под хвост!
— О, — тут же оседлал любимого конька седовласый доктор. — Ценность «Единения Душ» в его сложности. Ритуалисты используют его для отработки навыков создания силовых линий, точности переноса вектора Эсмарха в сторону фарфорова загиба, тренировка энергетики и защита от перегрузки организма.
На последних словах доктор очень внимательно глянул на своего пациента. Тот, все еще пребывая в состоянии грогги, неловко кивнул. Больше он таких экспериментов проводить не собирался. В смысле, плана «Б» у него не было.
— Как долго мне?.. — начал было Волконский.
— Через полчаса отпущу в покои, — заверил «Айболит», привычно покачав головой, сетуя на непоседливость своих пациентов, стремящихся как можно быстрее сбежать из-под его надзора. — Тебя проводит Катерина. Она официально закреплена за тобой на ближайшую неделю.
Вот тут Павел действительно удивился. Неужто все настолько плохо? На его памяти такое случалось лишь дважды. И тогда обе ситуации были действительно серьезными.
— Надо быть поаккуратнее, — пробормотал он себе под нос.
— Да уж будь так добр, Павел Анатольевич, — тут же отреагировал доктор, на плохой слух не жаловавшийся ни разу. — Премия, конечно, всегда дело хорошее, но не с риском потерять одного из пациентов, понял меня?
— Да, Герман Адольфович, — только и выдохнул парень, откидываясь на подушки.
Ему о многом предстояло подумать.
* * *
— Что с вами? — негромко спросила Катерина.
У нее поводы для беспокойства были. Они как раз шли по коридору в сторону покоев ее «подопечного» на ближайшее время, как молодой человек просто замер напротив панорамного окна, уставившись на море облаков под ними.
— Все в порядке, Катерина, — пробормотал тот, не отрываясь от привычной картины всякому обитателю высших этажей.
Однако отчего-то именно сейчас она вызывала странное чувство в груди. Словно бы детский восторг. Хотя он прекрасно, черт возьми знал, что перед ним всего лишь мельчайшие капели жидкой воды и кристаллов водяного льда! Так откуда это странное чувство щенячьей радости. Да еще и столь… ярко выраженное? Как и любой корпорат, коим по духу и воспитанию Павел был до мозга костей, он считал яркие и контрастные эмоции поводом обратиться к мозгоправу. Однако вот прямо сейчас сам он стоял и умилялся привычнейшей картине. «А дальше что? Пойдёшь и признаешься в любви холодильнику⁈» — с некоторой оторопью спросил он сам себя. Желудок тут же предательски заурчал, напоминая, что перекусить бы совсем не помешало.
Больше служанка с вопросами не приставала, спокойно дожидаясь, пока Волконский справится с нахлынувшими на него эмоциями.
— Павел Анатольевич, — заурчал голос за спиной молодого человека. — Могу ли я чем-то помочь.
Секунду-другую молодой человек потратил на то, чтобы взять под контроль собственное лицо, после чего неспешно обернулся и вопросительно глянул на застывшую служанку, застывшую в позе ожидания. Такой же как у Катерины наряд обтягивал ее куда более… фигуристое тело. «Такие пропорции, да в мирное бы дело! Эротику там, стриптиз!» — в который раз оценил застывшую перед ним черноволосую красотку.
На первый взгляд могло бы показаться, что блондиночка на фоне своей коллеги не слишком притязательно. Однако молодому человеку грация гармоничных пропорций казалась куда эстетичнее иным гипертрофированным частям тела, не как нежелающими складываться в единую картину.
Катерина, кстати, здорово напряглась. Да, это было почти незаметно стороннему наблюдателю. Однако Павла учили быть очень внимательным к таким вещам: чуть сильнее сжатые губы, легкий прищур глаз, едва заметное напряжение в позе…
«Похоже, конкуренция процветает не только у нас!» — оценил заход Вики он. По сути, подобный вопрос, заданный при блондиночке, ставил под сомнение компетенции последней. Мол, да разве ж она может справиться со своими задачами⁈ Вот я — другое дело!
— Вика, ты прекрасно выглядишь, — заметил Волконский, окидывая девушку с ног до головы, особенно задерживая внимание на куда более смелым чем у «его» служанке вырезе.
Девушка слегка поклонилась, чтобы ее грудь смотрелась еще выигрышнее.
— Чем могу быть полезна? — спросила она с таким чувством, что сомневаться не приходилось: тот пункт в договоре найма прислуги, что так смущал Катерину, ей целиком и полностью по душе.
— Замри, пожалуйста, — серьезно попросил Павел. — Дай мне тобой полюбоваться.
* * *
«Мужлан!» — с неожиданной злостью подумала Катерина, чувствуя, что натурально заводится. Ей было очень обидно, что какая-то шлюха заслуживает куда больше внимания, чем она сама.
— Замри, пожалуйста…
Странная просьба отпрыска Волконских едва не заставила лицо блондиночки дрогнуть.
— … Дай мне тобой полюбоваться.
Катерина застыла, приготовившись к «цирку». Естественно, корова, потратившая на «жесткий тюнинг» едва ли не все последние зарплаты за последний год, изогнулась в причудливой позе, явно призванной вызвать желание ее сюзерена.
— Уааааау, — протянул молодой человек, наградив восхищенным взглядом этот анатомический набор.
«Мдаааа…» — оценила блондиночка, застыв в позе образцовой служанки. Она искренне считала, что вкус у Павла Анатольевича куда лучше. Взять хотя бы его замечательные иллюзии! В каждом «мазке», каждой воссозданной детали можно было рассмотреть красоту воссоздания увиденного когда-то образа.
Однако и шанса сбежать с этого шоу у девушки не было, а потому, она застыла, стараясь ни единым жестом не выдать своего к происходящему отношения.
— Замри, — с выдохнул парень, в голосе которого можно было расслышать легкие нотки восторга.
А вот это было действительно обидно! Своей служанке столько эмоций Павел Анатольевич не уделял никогда.
«Трансформер» же послушно замерла. Катерина тоже. Она очень старалась не приглядываться к тому, что происходило на ее глазах. А потому…
… Она просто пропустила момент, когда у Вики начала увеличиваться грудь. Сначала одна, а за ней, стараясь перегнать первую, «потянулась» вторая, нещадно растягивая ткань платьица. В полной тишине в сторону отлетела верхняя пуговица, а странная «гонка» все продолжалась.
— Прекрасно, — негромко прокомментировал парень, практически не изменившись в лице.
Вика призывно улыбнулась, напоминая, что она чтит КАЖДЫЙ пункт ее контракта. Происходящее явно не доставляло ей никакого неудобства.
Еще одна пуговка улетела в другую сторону.
«Да откуда же!» — поразилась Катерина. У них же на вороте молнии, а не…
Додумать она не успела. Ей резко пришлось приложить все свои усилия, чтобы не расхохотаться в голос.
«Пуговицы» не выдержали все разом, а два «мешка» грузно опустились на пол оттягивая кожу так, что никакие «ушки спаниеля» и рядом не стояли! Вернее, не лежали!
Катерина моргнула и… перед ней вновь стояла ее коллега, призывно улыбавшаяся Волконскому. На миг
