Наверное, совсем неправильно стоять вот так посреди зала и пристально рассматривать, но я ничего не смогла с собой поделать. Уж больно любопытная картинка разворачивалась передо мной. Претендентки на гордое звание половины акуны мататы тоже подчинялись какой-то внутренней иерархии. Ну, с двумя шиями все было предельно ясно - это девушки, сидящие с краю стола, практически на отшибе, и усиленно мимикрирующие под окружающую среду. Видать и им пришлось несладко. Они даже не поднимали голов от своих тарелок.
Шиены расположились с другого края - по четыре девушки с каждой стороны. А вот во главе - восседала не иначе как царица. Брюнетку легко можно было бы назвать красоткой, если бы не надменность. Смотрела ашасса так, словно все вокруг пыль у ее ног, постоянно неприязненно морщилась, кривила и без того тонкие губы, выказывая вечное недовольство. И взгляд у нее такой тяжелый, злой. Всяких я на рынке навидалась, но категорию дам, мнящих себя богинями и считающих, что весь мир им задолжал и обязан, считала самой опасной.
Мда, можно, конечно, считать злом Риону или даже Дейва, но только до той секунды, пока не увидишь (как там ее зовут?) шиену Ириллу Роклор. Как говорится, если вы думаете, что лук - единственный овощ, от которого плачут, значит, вы просто никогда не получали по морде тыквой. И тыкву Ириллу не стоило сбрасывать со счетов. Нинель с ней не сталкивалась. Брюнетка всегда старалась не замечать Лигейрос, но только не сейчас. Я заметила, с какой ненавистью она взглянула на меня. Правда, почти сразу отвернулась, но по спине все же пробежал неприятный холодок.
А через второй вход в трапезную вошла группа ашассов. Голоса тут же смолкли. Огромные, широкоплечие, все, как на подбор, красивые, рогатые. Казалось, мужчины заполнили собой все пространство. Видела, как к ним подошел Дейв. Что-то сказал, те засмеялись, но не прогнали, а, похлопав по плечу, приняли за своего. Очень медленно и вальяжно ашассы направились к пустующему столу. Судя по тому, что располагался он весьма удобно, но остался свободным, вошедшие сидели за ним всегда. О, Агейро оказывается в команде звезд, но явно не на первых ролях. В той компании имелись батончики и пошоколаднее. Хотя, определенно, глядя на них, глаза разбегались, а слюноотделение у нормальной, не фригидной женщины становилось обильным. Не зря девушки вокруг томно вздыхали и пожирали самцов красноречивыми взглядами.
Нинель Лигейрос любила лишь Дейва, до остальных ей и дела не было. Лично я не выделяла никого. Они словно красивые фантики на нелюбимом продукте, взгляду приятно и рассмотреть хочется, а аппетита не вызывают. В такие минуты ощущаешь себя настоящей женщиной, перед которой десять разных, самых изысканных оттенков красного лака и все не такие, как требует ее загадочная душа. Жизнь - боль. До идеала всегда не хватает какой-то капельки.
О чем я говорила? Нет предела совершенству? Ложь! Наглая, беспардонная ложь. В дверях трапезной стоял он... Ой, нет, ну не так же совсем! Там стоял ОН! Мистер-идеал, сэр-совершенство, самый шоколадный из всех шоколадных батончиков этого мира. По крайней мере, мне именно так показалось. Вроде бы и не было в нем ничего выдающегося: и плечи видали пошире, и рост повыше, и красивее встречались тоже. Даже рога у него какие-то невыдающиеся. Так себе рожки! Но! Чувствовалось в незнакомце что-то хищное, опасное и в то же время притягательное до дрожи в коленках. Черные, как смоль, блестящие волосы ашасс собрал в низкий хвост, в одежде он тоже придерживался темных тонов, очень удачно подчеркивающих смуглость безупречной кожи. Брюнет щурил глаза, на красивых губах блуждала полуулыбка, но вовсе не добрая, а скорее снисходительная. Трапезную мужчина осматривал, как свою вотчину. Король вышел к народу, и народ с благоговением взирал на него.
- Ах, Кайл... Кайл вернулся, девочки... Кайл... - прошелся по залу едва уловимый восхищенный шепоток.
Кайл, значит. Ну, вот и главная звезда этого хит-парада пожаловала. Бедной Нинель с таким и ловить нечего, а мне он и подавно без надобности. Но тут его взгляд упал на меня. Странный, задумчивый. Даже улыбка сползла с его лица. И чего, спрашивается, смотрит? Стоит девица, таращится на его величество. Вряд ли такого красавчика этим удивишь. Любая зависла бы. Вот только я не любая. Не знаю, что взбрело меня в голову, но, пожав плечами, показала мистеру-идеалу язык. Зеленые глаза удивленно округлились, а потом он ухмыльнулся и направился... Разумеется, в коробку с шоколадными батончиками, где ему самое место - за супер-пупер вип-стол этого заведения. Кто бы сомневался!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
И только я хотела пройти к своему месту, как меня обогнала Риона, больно толкнув плечом.
- Не стой на дороге, Лигейрос! – выплюнула она. И прозвучало это весьма двусмысленно.
И, конечно, шиена Тур уселась рядом с брюнетистой Ириллой, подвинув своих товарок. Те молча стерпели. Верный вассал около своего сюзерена. Теперь-то все в сборе. Не хватает только меня.
Ну, здравствуйте, змейки! Я иду к вам. Но стоило приблизиться к свободному за столом претенденток месту, как тут же одна гадючка сдвинулась и заняла его. Забавно. Подошла к другому – та же история, шиена снова пересела.
- Платье протрешь, - усмехнулась я, перегнулась через обалдевшую ашассу, чтобы взять столовый прибор, и направилась прямиком в дрожащим шиям.
- Надеюсь, здесь не занято? – с улыбкой спросила одну из девушек.
Мне не ответили, но головой помахали. И на том спасибо. Положив на стол перед собой с трудом добытую ложку, я уселась на лавку.
- Шиена Нинель Лигейрос, - представилась вновь задрожавшим девчонкам. – Будем знакомы!
- Шия Элсу Чейси, - прошептала хорошенькая шатенка с маленькими рожками и очень выразительными серыми глазами.
Ее подруга оказалось более смелой.
- Шия Милора Ори, - представилась она. – И спасибо вам за платье, Нинель. Вы меня тогда здорово выручили.
За какое платье? Ах, верно! В самом начале отбора, на первом обеде, одна из шиен, кажется, белобрысая Улита Марси, намеренно выплеснула на светлое платье девушки целый бокал темно-вишневого напитка. Разумеется, инцидент представили, как нелепую случайность, но к тому моменту багаж шии еще не прибыл. Наверное, именно тогда Нинель настроила против себя других шиен. Не задумываясь, она предложила бедняжке помощь и отдала одно из платьев, подаренных отцом. Все равно наряды только пылились без дела. Что ж, моя предшественница обладала не только кротким нравом и ранимой душой, но и добрым сердцем.
- Не стоит благодарности, шия Милора Ори, - ответила я. – И, если не возражаешь, называй меня по имени, без всяких политесов.
Девчонка мне нравилась. Пепельные, почти серые волосы коротко обрезаны, курносый носик, напротив, слегка вздернут, а удивительные серебристые глаза, словно кто-то подсветил изнутри. Было в ней нечто трогательно, нежное и ужасно милое.
- Лори, - прошептала она.
- Что? – сначала не поняла я.
- Дома все зовут меня Лори. Понимаю, что для столицы звучит странно, но я с островов, - пояснила она.
Конечно, для Нинель все бы прояснилось, а мне пришлось напрячься, чтобы вспомнить, что на Ашшуре единственный материк, окруженный великим океаном. Но есть архипелаг фактически соединяющий обжитые земли с дикими. Там тоже живут ашассы и люди. Возможно, он даже носит какое-то название, но все говорят просто – острова.
- Тогда зови меня Нина.
- Так тебя называют дома? – поинтересовалась шия.
- Нет, дома меня называют белочкой.
- Забавно, - впервые робко улыбнулась новая знакомая. – Тебе подходит.
- Посмотрите, шиены, как благородная ашасса из уважаемого дома растрачивает остатки своего достоинства, общаясь с шиями? – нарочито громко произнесла Риона, и на том краю стола противно захихикали. – Хотя, что ей, бедняжке еще остается, после утраты чести, которой она не так давно лишилась!
Смешки стали громче. Ну, пошипели, змейки, и будет с вас! Шии вновь уткнулись взглядами в стол, я же не спешила оборачиваться к обидчице.
