Это объясняет причудливую машину. На вид парню под сорок, грязновато-русые волосы, невероятные голубые глаза, но сжатая челюсть говорит мне, что его образ соседского мальчика – всего лишь фасад, и он не потерпит выходок ни от кого – даже от избалованной и наглой рок-звезды.
— Бетани, приятно познакомиться.
Джесси нетерпеливо постукивает пальцами по столу. Ритмично, как будто он играет песню. Интересно, это нервная привычка? Эта встреча нервирует его?
— У Дэйва появилась идея, и думаю, она тебе понравится.
Смотрю на парня, внутренне посмеиваясь, когда представляю его в синем жилете менеджера с золоченым бейджиком.
— Джесси нужно кое-куда ездить, но мне пока не нравится идея, что он сам будет водить машину, — говорит Дэйв. — Бен сказал, что у тебя нет машины. У тебя есть действительные водительские права?
Мои щеки горят.
— Да, есть.
— Отлично. — Дэйв протягивает мне черный брелок. — Машина снаружи твоя, пока Джесси не будет готов ездить самостоятельно.
— Что? — Я смотрю на Бена, глаза которого горят от возбуждения.
— Я бы хотел нанять тебя, — продолжает Дэйв, — чтобы ты каждый день возила Джесси на собрания анонимных алкоголиков и привозила обратно.
— Анонимных алкоголиков? — Так вот от чего его тошнило. Мой желудок переворачивается, и я сглатываю комок нервов. Он пьяница. Наверное, в этом есть смысл — секс, алкоголь, рок-н-ролл. — Я.. мне ведь нужно отвозить Эллиот в школу к полудню, так что мы садимся на одиннадцатичасовой автобус и...
— У Джесси встреча в одиннадцать тридцать, — говорит Дэйв. — Ты высадишь его у церкви, отвезешь Эллиот в школу к двенадцати, заберешь Джесси и привезешь его сюда, а когда уедешь, возьмешь машину с собой.
Я моргаю один раз. Второй. Он не шутит.
— Мне нужно быть на работе к двум часам. — Как будто это оправдание? Почему я не могу придумать лучшего оправдания!
Дэйв сужает глаза.
— У вас есть проблемы со злоупотреблением алкоголем или наркотиками, Мисс Паркс?
— У меня? Нет!
Глаза сужаются еще больше.
— Я не пью. Совсем. После того как... — Я прочищаю горло. — И я никогда не прикасалась к наркотикам.
— Много упускаешь, — ворчит Джесси, заслужив пронзительный взгляд своего менеджера.
Бен кивает.
— В этом я ручаюсь за Бетани. Она не связывается с наркотиками или алкоголем.
Дэйв кивает и хмыкает.
— Ты можешь пользоваться автомобилем, Бетани, — шепчет пастор Бен.
— Верно, — говорит Дэйв. — Пока Джесси не будет готов сам сесть за руль.
Знаменитость в комнате разочарованно фыркает.
Дэйв не обращает на него внимания.
— Вот что я тебе скажу. Когда Джесси вернется в Лос-Анджелес, я переведу её на твое имя.
— Ты шутишь, — шепчу я. — Это, должно быть, шутка.
— Господи, няня, соглашайся уже на эту гребаную сделку. — Раздраженный голос Джесси грохочет у меня за спиной, и я борюсь с желанием развернуться и прочитать ему лекцию о богохульстве.
— Но... — Я сглатываю. — Это же «Лексус».
— Это просто машина, — говорит Дэйв.
— Просто машина? — Взрыв смеха срывается с моих губ.
— Это очень хорошая машина. — Дэйв смотрит на часы, как будто я его задерживаю. — Мы договорились?
— То есть ты хочешь сказать, что это его машина, и я буду водить ее, пока он не может, а потом это будет его машина, а когда он уедет – моя?
Джесси откидывает голову назад и стонет.
— Ради всего святого, кто-нибудь нарисуйте гению иллюстрацию.
— Джэс, — предупреждает Бен, а потом его взгляд останавливается на мне. — Это прекрасная возможность.
Ладно. Если мой собственный пастор говорит, что я должна это сделать, тогда...
— Хорошо. Договорились.
Дэйв хлопает ладонями по столу и встает.
— Отлично. Моя машина ждет снаружи.
— Дэйв, — говорит Джесси требовательным тоном, как начальник подчиненному, — подумай о том, о чем мы говорили.
Дэйв качает головой.
— Я уже сказал, что для поправок уже слишком поздно.
— Бл*дь, — бормочет Джесси, заслужив сердитый взгляд Бена.
— Я провожу тебя, — предлагает Бен, вскакивая с места.
— Бетани, спасибо за помощь, — говорит Дэйв, прежде чем выйти за дверь, бормоча что-то Бену.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Как только они выходят, я смотрю на брелок. Медленная улыбка расползается по моему лицу.
— Ты не хочешь объяснить, почему вчера оставила меня с синими шарами?
Я вздрагиваю от враждебности в голосе Джесси. Он злится на меня? Чувствуя прилив гнева, я резко оборачиваюсь и смотрю на него.
— Если это твоя идея извинений, то ты облажался.
Парень наклоняется вперед, упираясь руками, покрытыми разноцветными татуировками, в колени.
— Ты думаешь, я должен перед тобой извиниться? За что? За то, что предложил свой член?
Я съеживаюсь от его грубых слов и проклинаю жар, заливающий мои щеки.
— Да! Ты реально считаешь, что любая женщина с радостью согласится переспать с тобой?
Он кивает головой, пока я перевариваю собственные слова.
— Ты ошибаешься. — Хватаю брелок и встаю, отчаянно пытаясь найти Эллиот и убраться подальше от этого парня. — У меня нет ни малейшего желания заниматься с тобой сексом, Джесси Ли.
Джесси усмехается, медленно приподнимая уголок рта, и я понимаю, почему женщины падают к его ногам. Но только не я.
— Большинство женщин ценят мужчину, который предлагает себя для секса.
— Я не большинство. И ты должен знать, что подавляющее большинство женщин занимаются сексом только с мужчинами, в которых влюблены.
Джесси закатывает глаза, все еще ухмыляясь.
— Ты меня бесишь. — Я засовываю ключ от машины в карман.
— Не будь ребенком, — говорит он с глубоким смешком, когда Бен возвращается в дом.
— Пастор Бен, вы не возражаете, если я отведу Эллиот в парк?
Он выглядит немного удивленным, прежде чем его взгляд скользит от меня к его брату, когда сужает глаза.
— Все в порядке?
Джесси пожимает плечами, как будто наш разговор о сексе был не более чем крошечным раздражением, мухой, жужжащей у его лица, легко прихлопнутой и забытой.
— Просто прекрасно, пастор Бен. — Засранец-суперзвезда встает и выходит из комнаты, как будто весь мир смотрит на него, а не только я и его брат.
Как только он скрывается из виду, Бен смотрит на меня.
— Мне действительно очень жаль. Он... — Глубоко вздыхает. — Временами с ним трудно иметь дело. Ну, большую часть времени.
Я ухмыляюсь, пожимаю плечами и споласкиваю посуду, чтобы занять руки.
— Не переживай, со мной все в порядке.
— Уверена? Потому что если ты передумаешь или…
Я поворачиваюсь и смотрю на него.
— Что?
Пастор заходит на кухню.
— Мой брат – раб своих низменных инстинктов, и я не исключаю, что он попытается... попытается... э-э... — Он потирает затылок.
— Соблазнить меня?
Выражение его лица становится кислым и извиняющимся.
— Мне очень жаль, но да. Его моральный компас указывает в другом направлении, чем у людей, с которыми ты, вероятно, привыкла иметь дело.
Я вытираю руки полотенцем.
— Если ты думаешь, что это правда, то ты недостаточно времени провел с моей соседкой по комнате, Эшли. — Ох, как бы ей это понравилось! — К счастью, мой моральный компас надежен, так что тебе не о чем беспокоиться.
Я никогда не буду заниматься сексом с Джесси Ли. Думаю, что это заставляет большинство девушек чувствовать себя использованными. Нет уж, спасибо.
— Знаю, что ты не поведешься на это, поэтому ты была идеальным вариантом для его водителя. Кстати, Дэйв не упоминал об этом, но он удвоил сумму, которую я тебе плачу, и оставит тебе машину.
— Удвоил? — Я в просто в восторге.
Черт возьми, я буду зарабатывать больше двадцати долларов в час, плюс мои деньги в «Пирогах и блинах», и машина... я смогу открыть сберегательный счет! Неплохо для двадцатичетырехлетней.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Я хмурюсь.
Я уже не ребенок.
ДЖЕССИ
