— О, Пра—Матерь, да что может быть проще светляка…
— Здравствуй бретёр. Учить тебя практически нечему, так мелочи, которые бы ты приобрёл на практике, но для очистки совести, повторим ка мы школьный курс, время слава Матери и магистру, у нас есть целая вечность….
Проснулся я от того, что выпал из кресла, и первым делом, несмотря на жуткую боль в мышцах и голове, зажёг светляка. Маленькое солнышко загорелось над столом, по яркости не уступающее Пра—Матери. Но не это меня интересовало, а простота совмещения стихий. В данном случае ключ–схема огня, накрывалась ключ–схемой воздуха, к обоим ОДНОВРЕМЕННО подносилось Пламя, и вспыхнувший огонь тут же охватывал смерчик воздуха. Закручивал огонь в шар, и в зависимости от величины силы прикладываемого Пламени, воздух нагнетался вовнутрь шарика, температура которого поднималась, от этого зависела сила освещения. Ну и от величины светляка конечно.
— Совмещение! Неужели всё так просто? Надо попробовать Огонь и землю. А с чем можно смешать Воду? Толька с Воздухом. Сформировать нехилое такое облако, кучево — дождевое с отсроченным заклинанием и раз! Над лагерем врага из него упали тысячи ледяных стрел. Амбец с песцом в одном флаконе. А если запустить самум над пустыней ? Да загрузить его песком? Да разгрузить его в том же лагере, но в виде шариков кремния с кулак величиной? Тоже самое, что с о льдом, но вид с боку. Ооо, какой я кровожадный? А тоже же, но в мирных целях? Надо поинтересоваться, может это всё у них есть, и я зря ломаю себе голову?
Кстати о голове. Матерь, дай мне силы доползти до сумки. Вчера наставник, обрадованный возможности отшлифовать драгоценный камень мастерства, доставшийся по недоразумению такому хиляку как я, оторвался на мне по полной программе. То, что я вновь оказался на первом курсе школы, это пол беды, то, что я дважды сражался в финале и в одном всё таки победил, тоже не вся беда, я прошёл курс обучения по каждой школе. Ещё четырёх герцогств. И уж поверьте мне на слово, после школы Орж, остальные школы были сущим баловством. Нет! Недаром все высшие командные должности в армии, занимали Оржи. Впрочем, и на остальных постах их было превеликое множество.
Наконец! Лицо скривилось под воздействием очередной зелёной пилюли. Полчаса я героически терпел эту кислую хрень во рту, и наконец, позволил себе прополоскать рот глотком полусладкого вина. Разделся, забрёл в воду, намылился, и с удовольствием нырнул в глубину, смывая с себя пот и грязь, усталость и сон. Вылез из воды обтёрся, одел свежее бельё присел в кресло подставляя тело тёплому утреннему солнцу.
Провёл машинально ладонью по лицу, пальцами ощутил недельную щетину, решил побриться. Достал принадлежности, зеркало. Всмотрелся в отражение, не сказать, что я не узнал сам себя, вполне узнаваемые черты лица, но что–то всё же изменилось. Цвет глаз стал ярче, чёрные, с синевой волосы, седая прядь, волосы отрасли настолько, что я без труда их перехватил первой попавшейся лентой. Всю жизнь мечтал о хвосте на затылке, сбылась мечта идиота.
Мой рост и раньше был под два метра, вернее метр восемьдесят семь, к сорока пяти я несколько погрузнел, но нынешняя недельная диета, и виртуальные физические нагрузки в фехтовальных школах привели моё тело к идеальному балансу веса и роста. Взбил пену и намылился, передо мной был выбор, или бриться местной бритвой, представлявшей из себя небольшой нож с округлённым концом или попытаться побриться одним из моих скальпелей со сменным лезвием из половинок бритвенных лезвий. Я выбрал первый вариант, ибо до моего Жиллета, было хрен знает, сколько вёрст и веков, а здесь надо привыкать к местному инструментарию.
Что сказать, пару порезов и одной царапиной спустя, я посчитал себя побритым, смыл с себя остатки пены, царапины и порезы слегка саднили и кровили, поэтому я подставил лицо ласковому ветерку и солнцу в надежде на то, что природа лучший врачеватель. Осталось собраться, и отчалить, что я с удовольствием и сделал. Я по натуре был лёгким на подъём человеком, а теперь, когда цели были определены, а я более или менее подготовлен, решительно шагнул навстречу приключениям. Огляделся, проверил всё ли на месте, кошельки, сумки, плащи, оружие и береты поверженных врагов, свёрток с оружием предка, мешки с провизией, всё оказалось в лодке. Не оглядываясь назад, оттолкнул её от берега, ещё раз оттолкнувшись веслом от дна, выплыл на течение, которое подхватил мой кораблик и понесло.
От избытка сил и впечатлений я запел «Плот» Лозы. Голос оказался на удивление чувственным, и песня пролилась над рекой, удивительно гармонируя с окружающей природой.
На маленьком плотуСквозь бури дождь и грозы,Взяв только сны и грёзыИ детскую мечту,Я тихо уплывуЛишь в дом проникнет полночь,Чтоб рифмами наполнитьМир, в котором я живу.Ну и пустьБудет нелёгким мой путь,Тянут ко дну боль и грусть,Прежних ошибок груз.Но мой плот,Свитый из песен и слов,Всем моим бедам назлоВовсе не так уж плох!Я не от тех бегуКто беды мне пророчит -Им и теплей и прощеНа твёрдом берегу.Им не дано понять -Что вдруг со мною стало,Что вдаль меня позвало,Успокоит что меня.Нить в прошлое порвуИ, дальше будь что будет -Из монотонных буднейЯ тихо уплыву.На маленьком плоту,Лишь в дом проникнет полночь,Мир, новых красок полный,Я, быть может, обрету.
Кончилась песня, на душе было спокойно, река тащила лодку довольно быстро, напрягаться и грести вёслами, необходимости не было. Я же, в промежутках между чтением энциклопедии, экспериментировал с магией. «Торпедировал» плывущие параллельно со мной коряги смытые потоками воды бог знает где, или подозрительные как мне казалось кусты.
Как оказалось, этому тоже надо было учиться ибо «торпеды» не самонаводились, после запуска они двигались в направлении цели, но на их траекторию влияли внешние факторы, волны, течение, столкновение с другими корягами. Поэтому приходилось варьировать силами, то есть придавать больше скорость, или больше массы, или того и другого вместе. Когда надоели «торпеды», нашел в справочнике, схему–ключ тумана, разница между облаком и туманом была в температуре нижнего пограничного слоя воздушно–капельной смеси. Чуть приподымаешь температуру, и облако поднимается в небеса, понизишь, и оно стелется над землёй. Зажжешь в центре облачка светлячок, наступает удивительная реакция, вокруг светлячка начинает закручиваться вихрь, потихоньку, помаленьку он превращается в маленькое торнадо, опускает хоботок в воду и вот уже облачко до недавнего времени летящей над лодкой белой овечкой, превращалось в тёмного монстрика хватающего с поверхности воды всё что попадётся. Жестом, отсылал «монстрика» в ближайшее дерево, где запутавшись в ветвях тучка истощала свою силу и лопнув как пузырь проливалась на землю шумным водопадом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
