесли несколько минут назад. Парень, доставивший сундук, настаивал, чтобы я немедленно передал его вам.
Вейн опустил свои длинные ноги на пол и устало потер лицо.
— Поставьте его на стол, Джемисон.
Парень не упомянул, кто его прислал?
Слуга с облегчением избавился от своей тяжелой ноши.
— Нет, милорд. Но он сказал, что его хозяйка вложила в сундук записку.
— Хозяйка? — Вейн наморщил лоб. Что, если это мисс Корсар решила вернуть ему разные мелочи, которые он оставил у нее дома? Он не был настолько беспечен, чтобы забыть что-нибудь ценное, но, возможно, она решила стереть все следы его присутствия в ее жизни. — Открой сундук.
Вейн потянулся, затем встал с дивана и направился к столу. Он начал изрыгать ругательства в ту же секунду, как увидел алое вечернее платье.
— Неблагодарная девчонка! Ей что, всегда надо настоять на своем?
Джемисон подал ему сложенный листок бумаги. Расправив края, Вейн прочитал:
Дорогой лорд Вейнрайт!
Если леди принимает подарки интимного свойства от незнакомца, ее могут принять за даму легкого поведения, которая с готовностью развлекается с любым джентльменом в примерочных комнатах магазинов одежды. Если мы с сестрой произвели на Вас подобное впечатление, то оно ошибочно, и я прошу Вас принять наши извинения. Надеюсь, что, возвращая Ваш щедрый подарок, я не оскорбляю Ваших чувств. Такое прекрасное платье необходимо носить и наслаждаться им. Если Вы не сможете вернуть его в магазин, я не сомневаюсь, что в Лондоне предостаточно раскрепощенных дам, которые готовы принять Ваш дар без малейшего колебания. Смиренно прощаюсь с Вами,
мисс Изабелла Торн.
— Смиренно? — фыркнул Вейн, тряся письмом перед носом дворецкого. — Она понятия не имеет, что такое смирение! Она возмутительно упряма и своенравна! Сочетание ее прямоты и возраста отлично объясняют тот факт, что она до сих пор не замужем.
Он прекрасно понимал, что, будучи старше и опытнее, судит ее совершенно несправедливо. Было также ясно, что она догадалась о том, что это он был в одной из примерочных комнат ателье с мисс Корсар. Будь граф помоложе, он, возможно, покраснел бы. Должно быть, мисс Торн пришла к выводу, что имеет дело с отъявленным мерзавцем. Его попытка загладить вину и продемонстрировать благодарность только подтвердила ее подозрения.
— Вам виднее, милорд, — произнес дворецкий, захлопывая крышку и застегивая ремни. — Еще указания будут?
— Да, — оживился Вейн, приходя к неожиданному решению. — Прикажи подать мой экипаж. Я забираю сундук с собой. У меня есть кое-какие дела, а потом я буду собираться на бал.
Глава 9
Изабелла впервые была на балу в городе. Она предполагала, что бал у леди Бенион мало чем будет отличаться от тех балов, которые она посещала в Коутерсейдже. Но не успели они с сестрой выйти из экипажа, как она тут же поняла, что весь ее предыдущий опыт не идет ни в какое сравнение с тем, что ожидает их здесь. Войдя в сверкающий вестибюль, Изабелла ощутила, что попала в совершенно иной мир.
Слова леди Нетерли оказалось достаточно, чтобы обеспечить им с Делией приглашение на бал, но сестрам еще предстояло узнать, примет ли их лондонский свет. Изабелла с легкой завистью разглядывала элегантно одетых дам вокруг. Количество золотых украшений и драгоценных камней на шеях, руках и в ушах этих женщин совершенно недвусмысленно указывало на их место в обществе. Ее собственные, лишенные украшений руки напоминали о том, что на самом деле она здесь чужая.
Изабелла обернулась, чтобы подбодрить Делию, и ахнула. Ее сестра уже сняла черную накидку и бросила ее на руки слуге. Вместо зеленого вечернего платья, которое ожидала увидеть Изабелла, Делия была облачена в прекрасный наряд алого цвета.
Тот самый, который сегодня днем отправили обратно лорду Вейнрайту!
Изабелла развязала ленты у горла и позволила слуге снять накидку с ее плеч. Пробормотав слова благодарности, она взяла сестру под руку и потащила ее в глубь вестибюля.
— Что ты делаешь?
— Где ты взяла это платье?
— О, ты отлично знаешь! Иначе не была бы сейчас на грани апоплексического удара.
— Сундук вернули лорду Вейнрайту.
— К счастью, он решил настоять на том, чтобы он остался у меня.
— Что?! — Этот возглас заставил нескольких гостей обернуться и уставиться на сестер. Изабелла виновато улыбнулась удивленным зрителям. Отойдя в сторону, она снова набросилась на сестру: — Когда ты беседовала с лордом Вейнрайтом?
Этот вопрос явно вызвал у Делии легкое раздражение.
