столкновения никто не видел.
— Да, таких джипов тысячи, вы не найдёте виновника, — Борис махнул рукой.
— Девушка пострадала от падения на бетонный пол, на машине, вероятно, и царапины нет, поэтому дело скоро придётся закрыть, если появятся дополнительные улики или информация, мы вам сообщим, а сейчас простите меня, — детектив протянул свою визитку Эрике и вышел.
— Вот оно правосудие! — выкрикнул Борис уже закрытой двери.
— Не горячись, давление подскочит, — Эрика коснулась его плеча, — она жива и слава богу.
Весь день ушёл на приготовления к переезду Юрико в дом Шефферов, Эрика смогла присесть и расслабится, только когда Юрико с медсестрой разместились в двух смежных комнатах, так пролетел весь день.
Вечером вернулся Борис, ему пришлось срочно отдавать рисунки Арта дизайнеру на компьютерную обработку, согласовывать тиражи и сроки, он подменил Эрику на рабочем посту, пока она занята хлопотами по переезду Юрико.
— Ты поздно.
— Да пришлось повозиться, как она устроилась?
— Хорошо, медсестра сейчас с ней, я пойду спать, завтра рано вставать.
— Спокойной ночи, милая!
Глава 7. Грех с демоницей
Эрика сообщила Арту о несчастном случае с Юрашенькой, причём звонила она по тайному телефону, купленному накануне в супермаркете. Выслушав Эрику, художник попросил не звонить по этому номеру, и пообещал завтра заехать к ним. Отдых в Киото сорвался. Ему пришлось вернуться в город, теперь уже не на машине, а новым сверхъестественным способом, он просто материализовался у себя дома.
Всё как-то запутано и непонятно, это начало раздражать Арта, особенно неприятно ощущать свою беспомощность. Он так и сидел на кровати, сжимая телефон в руке, закрыл глаза и почувствовал, как нежные пальцы массируют его плечи, голову, потом твёрдым движением, руки невидимой женщины опрокинули его на спину. Дальше всё происходило как во сне, ласки становились все приятнее и более откровенными, он чувствовал обнажённое упругое тело невидимки, страстные стоны возбуждали желание, она начала раздевать его, иногда прикасаясь губами или сразу всем телом.
— О, Касуми, милая! — он простонал, закрывая глаза уже не надеясь увидеть соблазнительницу.
Вместо ответа она легла на него, обхватив голову руками, и их губы встретились, пьянящий поцелуй длился несколько секунд, возбуждение достигло предела, он перестал контролировать свои чувства, и его сознание открылось, как вчера открылось перед светящимся человеком.
В ответ он получил лёгкий укол ногтями, потом тишина и лавина жуткого, леденящего страха накрыла его, смертельная тоска заполнила все его существо. Демоница продолжала страстно двигаться вдоль его тела. Но её «нежность» казалась невыносимой, Арт попытался освободиться из объятий невидимой фурии, но она ещё плотнее прижалась к нему, обхватив ногами, теперь уже когтистые лапы вцепились в волосы, а похотливый язычок раздвоился и проник глубже в горло, вызывая приступ рвоты и кашля. Последний всплеск света и сознания, он, уже не имея возможности вдохнуть, выбрал место спасения…
Визг и скрежет зубов перед самым лицом, несколько ударов по лицу, привели его в сознание, от долгого удушья и приступа страха изо рта пошла пена, фурия пропала. Художник всё ещё с трудом мог двигаться, боль и холод сковали тело, но глаза уже начали различать детали окружающего пространства, это был старинный храм или катакомбы или монастырь, служители уже заметили его и несколько мужчин в тёмных рясах склонились над обнажённым, исцарапанным телом…
— Сын мой, тебе необходимо пройти обряд очищения, — луч света из маленького окошка отразился на чёрной рясе, и по ней поплыли облака, отражённые светом.
Он очнулся, с трудом вспоминая события прошлой ночи, встать и даже пошевелиться он не мог, но эта слабость вызвана не борьбой, а перемещением с пассажиркой, видимо, он ещё не обладает силой таскать тяжести по миру. Наивный, рассчитывал, что сможет Юрико спрятать, перенеся в какое-нибудь тихое место, но этот план сейчас невыполним.
— Сын мой, ты слышишь меня? — священник наклонился над ним, и зловонное дыхание подействовало сильнее нашатыря.
— Где я?
— В доме господнем, но из храма тебя вынесли, ты осквернял его своим видом, а это келья послушника монастыря, выходить тебе запрещается, одежда у изголовья, еду принесут позже, — священник держал перед собой массивный крест.
— Вы должны мне помочь, свяжитесь с моими друзьями в Японии, они будут меня искать, — в горле пересохло и Арт замолчал.
— После обряда очищения мы отпустим тебя, не волнуйся, вот библия, в ней закладки на нужных страницах, читай и молись, — священник встал, освятил крестом художника и вышел.
Сколько времени ему понадобится, чтобы опять совершить прыжок, день, два или месяц. Арт не мог определить места, где сейчас находится, последнее, что он представил это какой-то готический храм, просто отдал себе приказ оказаться на святой земле, может это Иерусалим? Художник попытался вспомнить форму креста в руках священника, католический крест и в храме нет икон, может быть это Ватикан. Никаких ответов и подтверждений своим гипотезам он не нашёл, вокруг каменные стены из крупных валунов, щели, между которыми затёрты глиной без штукатурки и краски, окно маленькое как объектив у мыльницы, и слишком высоко, это подземелье. Проводов и унитаза Арт не обнаружил, но под кроватью, точнее, под деревянными досками, положенными на выступы в стене, стоял горшок, от предстоящих дней в этих условиях он поморщился. Одежда, о которой говорил священник, длинный балахон из мешковины служил подушкой, сейчас его бёдра прикрывал небольшой кусок серой ветоши, и холод от стен постепенно оживил его тело. Поспешно одевшись, сел на деревянном настиле и решил попробовать снова открыть чувственное восприятие окружающего пространства.
Пока ничего не получилось, может быть, демоница забрала его способности к перемещению, но лучше надеяться на возвращение сил, иначе, отчаянье его раздавит в этом каменном мешке. Медальон, вот о чём он забыл, где он остался дома или его сняли уже в храме, но никаких воспоминаний и ощущений, все подробности как в тумане.
Через некоторое время дверь открылась, вошёл маленький мальчик худой и испуганный, точнее, он сделал пару шагов, присел и поставил на пол две деревянные плошки, с пустыми руками он двигался быстрее, через секунду дверь оказалась заперта снаружи.
Арт вспомнил, что читал в одной из книг о священной инквизиции, как посуду с едой оставляли на две-три минуты, если человек не успевал съесть, то оставался голодным. Он собрал все силы и на четвереньках подполз к еде. Вода, хлеб и жидкая похлёбка без мяса, ложки не прилагалось. Пока ему хватит, но после несколько дней такой диеты, он начнёт думать только о пище, мысли притупятся, и он станет управляемым как агнец. Действительно, спустя несколько
