Я вспомнила тетю Лотти, всегда старательно делавшую вид во время каникул, что ее не интересует, куда я ухожу и во сколько возвращаюсь. Но когда бы я не вернулась, в ее комнате всегда горел свет.
Я выключила свет за исключением настольной лампы и забралась в постель, взяв с собой книгу, порадовавшись, что растопила камин. Поленья будут тлеть еще очень долго и немного развеют темноту комнаты после того, как я выключу лампу.
Я постаралась сосредоточиться на книге, но глаза слипались. Я сладко зевнула, отложила книгу, щелкнула выключателем и заснула.
Вдруг я проснулась. Было почти совсем темно. Поленья в камине превратились в золу, дающую красноватый отсвет. Почему я так внезапно проснулась? Почему так бьется мое сердце?
Тут я услышала оглушительный звон бьющегося стекла. Окно в спальне! Затем удар по полу рядом с кроватью. Второй, догадалась я. Первый меня разбудил.
Что дальше? Меня охватила паника, я сползла с постели, упала на пол. Я дрожала, вспомнив, что петарды были предупреждением. Что же лежит там, около моей кровати?
6
Я вздрогнула от настойчивого стука в дверь.
— Лори? — послышался взволнованный голос Дика. — Лори, что там за грохот в вашей комнате? Вы в порядке?
— Со мной все хорошо… — с трудом выдавила я, вставая с пола. Я вспомнила о халате, накинула его и пошла к двери. — Кто-то разбил мое окно.
Дверь в гостиную распахнулась, комнату залил яркий свет. Это Дик щелкнул выключателем.
— Лори, что случилось? — Он был все еще одет, лицо обеспокоенное.
— Я… спала, — заикаясь ответила я, поплотнее запахивая халат и стараясь не выказать страха. — Что-то влетело в окно. Дважды.
Дик выглянул в коридор.
— Фредерик, это здесь, — резко крикнул он, затем повернулся ко мне. — Что влетело, Лори?
— Я не видела, — почти прошептала я, стараясь унять дрожь. — Это лежит сейчас вон там. На полу… — Мой голос упал до тихого шепота.
— Подождите здесь. — Дик выставил меня в коридор, где жались к стене Фредерик и мадам Жене. В конце коридора я разглядела Маделин и Элен, тоже в халатах, направляющихся ко мне с беспокойным любопытством на лицах. — Пусть никто сюда не входит, — приказал Дик.
— Лучше давайте вызовем полицию, — попросила я, боясь за него. — Мы же не знаем, что это такое…
— Через минуту узнаем, — мрачно заверил он, входя в комнату.
Дик не успел дойти до спальни, как мимо него пролетел Фредерик и исчез в темноте. Удивленный Дик слегка помедлил.
— Не двигайтесь, месье Рэнсом, — резко приказал Фредерик, — дайте мне сначала проверить.
Фредерик нащупал выключатель. Свет залил комнату. Я машинально сделала шаг вперед. Дик жестом велел мне оставаться на месте.
— Что случилось? — донесся голос Дирдре с лестницы. — Элен, в чем дело? Я услышала жуткий грохот…
— Какой-то идиот… — В голосе Фредерика слышалось презрение. — Ничего страшного. — Он вышел, держа в одной руке камень, а в другой… Что же это? Подставка для блюда. Мое сердце забилось. Элен вчера торжественно подарила Маделин подставку, расписанную вручную видами Монблана, чтобы она могла ставить на нее бесчисленные чашки с кофе, которые она выпивала во время работы. Хотя Маделин спокойненько могла любоваться Монбланом из своего окна… Впрочем, в сувенирных магазинах Женевы продаются сотни таких подставок, мне не следует торопиться с выводами. — Хулиганы, — презрительно сказал Фредерик, — любители бить окна.
— Зачем кому-то разбивать окно в комнате Лори? — Глаза Дика пылали гневом. Но тут гнев сменился чем-то другим, я не сразу поняла, чем именно. — Разве что этот хулиган принял ее комнату за мою, — закончил он с мрачной улыбкой. Он обменялся с шофером быстрым, понимающим взглядом. — Боюсь, я нажил себе немало врагов, занимаясь бизнесом.
— Пойду проверю сад, — сказал Фредерик, скривив губы от ярости. Он негромко бормотал ругательства.
— Фредерик! — Дик жестом остановил его. — Фредерик, — мягко продолжил Дик, — будь осторожен. Мы ведь не знаем, кто там.
— Дик, что за ерунда? Я услышала звон стекла. — Дирдре с удивительным спокойствием вошла в мою гостиную, но я заметила, что руки у нее дрожат.
— Ничего серьезного, — попытался утешить бабушку Дик. — Все в порядке, идите спать, — обратился он ко всем. — Какой-то пьяный разбил окно. Обыкновенное хулиганство.
— Звук был ужасный, — вздрогнула Элен. — Мне показалось, бомба разорвалась.
— Это в Швейцарии-то? — протянула Маделин. — Здесь такого не бывает. Но швейцарские пьяницы иногда довольно буйные.
— Господи, да идите вы все спать! — подхватила Дирдре. — Постой, Лори. Ты, детка, верно, ужасно испугалась? — Она посмотрела на меня с сочувствием. — Пойдем ко мне, я согрею тебе молока, а потом мы решим, где ты будешь спать остаток ночи.
— Есть готовая комната, — холодно объявила мадам Жене. — Я всегда держу ее наготове на всякий случай. В конце коридора, мадемуазель. — Она уже обращалась прямо ко мне. — Там есть все, что нужно.
— Спасибо, мадам Жене, — мягко поблагодарила я, внезапно сообразив, что волосы мои взлохмачены, а на лице нет никакой косметики. И Маделин, и Элен о своей внешности позаботились. — Значит, комната в конце коридора?
— Я тоже поднимусь к тебе, можно? — безразличным тоном спросил Дик, с улыбкой повернувшись к Дирдре. — Я знаю, у тебя всегда где-нибудь припрятан пирог.
На один холодящий душу миг я заметила неприкрытую ненависть во взгляде Маделин. Ее взбесило, что Дик вместе со мной собрался в гости к бабушке. Но она быстро взяла себя в руки и даже попыталась изобразить улыбку.
— Спокойной ночи всем, — кисло протянула она. — Элен, не зайдешь ко мне на минуточку? Я знаю, тебя все это расстроило.
— Посмотрю-ка я на эти окна… — Дик вошел в спальню. — Подожди меня, бабуля.
Мадам Жене, высоко подняв голову, поднялась по лестнице в свою комнату. Элен и Маделин тоже ушли, о чем-то тихо разговаривая.
— Кажется, у меня есть яблочный пирог, — обеспокоенно сказала Дирдре, — и немного фруктового пюре с ромом в холодильнике. Подогрею за пять минут.
— Звучит заманчиво, — одобрила я. — В последний раз я ела яблочный пирог и пюре с ромом в кафе «У Артура» в Нью-Йорке. — Как давно это все было, как легко и спокойно я себя тогда чувствовала!
— Пирог будем есть только мы с Лори, — предупредил Дик сурово, с любовью глядя на Дирдре. — Тебе нельзя, понятно? Слишком поздно.
— Да будет тебе, пошли, — проворчала бабушка, — вечно стараешься испортить удовольствие.
Мы втроем поднялись по лестнице с таким видом, будто была не ночь, а полдень. Часы в квартире Дирдре громко пробили три.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
