На них были наши ровесники.
– Среди получивших приглашение мы нашли таких, которые похожи на вас хотя бы внешне, – сказал Даан, подтвердив мою догадку. – В этом случае «Аромат изменений» будет действовать дольше. – Он раздал нам всем по флакончику, чтобы мы могли вдохнуть «Аромат изменений», как только заметим, что его действие заканчивается. – Всегда открывайте флакон незаметно; никогда не делайте это, если поблизости есть кто-то посторонний, – напомнил нам Даан. – И следите, чтобы никто случайно не вдохнул аромат вместе с вами и не продублировал ваше превращение. Понятно?
Мы все дружно кивнули, и я стала рассматривать фото, которое мне дал Эдгар. На нём была запечатлена шестнадцатилетняя девочка. У неё были светлые волосы до плеч и яркие голубые глаза, а её одежда выглядела безумно дорогой. Девочка показалась мне довольно хорошенькой.
– Это Анастасия Владимастова, – объяснил Эдгар и усмехнулся. – Она сломала ногу во время занятий верховой ездой и лежит в постели.
Я подумала, не дружат ли Элоди и Анастасия. Всё-таки они почти ровесницы, и Анастасия наверняка не только родом из дворянской семьи, но и высокородная – как и все остальные, приглашённые на турнир.
Я растерянно посмотрела на Даана и Виллема, но только Эдгар заметил немой вопрос на моём лице.
– Элоди не очень жалует Анастасию. Во-первых, та не принадлежит к «вечным», и уже поэтому у неё нет шансов на статус подружки Элоди; во-вторых, Анастасия слишком красивая, чтобы Элоди хотелось видеть её рядом с собой, а в-третьих, она высокородная только наполовину. Не чистокровная, как это у них называется. – Он задумчиво наклонил голову набок. – Думаю, сложно определить, каким образом русские Владимастовы стали родственниками французской ветви де Ришмонов. Но это не важно, во всяком случае, ты можешь не беспокоиться, что Элоди захочет говорить с Анастасией. Скорее всего, они никогда не встречались. Разве что один-два раза на костюмированных балах. – Эдгар не смог скрыть усмешку.
Немного успокоившись, я заглянула через плечо на фото в руках у Матса:
– Кто тут у тебя?
Матс наморщил нос:
– Какой-то граф Константин фон Хоэнфлиз, дальний родственник ван Вельдена. Шестнадцать лет, – прочёл Матс на обороте фотографии. – Чёрт! Похоже, он типичный заносчивый аристократ.
– Константин?! – Эдгар присвистнул. – Вот его-то я хорошо помню. Он действительно классический аристократ. Учится в супердорогой частной школе, поёт в хоре и три раза в неделю очень успешно занимается фехтованием.
Я снова удивилась, как быстро Эдгар выкладывает всю эту информацию. Но тут рядом со мной расхохотался Леон.
– Ну, если это не идеальная персона для нашего Матса, то я уж не знаю. – Он хлопнул брата по плечу и снова засмеялся. – Что желаете откушать, ваше превосходительство? – прогнусавил он. – Мы мигом вам всё предоставим.
Даже Эдгар тихо засмеялся и хлопнул ладонью по выставленной пятерне Леона. Как хорошо, что они поладили. Казалось, будто они уже давние друзья.
Но Матс только закатил глаза и повернулся к Даану:
– Но вдруг этот самый Константин явится на турнир? Или Анастасия?
– Это исключено. – Даан махнул рукой. – Доверьтесь мне. Мы тщательно всё проверили. Кроме того, Бонски держит их под наблюдением и немедленно сообщит нам, если кто-нибудь из них вдруг направится сюда.
Матс покрутил фотографию и подмигнул Леону:
– Тогда, братец, в ближайшие дни у некоего графа Константина наверняка часто будут появляться желания, которые нужно будет срочно выполнить.
– Рано радуешься, – сказал Эдгар. – К сожалению, семья Хоэнфлиз тесно общается с де Ришмонами, и Элоди хорошо знает Константина.
– Только этого не хватало! – простонал Матс.
– А я буду Харви... Хаттингтон... – прочитал Леон и с усмешкой показал мне фото спортивного девятнадцатилетнего парня. – Студент, английская элита.
– И он, к досаде его родителей, не интересуется ничем, кроме ближайшей вечеринки, – добавил Эдгар.
– Ха, прямо как Леон! – воскликнул Матс и бросил фотографию на стол.
Даан и Виллем держали в руках фото пожилых мужчин, каких-то родственников Анастасии и Константина, как объяснил Эдгар. Поэтому они без проблем могли постоянно быть рядом с нами. Даан превратится в седовласого английского лорда с залысиной и в твидовом пиджаке. А Виллем станет щуплым французом, с головы до ног одетым в чёрное – в элегантный фрак, цилиндр и лаковые туфли.
А Эдгар ещё на пароме договорился с Виллемом и Дааном, что для удобства он переоденется в посыльного.
– Для «вечных» все слуги и посыльные – невидимки. – Он горько засмеялся. – И в этом у меня будет преимущество, потому что я пройду туда, куда не попадёт никто из вас.
Мне стало немного жаль, что его не будет рядом с нами. Он мог бы помогать нам во время состязаний. Впрочем, он прав. Возможность проникать за кулисы турнира может очень пригодиться.
* * *
За несколько километров от места проведения турнира мы стали готовиться к нашему превращению. Мы столько времени провели в дороге, что иногда даже не верилось, что мы когда-нибудь прибудем на место.
Виллем поставил автодом на огромной парковке. В окно я видела вокруг нас множество шикарных лимузинов, дорогие спортивные авто и даже настоящую карету с лошадьми.
Да, мы явно попали туда, куда и собирались.
Когда Эдгар, единственный, вышел из автодома и закрыл за собой дверь, Даан открыл первый флакон с «Ароматом изменений».
У меня участился пульс, и мне стало плохо – волнение и нервозность, вызванные мыслями о турнире, не прошли даром. Я вздохнула и подвинулась ближе к Матсу. Его присутствие меня успокаивало.
– У нас всё получится, – шепнул он мне на ухо. – У тебя всё получится!
Я повернулась к нему и сразу почувствовала себя лучше. У Матса было потрясающее качество – когда надо, он всегда мог найти правильные слова. Я схватила его за руку и крепко сжала.
– Пожалуйста, пусть каждый сосредоточится на своей фотографии, – сказал Даан, когда в салоне автодома поплыли запахи лимона и лакрицы.
Я смотрела на фото Анастасии – и уже через считаные секунды почувствовала, как всё во мне завибрировало. Руки и ноги сделались мягкими, как пластилин. Всё во мне растягивалось, сдвигалось, а я не отрывала взгляда от фотографии, чувствуя, как расту и меняюсь. Лишь когда довольный Даан захлопал в ладоши, я осмелилась снова поднять глаза.
– Прекрасно, всё получилось! – воскликнул он, и я тут
