Слушаю глупый бабский трёп, пытаясь определить свою дальнейшую судьбу. Готовлюсь к тому, что рано или поздно заговорят про меня, и придётся повиноваться. Помню, как Амира взяла меня на какое-то выступление заезжих музыкантов с Копернии. И я весь концерт пролежал в её ложе, носом в ковровую дорожку, потому что ей нужно было куда-то ноги поставить. Разозлил я её перед этим, помнится…
Ненавижу выходить из дома.
Тамалия
— Решила тебе помаду подарить, ты прости, больше ничего не успела, если бы ты заранее предупредила… Цвет классный, тебе подойдёт!
— Литка, прекрати, ничего мне не надо! Прикинь, я тебе тоже помаду привезла…
— Та же фирма?! — разглядываю.
— Ну я же знаю, какую ты предпочитаешь… — смеётся. — Вот ещё… смотри… Твои любимые конфютели, здесь таких нет?
Повизгиваю от восторга, пусть кто усомнится, что две подружки встретились… Хватаю её за руку, сжимаю, что-то бормочу.
Есть у нас в конторе система передачи информации, по примеру древней азбуки Морзе. Сжимаю её руку специальным шифром: "Помоги ему!"
Лерка бросает мимолётный взгляд на Антера, отвечая мне — "Да."
Продолжаю расспрашивать о "знакомых", о том, где она сейчас, чем занимается, рассказываю о своей местной жизни… Кажется, немного успокаиваюсь. Лерка поможет, поищет пути, попытается уговорить начальство, возможно, нам даже удастся вывезти Антера с Тарина…
Боги, как быстро встреча прошла… И как хочется поговорить с подругой подольше… Лерка, какая тут гадость, тут жить невозможно, мне воздуха не хватает, не могу видеть этих издевательств… Лерка понимает, стискивает руку: "Я с тобой".
Спасибо, подружка…
— Прости, зай, пора мне уже, скоро корабль…
— Приезжай ко мне! Хоть на несколько дней, хоть на недельку, я устрою разрешение, только ты заранее сообщи! Я так скучаю!
— Обязательно!.. Слушай, ты тут сиди, не высовывайся, последнего же так и не поймали…
Мрачнею: согласно легенде, я тут, кроме всего прочего, скрываюсь от обидчиков. Киваю, мол, да, я отсюда никуда, а ты приезжай!
— Постараюсь отпуск выбить, — говорит, — тоже хочу с тобой поболтать подольше, эх, сели бы на кухне, да с винчиком, помнишь, как бывало? Ну выглядишь ты классно, Литка, молодец, надеюсь, оправилась?
— Всё нормально, — говорю, — тут для девушек климат благоприятный, носятся с нами как с хрустальными вазами, мужчину чуть ли не за косой взгляд засудить можно!
— Классно вам тут! Обязательно постараюсь приехать! Ну, пора мне, дорогая… — нужно Лерку отпустить раньше, выходить одновременно правилами запрещено. Хотя с удовольствием проводила бы её хотя бы до стены! Но за Леркой дублёр следит, я так и не вычислила, кто из посетителей, впрочем, и не старалась специально, не нужно мне этого знать. Вроде бы никто меня здесь ни в чём подозревать не должен, но мало ли…
— Я заплачу, Чар, беги…
— Ну что ты…
— Не, ты у меня в гостях, счёт за мной! Залетай!
— Ладно, — соглашается, — в следующий раз я угощаю!
Поднимаемся, чмокаемся, она идёт к выходу, я возвращаюсь на место, вставляю карточку в приёмное гнездо, расположенное прямо на столе, подтверждаю сумму, дожидаюсь сигнала про оплату. Встаю…
АнтерНе могу поверить, что так легко отделался, они даже почти и не говорили обо мне, всё своих знакомых обсуждали. Интересно, с чего это госпоже на Тарине сидеть необходимо? Ну да не моего ума дело. Каждая мышца на взводе от ожидания, что же мне предстоит, какой приказ будет отдан, то ли сделать что-нибудь из серии "смотри, какой у меня послушный раб", то ли наоборот — стоять, не смея перечить, на какое-нибудь предложение вроде "хочешь рассмотреть, ты же там у себя и рабов, наверное, не видела? С ним что пожелаешь можно делать, пока я не прикажу, даже пикнуть не посмеет…"
Но нет. Странно. Встали, попрощались, Чара повернулась и ушла, моя счёт оплачивает. Почти вздохнул с облегчением, разве что мысль об избиении самого себя кнутом до сих пор неприятно холодит позвоночник… И тут с ужасом заметил эту тушу — оплывшее дряблое тело, которому уже не помогают никакие косметологические процедуры… Амира… Привычная дрожь прошла по организму. Теперь у меня другая хозяйка, сказал себе. Правда, с разрешения Ямалиты Амира сможет… да что угодно. А такая и спрашивать не станет, девочки всегда друг друга поймут, как говаривала она своим рабыням. И почему у таких сук всегда море денег?!
Тамалия
Толстая тётка неопределённого возраста, но именно тётка, пуская слюни пялилась на моего… чёрт, на Антера. Это заразно, что ли? Считать другого человека собственностью. Постоянно приходится себя останавливать. Впрочем, парней я часто тоже "своими" считала. Большинство из них почитали это посягательством на свободу и благополучно сваливали. Ну и к чёрту, зачем мне непостоянные?
Так, что-то мысли не о том, вот, смотри, какой постоянный завёлся. Не свалит, пока не отпустишь, в письменном виде. Но как-то не радует…
А тётка… с её деньгами (судя по наряду и камешкам) и такую внешность иметь, это ж сколько уже нужно было косметических процедур пройти, чтобы тело не выдерживало? Сейчас и в сто лет можно моложе выглядеть… Старая развратница… И обжора, да. Жирная.
Только тут я заметила, как напрягся Антер, стиснув побелевшими пальцами кнут.
Тётка с приторной улыбкой устремилась к нам. За ней на золотом поводке шёл смуглый высокий атлет — повыше Антера, да в плечах пошире, напомнивший мне племенного быка. Лицо непроницаемо, глаза масляные, профессиональный раб.
Тьфу, дура, нельзя так думать, откуда ты знаешь, что скрывается за этой маской, какая изломанная судьба? Ох, будь моя воля…
— Здравствуй, дорогая, меня Амира зовут, — протянула она мне руку, и пришлось с фальшивой улыбкой пожать и представиться.
— Извини, что я так по-свойски, просто увидела у тебя своего бывшего раба, хорошенький, правда? Как тебе, продавать не собираешься? А то что-то соскучилась я…
АнтерПредательская дрожь в коленях едва не свалила меня на пол. Рефлекс, что ли? Какое счастье, что я никогда больше не прикоснусь к этим свинячьим ногам. Я расправил плечи…
— … увидела у тебя своего бывшего раба, хорошенький, правда? Как тебе, продавать не собираешься? А то что-то соскучилась я…
Никогда больше? Нет, нет, к кому угодно, только не к ней…
Я победил паническое желание с мольбой взглянуть на Ямалиту. Кажется, ей и правда нужно было, чтобы я вёл себя с достоинством, не представляю, для чего. Но почувствовать себя почти человеком… всё же невыразимо приятно. И больно, до ужаса, до тянущей по всей нервной системе раздирающей рези… Мне строго-настрого запретили вставать на колени, повторили с десяток раз, заставили меня повторить — что бы ни случилось, не сметь. Но если решит продать обратно Амире… Лучше пульт, чем обратно, не верится, что так думаю… Откуда она здесь?!
