Это был крупнейший научно-исследовательский проект в истории. Перемены погоды, расписания поездов, вулканические извержения, предпочтения покупателей – все детали повседневной жизни Невероятных Мест тщательно документировались, и в Обсерватории непрерывно слышался скрип перьев по бумаге.
Хорошо хотя бы за наблюдателями не приходилось особо следить. Правила в Обсерватории были простые: никаких разговоров и никаких записок. А дети здесь сидели неглупые. Точнее, очень даже умные, самые светлые головы Союза. А за успешное выполнение обязанностей их обещали зачислить в институт по окончании проекта. И никто не хотел рисковать этой возможностью. Точнее, почти никто…
Она с досадой покосилась на единственный пустой стол в Обсерватории. Подзорная труба покрылась тонким слоем пыли и, казалось, осуждающе смотрела на Неому. Черное пятно на ее безупречной репутации. Местным детям чихать запрещено без разрешения Капитана, что уж говорить об исчезновении! Как так вышло? А главное, почему? Что заставило этого наблюдателя отказаться от блестящего будущего? Не мог же он вернуться к своему жалкому прошлому?
Она все еще раздумывала над этим вопросом, когда по Обсерватории прокатилась волна шепота. Все повернули головы. Кто-то даже показывал пальцем. Неома сощурилась, повернулась посмотреть, что привлекло всеобщее внимание, и чуть не ахнула. Одна из наблюдательниц оставила свой пост и лавировала между письменными столами. Другие стражницы тоже ее заметили, но Неома остановила их взглядом. Она сама с этим разберется.
– Эй, ты! – рявкнула она, и ее голос эхом разнесся по залу. – Куда направилась?
Наблюдательница – светловолосая девочка в очках с толстой оправой – в ужасе замерла.
– Я… Я, э-э… – запинаясь, пробормотала она. На ней была серая скучная униформа, как и на всех наблюдателях, а беджик на груди сообщал:
Привет! Меня зовут: МАЙЯ
Я изучаю: СУМЕРЕЧНЫЕ ПУСТОШИ
– Тебе наверняка известно о правилах защиты информации, – прошипела Неома. – Никому не позволяется вставать с места без моего на то разрешения. – Вдруг она заметила, что девочка сжимает что-то в руке. Страницу, вырванную из отчетной книги, всю исписанную и сложенную вдвое. – А это что?
Майя завела руку за спину, но Капитан Стражи была почти в два раза ее выше и просто наклонилась забрать бумажку.
Майя вся сжалась:
– Прошу вас, Капитан, не надо. Я ничего не нарушаю, только выполняю приказ. Честное слово!
– Я не отдавала никаких приказов. Покажи, что там у тебя.
– Знаю, – ответила девочка и оглянулась на дверь с табличкой «Кабинет руководителя». – Это приказ его светлости.
Неома посмотрела Майе прямо в глаза, гадая, не лжет ли она, но во взгляде наблюдательницы не было ни капли обмана.
Капитан Стражи поняла, что они привлекают к себе чересчур много внимания, и отвела Майю в сторону от письменных столов, в самый центр Обсерватории, открытое круглое пространство, где никто не мог за ними подсмотреть и их подслушать, поскольку все наблюдатели сидели к ним спиной. Неома опустилась на одно колено и положила ладонь девочке на плечо.
– Скажи, Майя, – мягко произнесла она. – О чем тебя попросил его светлость?
– Он… Он сказал внимательно следить за тем, что происходит в Обсидиановой Башне, и докладывать ему о любых странностях. Вот я и иду доложить. Я увидела кое-что очень странное. – Майя прерывисто дышала и мяла в трясущихся руках бумажку. – Я все записала, как он и попросил.
Капитан Неома едва удержалась от того, чтобы крепче сжать плечо Майи. Она не понимала, зачем его светлости новости с Обсидиановой Башни, но в ней нарастала тревога. От леди Сумрак ничего хорошего ждать не приходилось.
– Ты отлично постаралась, Майя, – сказала Неома и похлопала девочку по плечу. – Я отнесу его светлости отчет. – Она протянула руку за бумажкой.
Майя отшатнулась:
– Он просил никому это не показывать, Капитан. Видите? – Она ткнула пальцем в слово «Секретно», выведенное ее почерком на сложенном листке.
– Обещаю не смотреть, – сказала Неома. – Клянусь честью.
Она встретилась с девочкой взглядом, и та нехотя протянула бумажку.
– Спасибо, – сказала Неома и выпрямилась. – Можешь возвращаться за свой стол. Рабочий день еще не закончился.
Майя вздохнула с облегчением и широко улыбнулась.
– Знание – наше сокровище! – продекламировала она.
– Да-да, и мы его хранители. А теперь марш отсюда!
Майя кивнула и поспешила к своему месту. Капитан Неома проводила ее взглядом и направилась к кабине-ту руководителя, уже жалея о своем обещании не читать записку. Что надеялся узнать его светлость и почему не поделился своими соображениями с ней, Капитаном Стражи? Очевидно, его доверие к Неоме пошатнулось из-за пропавшего наблюдателя. У нее защемило сердце от обиды.
Она подошла к кабинету, кивнула сержанту Моне, караулившей вход, и с удивлением обнаружила, что жалюзи на окошке опущены и на них написано: «Никого не впускать». Она замялась.
– У него встреча, Капитан, – объяснила сержант Мона, увидев замешательство Неомы. – Они все утро там разговаривают.
Неома постаралась скрыть удивление. Раньше никто не входил в Обсерваторию без ее ведома, что уж говорить о встречах с его светлостью?
– На сегодня ничего не было назначено, – заметила она. – Вы уверены?
Сержант Мона облизала засохшие губы. Она прекрасно знала о том, как быстро лопается терпение Капитана.
– Его светлость сам их привел, Капитан. Я думала, вы знали.
«Нет, не знала, – подумала Неома. – И, видимо, могу дополнить этим пунктом бесконечно растущий список того, что мне неизвестно».
Она собиралась было постучать в дверь, как вдруг та открылась и из нее кто-то вылетел, чуть не сбив Неому с ног.
– Эй! – рявкнула Капитан Стражи, отпрыгнув в сторону.
Незнакомка остановилась и бросила на Неому взгляд, полный ярости. Это была высокая жгучая брюнетка в до-рогом красном платье и наброшенной на плечи волчьей шкуре. Голова мертвого волка безвольно свешивалась с ее плеча, и он смотрел на Капитана пустыми глазницами. На шее дамы висела тяжелая должностная цепь из чистого золота. Она подобрала волчью шкуру поближе к себе, словно боялась, что Неома ее запачкает, и на запястьях и пальцах блеснули золотые украшения. Незнакомка втянула носом воздух, как будто собиралась накричать на Неому, и Капитан расправила широкие плечи. Металл военной формы тихо звякнул. Ладонь опустилась на плазменное ружье. Дама в волчьей шкуре тут же попятилась.
– Прошу прощения, – прорычала она и понеслась к выходу.
Все наблюдатели украдкой повернули головы, и даже Неома проводила ее взглядом, теряясь в догадках. Наконец бронированная дверь захлопнулась, и размышления Капитана Стражи прервал голос, донесшийся из кабинета:
– Заходите, Капитан. Я вас ждал.
* * *
В кабинете было тепло и уютно, и обставлен он был непритязательно: ряд книжных шкафов у дальней стены, деревянный письменный стол на одной половине
