Усама бен Ладен ухитряется тем или иным образом принимать гостей и передвигаться, в том числе за пределами афганской территории, оставаясь неуловимым. Если верить «разоблачениям», по-видимому, представляющим собой дезинформацию, в апреле 1998 г. американская диверсионная группа проникла в Афганистан из Пешавара с целью уничтожить бен Ладена в Кандагаре. Заговор, как говорят приближенные бен Ладена, «по счастью, раскрыли агенты бывшей ХАД» — афганской секретной службы, в настоящее время переметнувшиеся к талибам. Эти слухи о тщательно спланированной помощи США заполонили сайты Интернета, открытые, несомненно, по наущению и на деньги самого бен Ладена. Мятежник, находясь в горах, заботливо поддерживает свой образ мученика...
В феврале 1999 г., после ареста ряда исламистов, в частности в Египте, его соратник по джихаду аль-Завахири собирает активистов различных групп, близких бен Ладену, в лагере Салалабад, и в том же 1999 г. на афганской сцене сенсация — Усама бен Ладен исчез! Говорят, мятежник открыл еще одну секретную базу близ Джелалабада, в Фахимхаддахе, и в феврале покинул Кандагар вместе со своей свитой, но, по-видимому, без семьи. Внушительная бронированная колонна, пораженного в правах саудовца, проследовала через Нимруз, Фараханд, Бола-Блюк, Урузган и Баглан, а затем исчезла в горах. На этот раз Усама бен Ладен полностью ушел в подполье, и 21 июня 1999 г. мулла Абдель Хаи Мутмаэн признал, что Усама бен Ладен еще в Афганистане, но его передвижения властям неизвестны. На сегодняшний день наверняка известно лишь то, что человек, которого разыскивает весь мир, где-то в наиболее труднодоступном районе афганских гор построил замаскированную крепость с мощным вооружением... но не живет в ней. Кроме того, неоднократно видели, как он проезжает в сопровождении колонны, вооруженной «стингерами», и как перед каждым его передвижением в разные стороны уходят несколько одинаковых бронетранспортеров марки «Вайпер».
Несмотря на исключительные меры безопасности, Усама бен Ладен все же, несомненно, бывает ограничен в своих передвижениях — в силу разных политико-дипломатических обстоятельств. В ноябре 1998 г. его пригласили на исламскую конференцию в Пакистан, но Исламабад внес свои коррективы, дав понять, что приезд бен Ладена неуместен в свете предстоящего визита премьер-министра Пакистана Наваза Шарифа в Вашингтон. Усама бен Ладен вынужден был ограничиться тем, что направил участникам конференции из своего горного гнезда послание с выражением солидарности.
Исчез бен Ладен или нет, в глазах американского правительства и Совета безопасности ООН главные виновники в этом деле на сегодняшний день — неконтролируемые, независимые талибы, слишком долго дававшие убежище саудовцу. Шестого июля 1999 г. президент Клинтон наложил на Афганистан экономические санкции. Талибы отвечали уклончиво, как во всех своих заявлениях по поводу бен Ладена:
«Усама бен Ладен в Афганистане, но мы не знаем где...»
Упорное нежелание талибов выдать бен Ладена дало пищу всевозможным домыслам: одни считают, что бен Ладен — настоящий глава талибов и якобы доказал это, предложив свою дочь в жены мулле Омару. По мнению других, он просто платит за свою безопасность золотом и финансирует тайные лаборатории по переработке наркотиков, находящиеся в Афганистане.
Глава 7
Исламский легион
Если бен Ладен менее чем за десять лет стал одним из главных действующих лиц международной исламской войны, то это во многом из-за его безраздельного вовлечения в созидание того, что многие аналитики в конце концов назвали «исламским легионом»: армии, кажущейся секретной, у которой нет реального юридического статуса, тем более нет централизованного командования и единой системы финансирования, как у «Хезболлах», например. Именно в рядах этого исламского легиона, виртуального в организационном отношении, но реального на местности, Усама бен Ладен впервые взял в руки оружие. Понимая, почему и как зародился этот исламский легион, легче оценить личность Усамы бен Ладена и методы, которые он смог применить для распространения его влияния.
Двадцать седьмого декабря 1979 г. советские войска вошли в Афганистан, к недоумению всего западного мира, который не был свидетелем такой прямой агрессии со времени высадки в заливе Кочинос на Кубе почти за 20 лет до этого. Общественность недоумевала и возмущалась, но никто еще и не догадывался, что Москва, сама не подозревая об этом, подняла мусульманский мир на борьбу, которая не утихнет еще долгие годы. Вступление Советской армии в Кабул дало сигнал к началу широкомасштабной международной кампании вербовки муджахидов, по-братски сплотившихся в священной войне против безбожного угнетателя. Прямым следствием создания этих «исламских интернациональных бригад» стала неудача политики СССР, советские войска ушли из Афганистана, уступив место новому коммунистическому режиму Кабула и новой, другой форме хаоса или правления, столь же мало работающей на установление свобод, сколь мало тому способствовала советская оккупация.
С 1980 по 1990 г. эти боевики, приехавшие из разных мусульманских стран и тренировавшиеся на территории Пакистана под руководством лучших западных инструкторов (под флагом антикоммунизма), вели партизанскую войну против Советской армии. Их стали называть «арабскими афганцами» или просто «афганцами». Это название до сих пор пользуется уважением во всем мусульманском мире, включая Северную Африку, в частности в Алжире, а также и в мусульманских общинах Парижа и всей Франции. В те времена советское вторжение квалифицировалось как неприемлемое, а муджахиды повсеместно назывались бойцами сопротивления или «борцами за свободу». Никто даже и не думал записывать порабощение афганцев в актив «позитивных итогов развития социализма», которыми так гордилась Коммунистическая партия Франции.
Но история идет вперед, и сегодня эти «арабские афганцы» расцениваются западными нациями во главе со США как самые неблагодарные ренегаты. Американское правительство не собирается их прощать за то, что «террористами» как таковыми они стали лишь после десяти лет совместной с американцами борьбы с общим врагом — Советским Союзом. Американцы, которые поддерживали афганское сопротивление в 1980-х гг., сейчас, сидя в тихих, дорого обставленных кабинетах на берегу Потомака, вдали от противопехотных мин и призывов муэззинов, считают, что их вчерашние партнеры намеренно оскорбляют звездно-полосатый флаг. Их горечь понятна и справедлива. С 1980 г. история деятельности муджахидов в Афганистане полна неожиданными решениями, предательством и ложью.
В 1980 г. было крайне сложно предвидеть, что сунниты, составлявшие в то время основные силы, мобилизованные для противостояния советским войскам и разделявшие с большинством западных стран ненависть к Москве до такой степени, что их воспринимали, как «хороших мусульман», смогут так измениться и в конце концов объявят джихад против Запада. В действительности же, если боевики и хранили кому-либо верность, то только самим себе. Конечно, Соединенным Штатам очень трудно проглотить такую пилюлю, ведь Вашингтон не считал деньги, оказывая им помощь.
Эти муджахиды, которых Америка сейчас упрекает в короткой памяти или в отсутствии политического постоянства, были ли они идеалистами или оппортунистами? Вероятно, и теми и другими, но по мере того, как ситуация становилась все радикальнее, идеализация их образа сходила на нет.
Большинство мусульман, вставших на сторону афганцев, воевавших против Советской армии, были искренни. Много было и таких, кто смело заплатил за участие в конфликте жизнью; но несколько сотен или тысяч вступили в борьбу лишь затем, чтобы скрыться от служб безопасности своих стран, которые только и ждали возможности арестовать их за терроризм. На чем бы ни основывались подобные обвинения, в то время в большинстве мусульманских стран молчаливо признавалось, что участие в джихаде против советских войск смоет грехи прошлого и даже оправдает за совершение подрывных действий. Муджахид, таким образом, мог получить амнистию, а иногда и снискать славу своей семье, если погибал на поле сражения. По иронии судьбы, это те самые боевики, которые сейчас ведут, прибегая к террористическим актам, борьбу против Запада, укрывшись в Афганистане или Пакистане.
В отличие от палестинских организаций 1970-х и 1980-х гг. боевики, воюющие в Афганистане, не пользуются поддержкой каких-либо государств. К тому же их связывает только прошлое: тренировочные лагеря в Пакистане и Афганистане, а также одинаковая идеология и привычка считать себя братьями по оружию, на долю которых выпали сложные испытания. Чтобы понять судьбу и путь этих боевиков, нужно вернуться в 1980 г., к тому моменту, когда афганский народ самоорганизовывался, чтобы противостоять вторжению.
