— Да уж, виртуальная еда не насыщает. Но и растолстеть от нее нельзя.
— Угу.
Оля проглотила последний кусок, приказала появиться мусорной корзине, выбросила в нее жирную упаковку, и откинулась на жесткую спинку скамейки.
— Давай вернемся домой, я хочу тебе кое-что показать, только сначала запомни время, твои часы показывают, сколько мы здесь пробыли.
Оля перевела взгляд на модные золотые часы на левой руке.
— Десять минут сорок секунд.
— Хорошо, возвращайся.
— Прыг — Скок!
На сей раз уже Нью-Йорк сложился калейдоскопом перед ее глазами, и вот Ольга снова сидит посреди гостиной.
— Засеки время, — попросила няня.
Имплантированные часы показывают точное время, на лице девочки застывает удивление.
— Мы ушли в Нью-Йорк в 21:15:03. Там провели больше десяти минут, шестьсот сорок три секунды, а здесь на часах всего 21:15:10. Ничего себе, у этой машины функция сжатия времени в стократном масштабе? Я думала, что на гражданских моделях такая опция недоступна, максимум, что они могут это пятикратное сжатие, — Ольга с нескрываемым одобрением оглядывает новую игрушку.
— Ну, я же говорила про расширенные возможности прототипа? Машина специально подогнана под Измененного оператора, то есть для тебя, обычному пользователю данная опция недоступна. Расширенный нейроинтерфейс обеспечивает функцию стократного сжатия временного потока, при сохранении всех основных чувств. Удобно, правда?
— Еще бы, я могу провести внутри десять часов, делая абсолютно все, что захочу, а здесь пройдет всего шесть минут. И это наверняка не придел, уверена, что смогу разогнать машину до двухсоткратного сжатия, а может и больше. Арина, давай еще раз. Куда бы отправится…о, придумала — в Мексику! Давай в Мексику. Прыг — Скок!
Плоская вершина Пирамиды Солнца абсолютно пустынна, ни туристы, ни местные жители не мешали двум дамам наслаждаться видами древнего заброшенного города Теотиуакан. Теплый ветерок приятно щекотал и развевал волосы девочки, от массивных каменных блоков исходил жар, няня, смеясь, брызнула на Олю водой из бутылочки. Короткий момент освежающего блаженства, а потом опять жара.
На Оле наимоднейшие солнцезащитные очки, легкие сандалии, тонкий клетчатый сарафан и соломенная шляпка с цветком — машина могла экипировать пользователя согласно заданному месту, и, по всей видимости, у нее хороший вкус. В руке девочка держала бутылочку минералки, и время от времени умывала лицо, хотя от полуденного солнца это помогало слабо.
— Арина, я немного прикручу жару, не возражаешь?
— Ты капитан, командуй.
Няня одета в легкий брючный костюм, соорудив замысловатую прическу вместо привычной зеленой шляпы. Арина наблюдала, как перед Ольгой повис в воздухе термометр, и девочка уменьшила окружающую температуру на восемь градусов, повысила влажность, а потом запустила легкий океанский бриз.
— Вот так намного лучше. Где это мы?
— Теотиуакан. Этот город построен, пережил свой расцвет и был заброшен еще до прихода сюда ацтеков. Посмотри на правильную прямоугольно-сетчатую планировку города, на строгие параллели и перпендикуляры улиц, 18 пирамид в центре! Строители города даже создали специальный обводной канал и тем самым изменили русло реки. Уже потом, когда город был заброшен, его заново открыли ацтеки. Они искали земли, где нет зла, в итоге пришли в этот город и назвали его Теотиуакан, в переводе «Место, где обитают боги» или «Место, где человек становится богом». Такова история.
— А кто же тогда построил город?
— Предположительно майя, еще более древняя цивилизация, чем ацтеки. Причина того, почему они ушли из города, до сих пор неизвестна.
Няня продолжала рассказывать, все более и более завораживая воображение ученицы. Они вошли в храм верховного божества природы Кетцелькоатля, любуясь великолепной резьбой по дереву и камню. Затем не спеша прогулялись по улице Мертвых, и дошли до Пирамиды Луны. Оля оглядывала окрестности, делая снимки при помощи старомодного пленочного фотоаппарата с длинным объективом, который обнаружила у себя в сумочке.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Послушай, мы же в Мексике, а где же тогда кактусы? Кактус, пожалуйста.
Из твердой земли у их ног поднялся высокий зеленый кактус, напоминающий огромный трезубец. Оля обошла его кругом, оглядывая плоды и мелкие колючки, принюхиваясь к чудному, странному запаху, подошла к толстому стволу и попробовала дотронуться до иголки, но боли не почувствовала, вообще никакого контакта. Хотя колючка явно воткнулась в палец.
— Болевые ощущения полностью блокированы, но передача всех остальных чувств на самом высоком уровне, жара, влажность и ветер ничем неотличимы от настоящих. Ловко сделано…
— Для твоей же безопасности. Симулятор предлагает тебе возможность испытать множество ощущений всеми органами чувств, но только до определенных пределов. Чувство тепла или прохлады, ощущение легкого голода или усталости при пешей прогулке, запахи, цвета, прикосновения и прочее. Но ничего такого, чтобы могло навредить. Солнечное тепло без ожогов, холодный ветер без обморожения, прикосновение к иглам или углям без боли, вкус изысканных блюд без пищевых отравлений и ожирения, но и без насыщения соответственно. Для туристической машины и игрового симулятора это самый удачный подход. Если настройку изменить, то такая машина из развлекательного центра может легко превратиться в опасный инструмент в недобрых руках. Пользуйся ее с умом, трезвая голова на плечах незаменима и в виртуальной реальности.
Девочка кивнула в знак полного согласия, она отлично знает, как легко можно превратить такой развлекательный симулятор в камеру пыток, достаточно лишь слегка поколдовать с настройками. Есть и еще одна угроза, не столь явная, но не менее опасная.
Ольга наслышана, что на Земле в данный момент процветает особый вид наркомании, когда человек попадает в зависимость от виртуальных стимуляторов, подобных тому, что подарили ей в честь запуска завода. Так было и раньше, когда многие находили смысл своего существования в искусственных мирах, стараясь полностью забыть о мире реальном: скучном, сером, и предназначенным только для того, чтобы заработать денег и продлить всеми силами виртуальное блаженство. Пропуск в матрицу означал для таких несчастных вход в райские врата, а выход из нее был равносилен изгнанию в ад. И чтобы избежать изгнания из рукотворного Царства Небесного, многие добровольно отказывались от своих старых тел, навсегда уходя в матрицу.
Но потом в широком доступе появилась технология сжатия временного потока, ранее доступная только для Измененных, и ситуация изменилась, ибо виртуального рая стало в разы больше реальной действительности. Теперь же, когда в продаже появятся машины, способные на стократное сжатие времени, виртуальная зависимость только укрепится, ведь в отказе от тел больше не будет необходимости. Еще бы, думала Ольга, моя машина позволит провести год в глубине своих самых потаенных мечтаний и фантазий, а в реальном времени пройдет всего трое с половиной суток. А дальше? Возможность сжатия виртуального времени будет только нарастать, и скоро можно будет за один день реальной жизни прожить тысячелетия в матрице. И это не предел: ей представились миллионы лет и целые геологические эпохи, сжатые в часы и минуты.
А потом за одну секунду можно будет провести в виртуальном раю дольше, чем прошло с момента Большого Взрыва. Интересно, какой мозг это выдержит, и что станет с ним по возвращении?
Арина опасается, что ее талантливая ученица впадет в такую зависимость? Нет, она уверена в разуме Ольги, в конце концов, среди Измененных виртуальных наркоманов почти не бывает. Новые, недоступные ранее способности, постоянное прямое подключение к матрице и привычка к сжатому времени были с ней с самого детства и выработали устойчивый иммунитет к соблазнам цифрового бытия. Фактически всю свою жизнь Ольга пребывает в двух мирах одновременно, гармонично сочетая реальность и виртуальность, превращая страхи и угрозы в новые возможности. И она не забудет об окружающем ее мире и времени, подменив их иллюзией, поскольку у нее есть то, чего всегда были лишены богатые бездельники, ищущие спасения в выдуманной реальности — у нее есть дело, есть смысл существования. Так что, все будет в порядке.
