— Вот именно дети, — тут же зацепился Джон. — Сама природа наделила женщину способностью рожать детей, а значит ее предназначение их воспитывать.
— Да, именно то, что природа дала только женщине способность рожать, уже ставит ее выше мужчины. А воспитывать детей — это совсем не значит сидеть дома и быть слабой. Детей могут воспитывать и мужчины, у наших это неплохо получается.
— И все же это неправильно, — покачал головой Джон. — Ну, неужели тебе никогда не хотелось быть слабой и беззащитной, не хотелось, чтобы о тебе кто-то позаботился, защитил?
— Нет, — подумав, покачала головой Хьяра. — Никогда.
— Не верю. Даже мне иногда хочется все бросить и ни за что не отвечать, не быть никому должным, даже как-то были мысли, что женщиной быть хочется. Правда, я тогда очень нетрезв был.
— Ты, женщиной? — засмеялась Хьяра.
— А чего ты смеешься? — обиделся Джон. — Гордиться должна, что даже мужчинам иногда такие мысли в голову приходят.
— Не обижайся, — все еще смеясь, попросила девушка. — У меня тоже бывают периоды, когда я устаю, но мужчиной в такие моменты мне быть не хочется. А когда мне все надоедает, я откладываю дела и просто отдыхаю или еду в Сур или Исламабад, чтобы отвлечься от повседневных дел.
За разговорами Хьяра и Джон не заметили, как наступила ночь. Все пассажиры разошлись и на палубе были только они, да иногда проходили дежурившие матросы.
— Да ты совсем замерзла, — воскликнул Джон, случайно коснувшись руки Хьяры. — Пойдем на камбуз, попросим горячего чаю и по каютам.
Хьяра согласно кивнула. Джон нашел дежурного, уговорил его открыть для них кухню, пообещав оставить после себя идеальный порядок. На корабельной кухне они сами сделали себе чаю и, хихикая, выпили его, закусывая найденными тут же сухарями.
За время плавания Хьяра очень сдружилась с Джоном и Симоном. Дуболом показательно уходил, стоило ей появиться, но больше ни разу не пытался заговорить с ней. Джон и Симон развлекали Хьяру морскими байками, иногда к ним присоединялся капитан Якобсон. Хьяра же, в свою очередь, рассказывала истории из жизни Предрайских Кущ. Истории создания женского государства и современные истории вызывали неподдельный интерес у ее слушателей. Время прошло незаметно, и вот наступил день, когда корабль прибыл в порт Северной страны.
— Вот мой адрес, — протянул Джон бумажку: — Тут я бываю после каждого плавания, если что, обращайся.
— Спасибо, — поблагодарила девушка, убирая адрес в одну из своих сумок: — Где меня найти ты знаешь.
— Знаю, но в гости ездить не обещаю.
— Если вдруг снова попадешь в беду, сообщи мне, я постараюсь помочь, — не обращая внимания на его иронию, сказала девушка
— Спасибо, — изумленно произнес Джон. Он был удивлен и растроган, он никак не ожидал, что Хьяра предложит такого рода помощь. — Спасибо, — еще раз сказал он. — Вот никогда не подумал бы, что в рабстве найду такого друга.
— Я тоже, — печально сказала девушка. — Ты первый раб, с которым мне так приятно общаться даже после освобождения. Искренне желаю, чтобы тебе никогда не пришлось прибегать к моей помощи.
— Спасибо, я постараюсь, — улыбнулся Джон. — Ну, вот мы и прибыли. Ты куда дальше?
— В столицу, — ответила Хьяра. — А ты?
— А я тут немного задержусь. Надо найти кое-кого и объяснить, что нехорошо продавать людей в рабство. А потом, я Себастьяну обещал родных его навестить. Ну что ж, счастливого тебе пути. Может еще когда свидимся.
— Прощай, Джон. И удачи тебе.
Всю дорогу до столицы Хьяра скучала, пейзаж за окном увлекал ее совсем не долго, а потом мелькание незнакомых деревьев надоело, и Хьяра то дремала, то думала о чем-то своем. В столицу Северного государства она прибыла рано утром, Сняв комнату в первом попавшемся пансионе с завтраком, девушка заплатила за несколько дней вперед и легла спать. Проснулась она после обеда.
— Иван, — крикнула, было, она, но оборвала себя, вспомнив, что находится не дома. Хьяра встала, потянулась и пошла в небольшую ванную комнату. Комнатка была совсем малюсенькой, деревянные доски, которыми был выложен пол потемнели от времени и воды и, хотя и были прочными, выглядели крайне неприглядно. Вместо привычных для Хьяры бассейнов здесь была одна большая кадка, в которой, видимо, и предполагалось принимать ванны.
— М-да, — вздохнула девушка и стала разводить огонь в имеющейся тут же печке, чтобы нагреть себе воды.
— С рабами гораздо проще, — вздохнула она, в третий раз добавляя горячую воду в кадку. Вода все никак не хотела становиться достаточно теплой. — Ладно, будем считать это экзаменом на выносливость, — снова вздохнула Хьяра и поморщилась, горячей воды она умудрилась перебавить.
Ванна освежила ее и помогла разогнать сонное состояние, которое остается после долгого сна днем. Хьяра вытерлась и забегала по комнате в поисках одежды, бегать совсем голиком было холодно. Девушка оделась в свою повседневную одежду, белую рубашку, белые брюки, высокие белые сапоги и белую чалму на голову. Потом, вспомнив о предупреждении знакомой, она одела еще и теплую куртку. Много оружия Хьяра решила с собой не брать и взяла только саблю и кинжал. Маленькие ножи, которые прятались в сапогах и на одежде, она оружием не считала, они были при ней всегда и применялись только в случае крайней необходимости. Девушка спустилась вниз, нашла хозяйку пансиона и записала адрес своего нового жилья, чтобы если вдруг она заблудится, иметь возможность спросить дорогу. Хозяйка удивленно рассматривала постоялицу, столь странно и не по погоде одетую, но вопросы задавать не решилась, ее несколько смущало оружие, висящее на поясе у гостьи.
Хьяра вышла на улицу и по привычке закрыла лицо отрезом чалмы, она понимала, что сильно выделяется, но так ей было привычнее, и с закрытым лицом она почему-то чувствовала себя безопаснее. Сегодня девушка решила просто осмотреться, а уж к делам приступить завтра, как следует выспавшись и продумав свои планы.
Рассматривая витрины магазинов и мелких лавочек, прохожих и проезжавшие кареты, Хьяра вышла на центральную площадь. Площадь была полна народу. Люди сидели в маленьких открытых кафе, гуляли, что-то покупали. Девушка купила у пробегавших мальчишек-разносчиков несколько вечерних газет и зашла в приглянувшийся ей ресторанчик. В ресторане было гораздо прохладнее чем на улице и Хьяра поежилась, хотя посетители сидели в легких платьях и костюмах. Заведение называлось "У Нептуна" и его отделка содержала в себе множество морских предметов. Были тут и рыболовные сети, и раковины, и муляжи различных рыб, и небольшой якорь. На стенах был изображен мужчина с трезубцем и русалками вокруг, которого Хьяра сочла тем самым Нептуном. Легенды о морском владыке у северян и Предрайских амазонок отличались, но Хьяра имела некоторое представление о мифологии других стран. Девушка выбрала угловой столик на открытой террасе, который позволял ей свободно наблюдать за тем, что происходит на площади, и заказала какую-то рыбу и чаю с яблочным пирогом. Пока официанты выполняли заказ, девушка успела пробежаться глазами по одной из газет. Сейчас ее интересовали больше светские сплетни, которых в газете было предостаточно. Хьяре очень повезло и в одно из новостей упоминалось имя посла Северной страны в Исламабаде, а, следовательно, он был в столице. Кроме того, была заметка и об одном из должников, который отказался платить, в статье упоминалось, что он крупно проигрался в карты на недавнем карточном чемпионате.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
