По самым завышенным оценкам, против советской власти сражалось 600 тысяч русских, включая невооруженных
К 22 апреля 1945 года в Вооруженные силы Комитета освобождения народов России входили следующие соединения, части и подразделения:
Главнокомандующий, группа офицеров личного подчинения (полковник К.Г. Кромиади, подполковник М.К. Мелешкевич, капитан Р.Л. Антонов, обер-лейтенант В.А. Рейслер и др.), рота личной охраны капитана П.В. Каштанова;
1-я пехотная дивизия ВС KOHP генерал-майора С.К. Буняченко, полностью вооруженная и укомплектованная (около 20000 чел.);
2-я пехотная дивизия ВС KOHP генерал-майора Г.А. Зверева, личный состав был вооружен ручным автоматическим оружием до пулеметов включительно, тяжелое вооружение отсутствовало (11 856 чел.);
3-я пехотная дивизия ВС KOHP генерал-майора М.М. Шаповалова, располагала только кадром добровольцев, невооруженная (10 000 чел.);
Военно-воздушные силы KOHP генерал-майора В.И. Мальцева (более 5000 чел.);
учебно-запасная бригада полковника С.Т. Койды (7000 чел.);
Русский корпус генерал-лейтенанта Б.А. Штейфона (5584 чел.);
15-й казачий кавалерийский корпус ВС КОНР (32000 чел. без учета немцев);
Отдельный корпус генерал-майора А.В. Туркула (около 7000 чел.);
Отдельный казачий корпус в Северной Италии (Казачий Стан) Походного атамана генерал-майора Т.И. Доманова (18395 чел.);
Отдельная противотанковая бригада майора Второва (1240 чел.);
Вспомогательные (технические) войска в непосредственном подчинении Главнокомандующему (около 10 000 чел.);
Центральный штаб генерал-майора Ф.И. Трухи на, офицерский резерв при штабе подполковника Г.Д. Белая, отдельный кавалерийский эскадрон капитана Тищенко, батальон охраны штаба капитана А.П. Дубного, спецотряд по охране ценностей КОНР капитана А. Анохина (до 5000 чел.);
1 -я Объединенная офицерская школа ВС КОНР генерал-майора М.А. Меандрова (785 чел.);
Братиславская разведывательная школа ВС КОНР майора С.Н. Иванова;
Мариенбадская разведывательная школа ВС КОНР капитана Р.И. Беккера;
Управление казачьих войск при КОНР.
Всего в этих формированиях, по разным данным, числилось порядка 120-130 тысяч человек.
Данные соединения были разбросаны на большом участке фронта от Загреба (Хорватия) и Толмеццо (Северная Италия) до Бад-Шандау (юго-западнее Дрездена.)
Говорите, миллион русских сражался против советской власти?
На всякий случай напомню: миллиона не набирается, даже если учесть все восточные легионы (вооруженные формирования разных народов, созданные немцами), Украинскую Повстанческую армию (вспомогательную полицию и карательные отряды, навербованные немцами в Галичине и уничтожившие немало украинцев) и hilfswillige — «помогающих добровольно», то есть принудительно мобилизованных на нестроевые работы (повар, водитель, строитель укреплений и т.п.) и не носящих оружия. По самым завышенным оценкам — 600 тысяч, включая невооруженных.
(Запись в блоге awas1952.livejournal.com от 6 января 2014 года)В книге «Продажная история. Паленые мифы о России» я подробно разбирал шулерские методы, с помощью которых Вассерман менял в более выгодную для СССР сторону соотношение потерь на советско-германском фронте. Занижая количество коллаборационистов, оказавшихся в 1941—1945 гг. на стороне противника, он врет столь же примитивно.
Действительно, численность вооруженных сил Комитета освобождения народа России во главе с бывшим командующим 2-й ударной армией Андреем Власовым к 22 апреля 1945 года не превышала 130 тысяч человек. Однако в состав частей КОНР вошла лишь незначительная часть советских коллаборационистов, многие сотни тысяч которых к 22 апреля 1945 года уже погибли, попали в плен, дезертировали или находились в составе не подчиняющихся Власову соединений.
Статус «добровольных помощников» (они же hilfswillige, или сокращенно «хиви»), по документам германского Управления Восточных войск, за время войны получило порядка 680 тысяч человек, что уже превышает цифру, высосанную из пальца Вассерманом. Всего, по данным этого ведомства, на стороне Германии оказалось 370 тысяч русских (включая казаков), 250 тысяч украинцев, 70 тысяч белорусов, 290 тысяч прибалтов, около 200 тысяч уроженцев Кавказа и Средней Азии, а также до 30 тысяч представителей народов Крыма и Поволжья.
Обобщив немецкие документы в фундаментальной работе «Под знаменами врага. Антисоветские формирования в составе германских вооруженных сил 1941—1945 гг.», российский историк Сергей Дробязко в итоге получил 1,2 миллиона (из них более половины «хиви», лишь незначительная часть которых впоследствии получила оружие и была переведена в боевые подразделения).
Другие исследователи несколько дополняют эти данные. Так, к 10 тысячам крымских татар, прошедшим через 9 полицейских батальонов, они прибавляет примерно такое же число «хиви» и бойцов так называемых отрядов самообороны. Одновременно справедливо указывается, что к коллаборационистам стоит отнести и орудующие в тылу Красной Армии кавказские бандформирования. (По данным НКВД, только на территории Чечено-Ингушской АССР до конца 1944 года было уничтожено или пленено 4532 участника подобных группировок.)
Наконец не стоит забывать, что, кроме Германии, часть территории СССР оккупировали и ее союзники — Румыния и Финляндия. В частности, в румынскую армию из населенных пунктов Молдавской ССР было призвано более 20 тысяч человек, а в тылу, как в Молдавии, так и в Транснистрии — территории между Днестром и Южным Бугом с Тирасполем и Одессой, — действовали полицейские формирования.
С этими дополнениями численность коллаборационистских формирований достигает примерно 1,3 миллиона человек. Это в два с лишним раза превосходит цифру Вассермана, который к тому же лжет, определяя всех коллаборационистов как русских. На самом деле таковых было меньше трети от общего количества, что бы по этому поводу ни писали некоторые украинские евреи.
Вассермановские 600 тысяч выглядят нелепо еще и потому, что в них включена Украинская Повстанческая армия, которая в современных исследованиях, как правило, выделяется отдельно. Невозможно отрицать, что из десятков тысяч человек, прошедших в 1941—1945 гг. через УПА Романа Шухевича, Украинскую Национально-Революционную армию Тараса Боровца, Буковинскую Украинскую Самооборонную Армию Василия Шумки и другие боевые группы украинских националистов, многие успели послужить в отрядах полиции, подразделениях «хиви» и 14-й украинской дивизии СС «Галичина». Столь же несомненно, что укронаци приветствовали германское вторжение, и даже после того, как стало ясно, что никакой самостийной Украины Гитлер создавать не планирует, воевали они прежде всего против советских и польских партизан, а также жестоко дрались между собой.
Бои с немцами происходили куда реже, да и то главным образом по инициативе полевых командиров на местах.
Лишь под их давлением политическое крыло УПА — организация украинских националистов Степана Бандеры — 23 февраля 1943 года было вынуждено, хотя и с оговорками, заявить о начале ограниченных операций и против гитлеровских оккупантов. Однако уже через год, с вступлением советских войск на территорию Украины, эпизодические столкновения с немцами сменились совместной с ними борьбой против ненавистных москалей.
С учетом этого, конечно, можно стать на позицию Вассермана, пренебречь столкновениями бандеровцев с немцами и безоговорочно записать их в коллаборационисты. Но тогда количество участников прогитлеровских формирований вырастет примерно до 1,4 миллиона и вранье специалиста по холодильникам будет выглядеть еще глупее и, главное, бессмысленнее. За годы Второй мировой войны через Вооруженные силы СССР (включая народное ополчение и партизан) прошло не менее 36 миллионов человек, уничтоживших три четверти сухопутных сил Германии и ее европейских союзников. На каждого пособника Гитлера в СССР приходится не менее 25 воевавших против Третьего рейха и Японии, что смотрится куда внушительнее, чем во всех остальных странах континентальной Европы.
Например, в польской армии во время германского вторжения в сентябре—октябре 1939 года числилось до 1 миллиона человек. К моменту окончания боевых действий в Европе польские контингента на всех театрах военных действий имели около 650 тысяч человек, на всех фронтах и в партизанских отрядах погибло (за вычетом граждан СССР) не более 140 тысяч человек. Даже если считать, что ни один из солдат, участвовавших в боях с немцами в 1939 году, не носил военной формы в 1945-м (чего заведомо не может быть), больше 2 миллионов никак не получается.
