он видит во мне что-то совершенное. Но теперь все кончено. Я должна быть честной с собой.
— Перестань называть меня так, — огрызаюсь я.
— Ни за что, — я прикусываю нижнюю губу, не привыкшая, что он говорит мне «нет». — А теперь открой мне дверь.
— Нет, — снова огрызаюсь я. Ха! Я тоже могу сказать ему нет. Он делает такой глубокий вдох, что слышу его через дверь.
— Мне не нравится это слово на твоих губах, когда оно относится ко мне, — это чувство взаимно. — Ты откроешь, наконец, дверь?
— Я не вернусь к нему. Пожалуйста, не заставляй меня.
— Кому ты принадлежишь?
— Тебе, — машинально произношу. Я ахаю и закрываю рот рукой.
— Верно. Ты принадлежишь мне. Не твоему отцу.
Держу руку прижатой ко рту. Я так хочу ему верить, но все не так просто. Даже если бы Девлин хотел, чтобы я принадлежала ему, мой отец попытается забрать меня у него. Я лучше других знаю, что мой отец всегда получает то, что хочет. Никто не посмеет сказать ему «нет», иначе их ждут последствия. Я содрогаюсь при мысли о том, что это за последствия.
— Все в порядке. Мы будем делать так, как ты скажешь. Где Мама?
Я опускаю руку, полагая, что это безопасный ответ. Также любопытно, почему он спрашивает именно об этом.
— На кровати.
— Подойди и проверь её. Ей может быть плохо.
— Почему? Что-то случилось? — Я подбегаю к кровати. — Кажется, с ней все хорошо. Она спит, — я наклоняюсь, чтобы погладить её.
Дверь срывается с петель. Куски дерева повсюду. Я вижу знакомую мне тьму внутри Девлина, которая проявляется в его глазах.
Он пересекает комнату в три длинных шага, пока не оказывается передо мной. Он похож на хищника, приближающегося к своей добыче. Я думаю, страх был бы правильной реакцией прямо сейчас, но я не боюсь Девлина. Вместо этого появляется тепло глубоко в животе. Понятия не имею почему, но прилив силы наполняет меня.
Его рука касается моего подбородка, его пальцы сжимают мои щеки и запрокидывают голову, чтобы я смотрела ему в глаза. Его нормальные темные глаза более интенсивны, чем когда-либо.
— Не убегай от меня, — рычит он, прежде чем его рот рушится на мой. Слегка потянув пальцами, он раздвигает мои губы и засовывает свой язык мне в рот. Я стону, мои руки тянутся к его груди, чтобы схватить его, пока он пожирает меня.
Этот поцелуй так отличается от всех остальных. Я чувствую вкус человека, которого он скрывал все это время. Он отодвигается назад. Мы оба хватаем ртом воздух. Его лоб прижимается к моему, его руки сжимают мою задницу, полностью прижимая к своему телу.
— Ты Калабрези?
— Да, — я облизываю свои опухшие губы.
— Ненадолго, — его губы снова приближаются к моим, касаясь моих в легком поцелуе.
— Что это значит? — Как бы ни хотела, чтобы он сказал то, что, как я думаю, он имел в виду, не хочу, чтобы он это говорил. Я не могу быть его. Не тогда, когда мой отец уже нашел меня. Знание того, что Девлин хочет меня так, как я бы никогда не смогла, заставляет сердце болеть сильнее, чем мысль о том, что он просто не хочет меня.
— Ты будешь Харриган.
Я мотаю головой.
— Он убьет тебя, — я плотно закрываю глаза. — Отведет тебя в подвал. А оттуда никто еще не возвращался.
— Ему придется убить меня, чтобы забрать тебя у меня. — Девин сердито смотрит, на его лице четко видно жажда насилия.
— Не хочу, чтобы ты пострадал.
— Моя работа — защищать тебя. А твоя — быть моей.
Я замечаю, что на самом деле он не просит быть его. Если честно, я даже не хочу слышать просьбы об этом от него. Мне нравится, как сильно он хочет, чтобы я принадлежала ему.
— Я не буду убегать от тебя. Обещаю.
— Вот она, моя хорошая девочка, — его большой палец поднимается и проводит по моей нижней губе. Сладкая, тупая пульсация осталась от его поцелуя. — Я был груб.
— Мне понравилось, — признаюсь я. Мне нравится, что я действую на него таким образом.
Девлин впервые в жизни заставил меня почувствовать себя сексуальной. В нём это есть с самой нашей первой встречи. И то, как он поцеловал меня несколько минут назад, дало мне прилив силы.
Я вытащила его тьму на поверхность. Сжимаю пальцы на его груди, понимая, что теперь это и моя тьма тоже.
Глава 15
Девлин
— Бери Маму и иди в нашу комнату. Запритесь там. Я разберусь с твоим отцом, — я возвращаюсь к двери, в которую только что вломился.
— Никто не может справиться с ним, — её глаза становятся шире. — Он тот, кто справляется со всеми.
— Но не со мной, куколка, — я замолкаю и бросаю на нее ещё один взгляд сверху вниз, просто запоминая её. — Не знаю, заметила ли ты, но я плохой человек. Я не бегу. Я ни перед кем не преклоняюсь. Даже перед Доном Чикаго.
Её лицо бледнеет, а голос почти шепчет:
— Он убьет тебя, Девлин.
— Я разберусь с ним, а потом вернусь к тебе, — я снова беру её на руки и просто держу.
— Босс! — Мэлоун зовёт меня.
— Даю слово, — целую её макушку и поворачиваюсь, чтобы уйти. — Иди в мою комнату. Запри дверь. Открываешь только мне или Мэлоуну.
— Хорошо, — слышу её голос, пока иду к лестнице.
Торопясь на первый этаж, я встречаю Мэлоуна в фойе.
— Впусти его. Только его машину. Никаких ебучих прихвостней.
Мэлоун хватает свой телефон и передаёт мой приказ по линии.
— Блядь, это плохая идея, — он кладет в карман свой телефон и проверяет спрятанное оружие.
— Будь вежлив. Соблюдай наши законы и протоколы.
— Что произойдет, если он не послушается?
— Уверен, так и будет, — хрустя костяшками пальцев отвечаю ему. Он поворачивается ко мне.
— Один вопрос, Дев. И только. — Я молча соглашаюсь.
— Она того стоит? — Он спрашивает об этом с искренним беспокойством, с любопытством и каким-то отчаянием. Он хочет, чтобы мы прошли через это и остались целыми и невредимыми. Его напряженная поза и серьёзный взгляд говорят сами за себя. Я уважаю это. Мы бы не зашли так далеко из-за безрассудства.
— Да и даже больше, — честно отвечаю я. Он проводит рукой по пиджаку.
— Это всё, что мне нужно было знать, — он пожимает плечами. — Давай сделаем это.
— Вежливо, — говорю снова. — Давай прощупаем его.
Быстрый стук в дверь сигнализирует о его прибытии, и я коротко киваю моему охраннику у двери. Он
