Читаем без скачивания Топот бессмертных - Илья Тё

– Я пуст! – истошно заорал теннисист. – Дайте еще гранаты!

– Не спасет, валим! Валим отсюда быстрее! – выкрикнул сталкер, прикидывая дальнейшее, весьма печальное развитие событий. – Останемся – сдохнем! Побежим толпой – сдохнем! Выход один: валим врассыпную. Каждый за себя! Валим, мать вашу!!!

Он уже хотел развернуться и, так сказать, примером показать образец ретирации, как жуткий треск, заглушивший все остальные звуки, заставил его вжаться в землю. Рядом громыхнула дьявольская трещотка. Отряд инстинктивно пригнулся, кто-то свалился навзничь, кто-то вжал в плечи голову. Затем все обернулись на звук.

За их спинами, на вершине, во весь немаленький рост возвышался американец. Ковбой стоял в своей обожаемой шляпе, сжимая в руках нечто невообразимое. Как только началась атака мутантов, все забыли о существовании Билла, ползущего меж аномалиями узким коридором. Между тем, пока остальные угарали в войнушку, тот пропахивал опасную дистанцию брюхом. Встал, расстегнул рюкзак и извлек то, что тащил с таким ослиным упорством.

Это была эксклюзивная компактная версия культового многоствольного пулемета М134 «Minigun». Сделанный под заказ «Minigun» отличался от своего армейского прототипа размерами и внешним видом корпуса. Но в его эффективности сомневаться не приходилось.

Приняв упор, ковбой поднял адского жеребца двумя ручищами и, сдерживая массивное чудовище, словно брыкающегося быка, открыл кинжальный огонь, одновременно что-то радостно выкрикивая во всю глотку!

Что именно кричал американец, было невозможно разобрать. Но по шевелящимся губам сталкер уловил сумасшедшее «Yoo-hoo!!!» вместе со скупым, отборным английским матом. За считанные секунды весь склон холма был взрыхлен и засеян пулями. Почва щедро удобрилась взлохмаченной плотью мутантов и раскаленным свинцом…

Когда жуткий грохот наконец стих, шесть дымящихся раскаленных стволов плавно остановились. Наступила полная, почти абсолютная тишина. Сквозь нее и сквозь отголоски звона, еще гремевшего, казалось, в человеческих ушах, доносился слабый скулеж недобитых тварей, конвульсивно дергавшихся среди неподвижных тушек, покрывших настоящим ковром склоны проклятого холма. Эти звуки, еле слышные, почти неразличимые, внезапно вдребезги разбил голос американца. Его ор добавил в картину бойни последний штрих сюрреализма – жирный, нанесенный словно широким мазком. Билл стоял, вытянувшись в струну, на горе стреляных гильз и хриплым басом выводил строки, знакомые сталкеру до зубной боли по дешевым видеофильмам:

America! America!God shed His grace on thee,And crown thy good with brotherhoodFrom sea to shining sea!

Тот факт, что ковбой не свихнулся, подтверждало его дальнейшее поведение, вполне вменяемое, на некоторый непридирчивый взгляд. Однако во время хриплого пения нормальным человеком назвать Билла не решился бы никто. С некоторой паузой и поначалу сильным недоумением к пению ковбоя подключились оба американца. После пары строк они втянулись. Лица засияли подлинным счастьем, задором и вообще тем трепетным патриотическим чувством, в котором его понимают американцы. Японец и сталкер невольно переглянулись. Нация нацией, понимашь, но американскую версию патриотизма спутать с чем-то было невозможно.

– Приятель, патроны-то у тебя остались? – почти без всякого выражения спросил проводник, обращаясь к Биллу, дослушав до конца гимна. Что и говорить, свинцовая симфония была славная, однако боезапас американца наверняка стремился к нулю после подобной, чисто «штатовской», на взгляд сталкера, демонстрации силы. Русский или тем паче китайский зоноходец так патроном не швырялся. Пулька, она ведь копейку стоит. Мутанта следует мочить дешевле.

– Судя по весу, осталось секунд на десять, если на «четвертом» темпе стрельбы. И секунд на двадцать, если на двухтысячнике, – ответил ковбой гордо, потрусив рюкзак с боезапасом.

– Тогда вариант отпадает, – задумчиво протянул сталкер и, взяв в руки бинокль, принялся наслаждаться пейзажем.

– Какой еще вариант? – спросил один из японцев.

– Мой прибор откликнулся. Первый раз за все время, – так же задумчиво произнес проводник, продолжая внимательно изучать окрестности посредством оптики. – Эвон, гляньте. Один из проходов, оказывается, прямо перед нами. Да, внизу, в карстовых пещерах, откуда на нас мутанты перли. Кто-то желает воспользоваться этим проходом?.. Вот я и говорю, вариант отпадает. Просто с пулеметом мы могли бы пройти сквозь мутантов в черную дыру. Попытаться, во всяком случае.

– Тогда каков план? – подал голос латиноамериканец.

– Примитивный. – Сталкер высмотрел наконец то, что искал, в бинокль и указал направление. – К юго-востоку от холма вижу старую асфальтовую дорогу. Состояние так себе, но пройти можно. Думаю, топаем по ней. Дорога выведет к ближайшему населенному пункту. Там заночуем. Надо лишь молиться, чтобы успели до темноты, приятель.

Закинув бинокль в чехол, проводник перебросил за спину автомат, взял рогатку и молча потопал в указанном направлении. Ведомые засуетились и цепочкой двинулись за ним. К немалому удивлению сталкера, дальше по пути следования отряда пространство оказалось чистым, словно Зона устала развлекать незваных гостей своим специфическим чувством юмора. Ни аномальных зон, ни мутантов. И все шли молча, нервно зыркали по сторонам, ожидая подвоха от этой неспокойной кумушки. Довольный и расслабленный, почти вразвалочку, топал лишь старина Билл. Он тихо насвистывал мелодию своей скромной песенки.

– Вас не смущает то, как нападали мутанты? – нарушил молчание ниндзя, обращаясь к сталкеру. – Я имею в виду их появление из дыры в земле. А также разнообразие видов и количество нападавших. Я никогда не думал, что собаковидные гиены могут соседствовать в одном подземелье с паукообразными существами. Это противоречит всякой логике, нет?

– Показалась ли мне странной атака мутантов? – Проводник нервно хохотнул. – Мягко сказано, товарищ самурай. Гребаные странности начались, как только мы пересекли границу периметра. И кажется, у меня все-таки есть пара идей, как объяснить всю происходящую хрень. Как тебе сказать-то? Понимаешь, считается, что Зона не просто засранная радиацией и аномалиями территория. Очень многие верят, что она разумная, живая. Причем верят не только сталкеры, погранцы и местные барыги. Но и маститые ученые. Да ты сам, наверное, слыхал… Раньше для меня это было нечто вроде суеверия, которое ни доказать, ни проверить нельзя. Не верить страшно, а поверить стремно. Однако… факт разумного вмешательства во время последнего нападения мутантов, он, в общем, налицо, согласен? Думаю, в карстовых пещерах сработала аномалия «портал». Именно он и перенес тварей-тварюшек нам в гости. Аномалии, выстроенные в лабиринт, опять же не норма. Невозможно это с точки зрения неразумной природы, ясно ведь? Опять же в одной толпе на нас перли разношерстные мутанты. А ведь мирно они друг с другом в Зоне не живут. Все это ее рук дело. Ее Величества Зоны, приятель… А вообще хрен знает! Такое ощущение, что инопланетяне после Посещения смылись не все. Кто-то, видать, остался. Кто-то, млять, невидимый и загадочный…

– Как некий старый языческий бог? – Ниндзя перебил размышления сталкера.

– Можно и так сказать, ежли по трезвой.

– Значит, все верно… – Японец оборвал беседу и дальше уже следовал молча.

Сталкер, который понял, что ведомый либо темнит, либо шизанулся, не стал лезть с расспросами. Благо среди гостей Зоны сдвиг по фазе считался явлением распространенным. Бродяга мимоходом глянул на свой необычный компас и, не сдержавшись, замедлил шаг. Каменная стрелка, прежде хаотически болтавшаяся на игле под стеклом, ожила и дернулась, указав в сторону, куда сворачивал потресканный асфальтовый настил. Это был радостный факт, но сталкер, привыкший ко всему в жизни относиться философски-пофигистично и не строить глобальных планов, особой радости не почувствовал.

– Шире шаг, товарищи буржуи! – крикнул он ведомым. – Скоро каждый из нас получит что хотел. Или сдохнет!

Пилюля четвертая

Все пудет карашо

Зри в корень.

Именно туда.

После обнаружения замечательной находки на дне оврага требовалось некоторое время, чтобы собраться с мыслями. Невиданных ластоногих тварей отогнали выстрелами. Потапова достали и осмотрели. Потом закопали. Мертвый сталкер был основательно изъеден, так что выяснять особую причину смерти надобности не возникло. Странным показалось лишь то, что его окоченевшие пальцы сжимали лоскут сетчатой ткани защитного костюма, как будто покойный перед смертью с кем-то боролся. И боролся сурово. Чтобы оторвать кусок даже от порядком взлохмаченного КЗС-а нужно сильно постараться. Странно, но в Зоне подобные костюмы популярностью не пользовались, и Саня не смог припомнить ни одного завсегдатая хотеля, который на себя хоть разок напялил эту неудобную хрень. У погранцов и подавно все эти рыбацкие одежки мирно гнили на складах. Значит, здесь был кто-то из «чужих».