Она шла по Милсон-стрит, разглядывая витрины, внимательно читая надписи на дверях и размышляя, какое заведение предпочесть. Самым большим магазином оказался «Ла Бель мод»; его владелица, мадам Маделена, тепло приветствовала Диану, когда та открыла дверь и вошла.
— Вас интересует что-то конкретное, мадемуазель?
— О, практически все! — Диана пришла в восторг от выставленных платьев. В магазине продавали также и обувь, веера и все другие необходимые предметы женского туалета. Она оглядывалась по сторонам, любуясь изящным французским интерьером, и тут увидела чудесное платье, самое красивое из тех, что ей приходилось когда-либо видеть. Она тут же решила, что умрет, если не получит его! Зеленое бархатное платье с вырезом сердечком, собранное в талии. Его классический покрой будет моден во все времена!
Диана представила себя при дворе Елизаветы в этом платье и жабо из перьев, разумеется. А как ей нравится его необычный нефритовый цвет!
— Зеленое платье — не могла бы я его примерить?
Маделена провела ее в примерочную и помогла снять безвкусное розовое дневное платье. Диане захотелось оправдаться перед модно одетой француженкой.
— Я не люблю пастельные тона. Предпочитаю яркие цвета: они лучше оттеняют мои волосы.
— Я согласна, зеленый вам очень пойдет. — Она изумленно уставилась на старомодный корсет. — И может быть, вам понадобится новый корсет, мадемуазель?
— Ох, нет, я ненавижу корсеты, но моя тетя настаивает, чтобы я носила эти ужасные штуки!
— Нет, вы меня неправильно поняли. Я имела в виду последнюю модель. Такие маленькие очаровательные корсеты, которые уменьшают вашу талию и слегка приподнимают грудь.
— Правда? Да, конечно, похоже, это будет на много лучше, чем то, что мне приходится носить.
— Bon![12] Как насчет цвета? Вы предпочитаете греховный или застенчивый?
Диана удивленно моргнула.
— Я всегда предпочитаю греховный!
Мадам Маделена вернулась, держа в руках алую пену кружев, и принялась расшнуровывать похожее на клетку сооружение, в которое была упакована Диана.
Леди Диана с облегчением вздохнула, когда ее грудная клетка освободилась из плена и груди приняли свою нормальную форму. Она надела новый корсет и с удивлением уставилась на себя в зеркале. Не может быть, неужели это она?! Красный полукорсет свел почти на нет ее талию, но грудь оставалась пышной. Она была поднята так высоко, что ее полукружья выступали из кружев самым соблазнительным образом.
Весело зазвенел дверной колокольчик.
— Извините меня, мадемуазель, я тотчас вернусь.
Диана, зачарованная собственным видом, едва расслышала ее. Она поворачивалась то в одну, то в другую сторону перед зеркалом. Даже ее ноги в шелковых чулках казались длиннее. Корсет не полностью охватывал ее ягодицы, а кончался как раз на изгибе, выставляя на обозрение ее льняные панталоны.
Диана выглядела и чувствовала себя порочной, как первородный грех, и это ее забавляло. Жаль, что никто не увидит такое потрясающее нижнее белье. Она ощущала себя больше женщиной, чем когда-либо, и ей хотелось, чтобы весь мир узнал, какой ослепительной стала новая леди Диана Давенпорт. «Интересно, а черного цвета они бывают?» — спросила она себя и тут же услышала, что рядом кто-то разговаривает.
— Марк, дорогой, я хочу померить это платье.
— Ради Бога, — ответил мужской голос.
Звук этого мужского голоса вырвал Диану из мира грез. Она узнала бы его где угодно! Низкий тембр заставлял мурашки бегать по ее спине, и это раздражало.
— Ах, мадемуазель, другая дама желает примерить это платье.
— Марк, только подумай, как пойдет этот зеленый цвет к моим волосам!.. — уговаривал сочный женский голос.
Диана очень разозлилась. Граф Батский уже обзавелся подружкой и покупает ей платья. Ну что же, совершенно очевидно, что ему не удастся купить этой проклятой женщине ее платье!
— Отговорите другую даму, вы об этом не пожалеете, — спокойно предложил Хардвик, как будто весь мир должен подчиняться ему.
Секунду Диана колебалась из-за своего дезабилье, затем лукавая улыбка тронула ее губы, а чертенок внутри снова пошел вразнос. Она распахнула дверь примерочной, вышла в зал и выдернула зеленое платье из загребущих рук рыжей дамы.
— О, как вы смеете! — взвизгнула Вивиан.
— Это платье мое, — величественно возвестила Диана.
Глаза Марка Хардвика сузились, а ноздри раздулись в чисто мужском восхищении этой потрясающей красоткой в соблазнительном красном корсете.
— Я буду спорить! — прошипела Вивиан.
— Вы можете спорить, пока не слезет краска с ваших волос, — решительно заявила Диана.
— Ты знаешь, кто это такой? — закричала Вивиан, брызгая слюной и показывая на своего спутника.
— Еще как знаю! — протянула Диана. — Мы с графом Батским — старые Противники. Кстати, а вы знаете, кто я такая?
— Нет, не знаю! — закричала Вивиан.
— Я, — заявила Диана с милой улыбкой, — владелица этого зеленого платья.
Мадам Маделена мудро молчала, не мешая двум собакам драться за одну кость.
Хардвик мрачно взирал на происходящее, хотя и он оценил юмор этой ситуации.
Вивиан обратилась к нему за поддержкой:
— Марк, сделай что-нибудь!
— Вместо этого зеленого я куплю тебе два платья, — предложил тот.
Леди Диана повернулась к рыжеволосой даме и доверительно посоветовала:
— Будьте осторожны, милорд зря денег не тратит.
Графу уже не было смешно, но он заметил озорной огонек в фиалковых глазах Дианы и понял, что она получает истинное удовольствие.
Графиня Белгрейвская резко повернулась и выплыла из магазина. Хардвик взял шляпу и трость, вынужденный последовать за ней.
— Мне очень жаль, что я испортила вам еще один вечер, милорд, — сладким голосом произнесла Диана.
Глава 6
— Здесь так много народу, что, клянусь, в Лондоне совсем пусто, — заявила Пруденс за завтраком.
Просматривая визитные карточки, Диана нашла среди них карточку Питера Хардвика. Но в ее памяти всплыло лицо не Питера, а его брата — графа. Вчера в магазине он был готов ее придушить. Она дала ему возможность насмотреться на себя, и он этой возможностью воспользовался. Диана знала, что затмила бывшую с ним уже не слишком молодую женщину.
— Питер очень расстроился, что не застал тебя дома. Должна заметить, Диана, что твое поведение меня огорчило. Приличная леди не станет бродить одна даже по такому пешеходному городу, как Бат.
Диана быстро сменила тему. Она сознавала, что Пруденс не даст ей продохнуть, если она что-нибудь не придумает.
— Пруденс, вот что я подумала. Почему бы мне не поискать для тебя эту чудесную штуку, которую они называют батским креслом? Тогда бы я могла возить тебя повсюду, и тебе не пришлось бы ходить.
