Усама бен Ладен, со своей стороны, тоже делает все, чтобы расшевелить совесть и верных своих сторонников, и колеблющихся; искусно смешивая всё в одну кучу, он старается представить всех мусульман жертвами некой международной коалиции:
«Мы, я и моя группа, также страдали от несправедливости. Нам не давали обращаться к мусульманам. Нас преследовали в Пакистане, в Судане и в Афганистане, где я так давно не был. Милостью Аллаха, сейчас у нас есть надежная база высоко в горах Гиндукуша, в Хорасане, где — милостью Аллаха — была сокрушена самая большая в мире армия неверных. Миф о сверхдержаве развеялся, когда муджахиды грянули «Аллах акбар» (Аллах велик). Сегодня, в тех же горах, мы работаем над тем, чтобы устранить несправедливость, которую чинит мусульманскому сообществу альянс христиан и сионистов, особенно после оккупации благословенной земли Иерусалима, дороги, по которой шел Пророк (благослови и спаси его Аллах), обоих Святых мест. Мы просим Аллаха, всемилостивого и всемогущего, даровать нам победу». Затем бен Ладен делает недвусмысленное заключение:
«В этих условиях преследовать врага за пределами страны — наш первейший долг».
Проиллюстрировав сказанное ссылками на историю мусульманского мира и многочисленных героев, уже проливших свою кровь в борьбе против неверных, Усама бен Ладен прямо обращается к американцам:
«Молодые люди, которых вы называете трусами, соревнуются друг с другом за право сражаться с вами и убивать вас. Послушайте, что говорит один из них: «Армия христиан обратилась в прах, когда мы вместе с отважной исламской молодежью, не страшащейся опасности, взорвали Аль-Хобар[76]... «Эти молодые люди в Афганистане более десяти лет носили оружие за плечами; они дали обет Аллаху, пока живы, не выпускать оружие из рук до тех пор, пока вы — по воле Аллаха — не будете изгнаны, сокрушены и унижены».
В том же документе, воспринятом боевиками Братства бен Ладена как официальное объявление войны, бывший подданный Саудовской Аравии призывает мусульман сохранять единство и не развязывать гражданских войн в Саудовской Аравии или где-либо еще в арабском мире; не давать врагу ввести себя в заблуждение, не ставить под удар нефтепромышленные инфраструктуры полуострова — основу развития арабского мира, а вести экономическую войну против американских интересов, требуя от женщин бойкотировать товары с надписью «made in USA».
Спутниковый телефон лидера панисламского дела, беспрерывно рождающего и передающего тексты антиамериканских, антисаудовских и осуждающих западный мир в целом речей, работает в полную силу; «покровители» бен Ладена даже делают ему замечание, что он рискует дать себя засечь: американские военные системы наведения по излучению его телефонного чемоданчика без труда могут определить местонахождение беглеца с точностью до метра и отправить в цель ракету. Так продолжается до 20 августа 1998 г., когда один из лагерей Усамы бен Ладена в районе Хоста подвергается бомбардировке. Залп «Томагавков» минует главную цель — миллиардера-террориста — дело ограничивается в основном материальным ущербом. Сразу после налета на волнах одной радиостанции и по спутниковому телефону звучит голос бен Ладена:
«Хвала Аллаху, я жив...»
В результате этого нападения Усама бен Ладен, по совету дружески расположенных к нему агентов пакистанской разведки, перешел на более безопасный способ связи с помощью... ручных соколов, снабженных радиопередатчиками. Благодаря 34-сантиметровой антенне эти хищные птицы, которых обычно дрессируют для охоты, становятся вестниками, несущими радиопослания агентам бен Ладена на земле. Обнаружить этот трюк позволила поимка одного из пернатых гонцов.
По словам американцев, рейд 20 августа 1998 г. имел целью не убить Усаму бен Ладена, а лишь нанести материальный ущерб террористам. Для США это щекотливый вопрос, поскольку их директива 12333 запрещает государственным служащим совершать убийства или хотя бы участвовать в заговоре с целью убийства. Американцы отрицают, что хотели уничтожить Усаму бен Ладена. Объект в Хосте был известен по данным разведки как учебный и жилой комплекс, служащий для подготовки террористических актов против США. По некоторым сведениям, поступившим от перебежчиков из Братства бен Ладена, в тот период личный состав упомянутой базы значительно увеличился, что свидетельствовало о наращивании сил, которое можно было объяснить лишь подготовкой очередной операции. Короче, Соединенные Штаты ни о чем не жалеют, и министр обороны США Уильям Коэн 23 августа 1998 г. заявил прессе:
«Возможны и другие удары».
После этого рейда американское правительство, между прочим, проинформировало гуманитарные неправительственные организации, что возобновлять их деятельность в Афганистане было бы неблагоразумно. В тексте недвусмысленно заявляется: «Вашингтон предупреждает иностранных граждан, имеющих намерение вернуться в Афганистан, что, по имеющейся информации, Усама бен Ладен постоянно находится в Афганистане и активно действует. С точки зрения Вашингтона, это может представлять опасность для жизни тех иностранных граждан, которые хотят возобновить свою работу в Афганистане. Вашингтон оставляет за собой право нанести удар по любому месту в Афганистане, где могут скрываться террористы. Вашингтон ставит в известность ООН и иностранных граждан, желающих вернуться в Афганистан, что предупредить их и срочно эвакуировать будет невозможно».
В этот период Усаму бен Ладена неоднократно видят в машине «вождя правоверных» муллы Мохаммеда Омара, ставшего не просто духовным вождем, а человеком номер один афганского режима. Покинув резиденцию в Джелалабаде и окончательно поселившись в Кандагаре, бен Ладен якобы просто пожелал сойтись поближе с глубоко уважаемым им духовным лидером. По другим сведениям, в действительности он заключил с талибами сделку, купив их покровительство за пятьдесят миллионов долларов. Он попеременно пребывает то в Кандагаре, то в тайных жилищах в местностях Хорасан и Зара-аль-Гиндукуш. По словам Милтона Бэрдена, бывшего резидента ЦРУ в Афганистане, это хамелеон, сливающийся с окружающим фоном; неуловимый, он может, как иголка в стоге сена, прятаться в какой-нибудь пещере в горах или преспокойно жить, например, в Корнахе, к юго-западу от разрушенного американскими ракетами лагеря, в доме с саманными стенами более трех метров толщиной, внутренний интерьер которого не посрамил бы и Беверли-Хиллс.
В марте 1997 г. кочевник поселяется в окрестностях Джелалабада. Его база носит название «Наджам уль-джихад» — «Звезда священной войны». Имеется у бен Ладена и убежище, оборудованное в пещерах близ Джелалабада: три скудно обставленных комнаты, охраняемых несколькими сотнями человек; среди них группа алжирских фундаменталистов, знакомых с техникой ведения химической войны и служащих в его личной охране[77].
Эта пещера в конце туннеля, выходящего в ущелье, по дну которого проложена узкая дорога, стиснутая со всех сторон скалами, — всего лишь укрытие, неприступное, без особых удобств, но, тем не менее, оборудованное портативными компьютерами и спутниковой телефонной связью, не говоря уже о прекрасной библиотеке исламской литературы, которой беглец особенно гордится.
Мулла Омар и Усама бен Ладен очень близки. Еще совсем недавно их связывала «красная» телефонная линия; номер Усамы бен Ладена был: 925-12-53-06. Бывший подданный Саудовской Аравии всегда был щедр с афганским лидером: например, он купил в Кандагаре дом для его трех жен и четырех детей. Он оказывал ему и политическую поддержку, финансируя ряд проектов, которые будут записаны талибам в актив: строительство оросительного канала в провинции Хельманд, электрификацию и водоснабжение Кандагара. Взамен Усама бен Ладен всегда пользовался свободой передвижений, переезжая из одной резиденции в другую — то в лагерь Ришкор в восемнадцати километрах к югу от Кабула, то в лагерь Хост, то в дом по соседству с отелем «Интерконтинент» в Кабуле.
У бен Ладена завязались также дружеские отношения с другими религиозными организациями региона, имеющими своих представителей в Кабуле или Джелалабаде. Он поддерживает тесные контакты с фундаменталистской пакистанской организацией «Аль-Бадр» и с боевиками из «Таблиг» (индо-пакистанской исламской ассоциации прозелитов), которую щедро финансирует. Таблиги для него — козырь, которым никак нельзя пренебрегать; дело в том, что у них есть два религиозных учреждения недалеко от азербайджанской столицы Баку. Одним ведает сомалиец с двумя йеменцами и гражданином Саудовской Аравии в качестве помощников, вторым полностью управляют йеменцы. Оба центра готовят проповедников для работы в Чечне и Дагестане, в делах которых Усама бен Ладен начинает принимать участие. Эти представительства «Таблиг» служат также для связи с другими исламистскими организациями, в частности, с теми, которые переправляют к чеченским боевикам муджахидов для ведения джихада[78].
