– Не сомневайтесь, товарищ генерал, бабахнем, ещё как бабахнем, – поднимаясь из-за стола, усмехнулся полковник.
Выйдя из кабинета, полковник прошёл в конец коридора и, настороженно оглядевшись, позвонил по мобильному телефону:
– Привет, Лось, нам нужно встретиться.
Глава 16
Векслер вернулся в свой особняк и сразу же направился в комнату Льва Моисеевича.
– Всё, Быданов принял командование, временно поживёт в пансионате, позднее подберём ему квартиру в городе, – доложился Векслер.
– Ты думаешь, мы правильно сделали, пригласив его?
– А куда ему деваться, сам посуди, звания лишился, того и смотри, может оказаться под судом военного трибунала, так что, как ни крути, а податься ему больше некуда, и потом в его душе засела глубокая обида на несправедливое отношение к нему московской камарильи, вместо того, чтобы вручить ему Золотую звезду героя, его прессуют со всех сторон. Исчезнуть ему надо, не мозолить глаза газетчикам и иже с ними, – ответил Векслер, и в эту минуту зазвонил его мобильный телефон.
– Леонид Иванович, немедленно уходите из дома, через полчаса по решению городского суда у вас будет обыск, и вас с вашим другом задержит ФСБ, не тяните и уходите из города, – услышал Векслер, взволнованный голос своего благодетеля.
– Что там? – взглянув на помрачневшего друга, спросил Лев Моисеевич.
– Надо срочно уходить, будет обыск в доме и наш арест, – ответил Векслер, – собирайся и в машину, едем в пансионат, а я тем временем соберу партийные документы.
– А как же Валентина Ильинична? – спросил Лев Моисеевич.
– Останется дома, её же не будут арестовывать.
Не успели они выехать из города, как к особняку Векслера подъехал милицейский уазик и микроавтобус. Несколько человек в штатском и два милиционера вошли в дом и, предъявив ордер Валентине Ильиничне, приступили к обыску.
– Хозяин дома? – спросил один из штатских.
– Нет, давно, ещё утром уехал по делам.
– А ваш гость где?
– Они вместе уехали, а когда будут, не сказали, – ответила Валентина Ильинична и как бы в раздумьях, помолчав, добавила:
– Вы, конечно, вправе обыскивать, но только компромат не подбрасывайте, ничего запрещенного в доме нет и быть не может.
Бегло осмотрев дом и ничего не найдя, старший группы позвонил своему начальству и доложил о результатах обыска.
– Я не сомневался, что так и будет, Векслер не идиот, чтобы держать оружие и документы дома, для этого у него есть пансионат, наверняка они там скрываются, а попасть туда мы можем только после штурма, на что никто не пойдёт, – услышал в ответ старший группы, после чего дал команду покинуть особняк.
В пансионате, куда приехали Векслер и Березуцкий, было на удивление тихо и безлюдно. Ветер медленно раскачивал верхушки вековых сосен, тополя и клёны теряли свою пожелтевшую листву, и в этой благодати ничего не напоминало о городских треволнениях.
– А где народ? – спросил Лев Моисеевич.
– В тире, на стрельбище, – ответил Векслер и повёл своего гостя в отдельно стоящий особняк для высоких гостей.
– Далеко этот тир?
– В подвале клуба. Сейчас устроимся в номерах, потом пойдём в столовую и отведаем солдатской кухни, повар тут отменный, кормит, пальчики оближешь, – улыбнулся Векслер.
– Прекрасно, с удовольствием покушаю солдатской пищи, – ответил Лев Моисеевич и, услышав звонок, добавил:
– А вот и наш американский друг звонит.
– Майкл, это ты? Хеллоу, Майкл, в каком номере ты остановился? В 215? Так, ясно, через час за тобой приедет машина и отвезёт тебя ко мне. Договорились? Вот и отлично! – и, обернувшись к Векслеру, сказал:
– Надо кого-то отправить за нашим гостем.
– Отправим Ермолаева, парень он надёжный, проверенный, сделает всё в лучшем виде, – ответил Векслер.
– Предупреди его, чтоб без хвоста.
– А ты позвони своему помощнику, пусть ждёт машину у гостиницы, нечего ему болтаться в городе.
– Да нет, Николай, как раз и нужен в городе, ему предстоит встретиться ещё с несколькими лицами, главное, с паханом, не помню его погоняло, надо точно обозначить время, когда он поднимет зэков и начнет заварушку, – ответил Лев Моисеевич.
Неприметная Лада шестой модели долго петляла по городу и, наконец, удостоверившись, что за ними нет хвоста, Ермолаев направился к пансионату и через полчаса остановился у особняка для высоких гостей.
– А вот и наш дорогой гость, – увидев подъезжающую машину, воскликнул Лев Моисеевич.
Из машины вышел ничем не примечательный мужчина лет сорока пяти и за ним молодая, скромно одетая невзрачная женщина.
– А это ещё кто? – наклонившись к уху Льва Моисеевича, тихо спросил Векслер.
– Фрида Зибельман, активистка Хельсинской группы, – ответил Лев Моисеевич и, широко раскинув руки, направился к гостям.
– Рад встрече, дорогие гости, здравствуй, Майкл, здравствуй, Фрида, – обнимая Майкла, воскликнул Лев Моисеевич, – прошу, дорогие гости, в дом, отдохнуть с дороги, откушать чем Бог послал.
– Здравствуй Лёвушка, здравствуй, дорогой, вот приехала поддержать вас в вашем благородном деле активизации народных масс в борьбе за демократию и лучшее будущее России. Наши друзья за рубежом уверены, что у вас всё получится, и ваши усилия поднять народ в отдельно взятом регионе не пройдут даром, всколыхнут всю страну, люди поймут за кем правда, за кем будущее! – на высокой ноте, с пафосом, заявила Фрида.
– Уверен, что так и будет, – в тон ей ответил Лев Моисеевич, – и позвольте представить вам моего соратника и друга Векслера Леонида Ивановича, руководителя местного отделения нашей партии. Он и его товарищи по партии возглавили народное движение против казнокрадов и коррупционеров, против клановости в управлении региона, за отставку нынешнего руководства области и досрочные честные выборы губернатора и мэров городов.
– Браво, Леонид, мы были уверены, что в России есть здоровые силы, способные повернуть страну на демократический путь, способные адекватно воспринимать западные ценности, – с жаром воскликнул Майкл.
– Друзья, хватит митинговать, пора обедать, – воскликнул Лев Моисеевич и, подхватив Фриду Зибельман под ручку, повел её в особняк.
– Давно знакома с Майклом?
– Больше десяти лет, со времен горбачёвской перестройки, я тогда была совсем молода, неопытна, и Майкл, тогда он называл себя агентом влияния, помог мне определиться, с кем я, какова моя роль в этой жизни, – сказала Фрида.
– И уже тогда примерила на себя роль Жанны Д’Арк в российской истории, – усмехнулся Лев Моисеевич. – А помнишь, как гебэшники, постоянно терроризировали членов вашей группы? При обысках знали заранее, что никаких компрометирующих материалов, кроме, конечно, компромата на власть не сыщется, их убогое воображение шло по пути уголовщины: компрометирующие материалы, обыскивающие приносили с собой. Помнишь, когда один из этих тупоголовых «нашёл» доллары у тебя дома, а у твоего приятеля была найдена старая немецкая винтовка?
– Конечно помню, такое невозможно забыть, особенно когда тебя обвиняют в продажности и подготовке теракта, но, надеюсь, что больше такое не повторится, особенно после того как власти, наконец-то, ратифицировали Хельсинский протокол, – усмехнулась Зибельман.
Передав Жорику папку с документами, Николай Мохов направился к дому Векслера. Ещё издали он заметил у ворот особняка серую Волгу и двух мужчин в тёмных пальто, нервно переминавшихся с ноги на ногу и явно кого-то поджидавших.
– Уж не меня ли? – нервно подумал Николай. – Но я никого не жду и ни с кем не договаривался о встрече, тем более здесь. Чёрт, и свернуть-то некуда…
– Господин Мохов? Федеральная служба безопасности, капитан Ильин, с вами хотят побеседовать, прошу в машину.
– Я могу посмотреть ваше удостоверение?
– Конечно, смотрите, удостоверились?
– Я задержан или могу отказаться от вашего приглашения?
– Не задержан, но и отказаться не можете, – взяв Николая под руку, ответил капитан.
Через пятнадцать минут Волга подъехала к трёхэтажному серому зданию и въехала во двор. Николая провели на второй этаж и пригласили в кабинет. За большим дубовым столом в кресле, сидел грузный мужчина лет пятидесяти, с лысеющей головой, на его одутловатом лице явно просматривались следы вчерашней попойки.
– Полковник Назаров, – представился он. – Мы пригласили вас, господин Мохов, потому что не смогли побеседовать с вашим шефом, он явно избегает встречи с нами. Вы не возражаете, если мы зададим вам несколько вопросов о вашей деятельности в нашем регионе?
– У меня есть выбор? – с вызовом, спросил Николай.
– Ну зачем же так, мы просто хотим понять, что вы делаете у нас?
– Что мы делаем? Да ничего, что бы противоречило российским законам и здравому смыслу. Как вам известно, мой шеф, Березуцкий Лев Моисеевич, возглавляет партию «Народ и воля» и прибыл сюда для знакомства с делами местной партийной организации, которую возглавляет известный вам господин Векслер, у которого мы и остановились.
