– Райсэн, ты же сам говорил, что нам нужны союзники, – нахмурив брови, продолжил зиалец.
А молодец. В тебе умер актёрский талант, Трено. Вон какое лицо состроил, словно девчонка может его видеть сквозь дверь.
– Не хочу её вовлекать в наши дела.
– С чего это?
– Молоденькая ещё. Ей ещё жить да жить.
– Зирани тоже молодая.
– Пфф. Сравнил. Зи опытная воительница, да и старше её. А девчонка – обычная охотница. На вид ей всего восемнадцать. Наверно, и меч-то в руки никогда не брала.
«Ну, насчёт обычности ты загнул, – перешёл на мысленный разговор Трено. – Знаешь же, что необычная. У неё спящий дар к ваирагии. Тем более, к светлой ваирагии. А это уже много».
Тут я вынужден согласиться с братом. Светлая ваирагия – в первую очередь целительство и только потом – сила. В нашем отряде ею обладали двое: я и Трено. Третий – не будет лишним.
– Как бы там ни было, не стоит её брать в отряд, – продолжил я. – Слишком много опасностей у нас на пути. Девчонка может не выдержать.
Дверь резко распахнулась и с размаху ударилась об стену.
– По-вашему, я слабачка? – спросила стоявшая в проёме охотница. В руках она держала лук с натянутой стрелой, наконечник которой, подрагивая, смотрел в мою сторону.
Я усмехнулся и поднялся из воды, встав во весь рост. Девушка, увидев обнажённого меня, вмиг покраснела, став пунцовой, как сваренный в кипятке рак.
– Что же ты медлишь? – спросил я. – Стреляй. Хранители ведь вне закона. Ты ничем не рискуешь. Чёрные тебе даже спасибо скажут.
Вся краснота с её лица мгновенно исчезла. Злобно зарычав, она отпустила тетиву. Только стреле, ударившей в окружавший меня невидимый огненный щит, не суждено было поразить цель. Багряные всполохи в месте удара и многочисленные искры расцвели передо мной вспыхнувшим бутоном.
– Ненавижу чёрных! – прошипела она и опустила лук.
– Поэтому ты выстрелила? – спросил я и ехидно ухмыльнулся.
«Опустись ты уже в воду! Не заставляй девушку краснеть!»
«Она уже не краснеет, Трено», – ответил я, но всё же последовал совету друга.
– Ты что-то хотела? – уставившись на гостью, спросил я.
– Уже ничего! – огрызнулась та.
– Тогда закрой, пожалуйста, дверь. С той стороны. Мы, как видишь, заняты.
– Придурок!
Дверь за ней громко хлопнула так, что стены затряслись.
«Зачем нужно было её злить?»
«Проверял на эмоциональную устойчивость».
Трено фыркнул, брызнув сотней мелких капель.
«И каков приговор?»
«Зазнавшаяся и много о себе воображающая дурочка. Прямо как я в начале пути».
Зиалец не выдержал и рассмеялся. Я улыбнулся, вспомнив, как в былые времена Талгас издевался надо мной. Специально злил, чтобы я в итоге обуздал эмоции.
«Значит, она нам подходит», – Трено вновь хохотнул.
«Посмотрим».
* * *
Придурок! Придурок! Придурок!!!
Что он себе позволяет? Судьба? Какая, в задницу, судьба? Мияра, сжав кулачки, протопала по коридору, вошла к себе и, что есть силы, хлопнула дверью. Этот хранитель её взбесил! И ещё имел наглость предстать пред ней в обнажённом виде! А какое у него красивое мускулистое тело. Стоять! Девушка тряхнула головой. Не об этом нужно думать.
Отцепив от пояса колчан со стрелами, она положила его на стол. Туда же отправился лук. Стянув сапоги, бросила их к дальней стене и рухнула на кровать, зарывшись лицом в подушку. Нет, рыдать она не стала и даже не собиралась. Просто Мияре хотелось остыть, отпустить бурлившие чувства, ибо к дяде надо спускаться с холодной головой. А то начнёт думать невесть что. Однако перед глазами вновь встал образ обнажённого хранителя, сильное тело которого блестело на свету из-за покрывавшей тело влаги. Сейчас охотница могла вспомнить всё до последней мелочи.
– Придурок! – прошипела девушка и в сердцах ударила кулаком по подушке.
Она перевернулась на спину и, глядя в дощатый потолок, шумно выдохнула. Зов, идущий от хранителя, никуда не делся.
– Да чтоб тебя! – Мияра схватилась за голову.
Резко поднялась, сев на кровати.
– Так никуда не годится. Надо успокоиться.
Закрыв глаза, она стала вспоминать, как двигалась по лесу в поисках добычи. Как размеренно дышала, как осторожно кралась, вслушиваясь в тишину и подмечая любые звуки.
Это помогло. Хоть зов и не исчез, продолжая настойчиво пробиваться к ней, но воспоминания помогли успокоиться. Мияра открыла глаза и вздохнула полной грудью.
Теперь надо бы переодеться и можно спускаться к дяде. А то старик опять будет ворчать.
* * *
Когда мы с Трено проснулись, Хелат и Садат клонились к горизонту. Скупой свет, льющийся из единственного небольшого оконца, явственно об этом говорил. Зиалец уже был на ногах и облачался. Я последовал его примеру. Встав с кровати, потянулся до приятного хруста в позвонках и суставах, потом, слегка размявшись, принялся одеваться.
«Надо уходить», – заявил я.
«Ты же собирался только завтра».
«Я не знаю, скроет ли от Талгаса тьму перекрытие аурой света. Если он нагрянет в деревню, то разнесёт тут всё. Нам это нужно? Да и к тому же, не стоит забывать о чёрных».
«Взять бы одного из них в плен да поговорить по душам», – размечтался Трено.
Я ухмыльнулся и накинул на плечи дорожный плащ. Натянув на голову капюшон, толкнул дверь и вышел из комнаты.
Таверна по-прежнему пустовала. Почти, если не считать тройку мужичков, сидевших за одним столом и попивавших барос. Они громко разговаривали. Да и знакомая девчонка тоже тут была – одетая в простое платье, с серым платком на голове – орудовала метлой, убирая оставленный прежними посетителями мусор.
Правильно, девочка. Занимайся лучше безопасным делом. Ни к чему тебе соваться вместе с нами в пекло. Авось, и проживёшь спокойную да мирную жизнь. Выйдешь замуж, родишь детишек, будешь с ними нянчиться. Главное, чтобы мы справились с нашей миссией, тогда точно всё у тебя будет хорошо.
Трено, отойдя от меня, уселся за нашим прежним местом. Я подошёл к стойке и спокойно, не повышая голоса, произнёс:
– Хозяин, планы изменились. Мы покинем тебя сразу же, как только поедим. Давай чего-нибудь лёгкого: овощную похлёбку свари и будет достаточно.
Старик безмолвно кивнул.
– Наши припасы готовы?
– Да, уважаемый тэл, – шепнул хозяин.
– Надеюсь, всё входит в стоимость трёх монет?
Вновь кивок.
Я улыбнулся в ответ и направился к другу. Сев за стол, принялся ждать обещанной похлёбки.
Трено недовольно хмурился.
«Что не так?»
«Всё-таки тебе следует взять её с собой, Райсэн».
«Мы это уже обсудили, брат».
«Знаю! Прости…»
«Она тебе так понравилась?»
«Не в этом дело! Она красивая, но не в моём вкусе».
«Тогда я тебя не понимаю».
«Ты же сам говорил, что нас ведёт воля госпожи Риданис».
«Ну да. Так и есть».
«Она привела нас сюда, Райсэн. Может, стоит прислушаться к Богине, пока она не разгневалась?»
Если б можно было бы рассмеяться в мыслях, я бы это сделал. Сдержавшись, лишь ухмыльнулся.
«Что смешного?!»
«Нас учили, что боги стихий могут карать провинившихся, что они следят за справедливостью в Ардане. Но нет никаких богов стихий, Трено. Поэтому не надо приписывать надуманный гнев несуществующих богов госпоже Риданис».
«Но она же Богиня!»
«Верно. И не вмешивается в дела своих творений. Можешь мне поверить. Я с ней беседовал и знаю, о чём говорю. Она добрая, весёлая, иногда грустная, но уж точно не жестокая, не гневливая и не мстительная».
«И, всё же, как быть с её волей?»
Я пожал плечами.
«Её воля всего лишь ведёт нас по пути. Но решения принимаем мы с тобой. Госпожа Риданис не станет вмешиваться, если я не приму девушку в отряд. Пойми, Трено. Богиня привела нас к ней, – я кивком указал на стоявшую возле стойки девчонку. – Но только и всего. Дальше – нам выбирать. Мы сами строим своё будущее. Поэтому не сможем перекинуть ответственность за свои ошибки на плечи богов, как обычно поступают слабые люди, когда спотыкаются и не могут найти в себе силы, чтобы подняться и продолжить путь. Больше не стоит говорить на эту тему».
Трено тут же скис. Но вижу, что брат всё понял правильно.
Подошла девчонка с подносом в руках, на котором, исходя горячим паром, покоились две глубокие деревянные миски, почти до краёв наполненные аппетитным на вид овощным супом. Вооружившись грубо вырезанной ложкой, я зачерпнул и отпил похлёбки. Горячее варево, обжигая пищевод, приятно ухнуло в желудок. Просто великолепно!
Девчонка всё ещё стояла возле стола и с интересом нас разглядывала.
– Ну как? Вкусно? – поинтересовалась она.
