и следую к лифту. Жму кнопку и жду своей посадки, и внезапно стоящий рядом мужчина заговаривает со мной.
— Таня?!
Поворачиваю голову в сторону голоса и всматриваюсь в лицо парня.
— Митягин?!
А он изменился! В школе был значительно меньше. Высокий, худощавый, в очках, но смазливый. Таким был мой одноклассник — Женя Митягин и по совместительству мой первый парень. Во всех смыслах первый…
Глава 8
А сейчас передо мной стоит просто огромный медведь. Бугры мышц, модная прическа. А вот очков нет, видимо, линзы начал носить. Джинсы в облипочку, и футболка так же облегает всю эту гору Шишабангму.* Не люблю такой стиль на мужчинах. Ну да ладно. Не ожидала его здесь увидеть…
— А тебя и не узнать! — трогаю его бицепсы и за одним трицепсы. Они каменные! — Ого! Да ты как тот зелёный громила!
Мы с Женей смеёмся, и в это время приезжает наш межэтажный стеклянный корабль, куда мы сразу же заходим.
— Работа обязывает держаться в форме, — широко улыбается парень, а затем проходится оценивающим взглядом по мне. — Я тоже сначала подумал, показалось. Но твоя родинка на щеке тебя выдала.
Митягин раньше, может, и походил на ботана, но за ним бегало полшколы девчонок. Всегда дерзкий, с вечной шикарной улыбкой, он покорял наивные девичьи сердца. Но был моим! С девятый по десятый класс… Эх! Но о тех временах я подумаю чуть позже…
— Ах, это всё моя родинка! Неужели так изменилась? — и с моего лица не пропадает искренняя улыбка. Неожиданная и очень приятная встреча всё-таки!
— Изменилась. Но все такая же красотка! — подмигивает мне.
— Ну спасибо! — не теряюсь и игриво подмигиваю в ответ. — Так что за работа? Только не говори, что ты работаешь в "Perfect body"? — расширяю глаза и улыбаюсь удивлённо от пришедшей догадки.
— Да, как раз туда и устроился недавно. Сегодня второй рабочий день. Ты тоже там работаешь?
Охренеть! Вот так совпадение!
— Представляешь, похоже, я твой начальник! — подняв подбородок вверх, ехидно стреляю глазами в своего, оказывается, подчинённого.
— Жена Котова что ли?
— Пф-ф, — фыркаю, тут же растеряв всё игривое настроение. — Ещё чего! Нас с ним абсолютно ничего не связывает! — чеканю, как можно более убедительно, чтоб не наплёл там себе в голове паутину из предположений. Ни к чему на работе слухи, что нас с Котовым что-то связывало, пусть и в прошлом. Все будут считать меня его действующей подстилкой, которая "насосала" свою должность. Я, конечно, по блату, но кому-то знать об этом вообще не нужно. Уважения потом не жди. — Чисто профессиональные, чтоб ты знал, — перчу пафосом и строгостью. Да, сама. Должность эту заполучила потом и кровью.
Женя снова смеётся.
— Конечно! Я понял, не переживай, — хитро прищуривается. — Кто-то вчера опоздал на работу. Ай-ай-ай, Таня!
— Да, так получилось, — вздыхаю я, отгоняя воспоминания о том, как меня за это наказали. — Не напоминай.
Выходим на своём этаже, а на часах ещё только 8:20. А вот это можно назвать хорошим началом дня. Интересно, если бы я опоздала и сегодня, Гриша бы осуществил свою угрозу?
Двигаемся с Женей в сторону кабинетов, попутно рассматривая мечущихся по помещению других работников.
— У тебя интересный акцент. Я слышал, ты уезжала из России? — спрашивает Митягин.
— Ага. В Италии жила.
— Ого, — дёргает головой он. — Семья, дети?
— В разводе, дочка.
— Понятно, — усмехается бывший одноклассник, а затем вновь растягивает рот в широкой улыбке. — А я вот так и хожу холостой. Никто так и не может меня окольцевать.
— Не переживай, время ещё есть, — успокаиваю парня и кидаю быстрый взгляд на его орешки. Ого! И тут накачал.
Последний раз видела его на выпускном в одиннадцатом классе. И тогда он был плоским со всех сторон. Странно осознавать, что это один и тот же человек.
— Да я и не переживаю. Мне в кайф так жить. Никому ничего не должен. Никакой ответственности. Свобода! — раскидывает руки в стороны Митягин.
— Да, и в этом есть свои плюсы. Но знаешь, я не жалею. Свобода свободой, но за свою дочь я очень благодарна богу.
— Каждому своё, — хмыкает Женя.
— Ты прав, — останавливаюсь возле своего кабинета и, прищурившись, улыбаюсь. — Ну, я пойду пока в свой кабинет. До встречи.
— Конечно… Танзиля Толгатовна, — моё имя произносит, чуть понизив голос и, снова подмигнув мне, уходит в сторону комнаты отдыха.
С улыбкой провожаю его объёмную фигуру взглядом и вдруг чувствую, как спину жжёт, словно от лазера. Оборачиваюсь и тут же упираюсь глазами в Гришу, пристально наблюдающего за мной в отдалении. Сердце ухает в… видимо, ягодицы, потому что мягкое место начинает пульсировать. Но я, не выдавая своих ощущений, спокойно киваю ему и быстро захожу в свой кабинет.
При виде него воспоминания о вчерашнем его сумасшествии приобрели более яркий привкус, отчего в горле вмиг становится сухо. Щёки загораются.
Сложно… Сложно мне будет…
В моём кабинете тоже поставили кулер с водой, чему я охренеть как рада сейчас. В горле пересохло невообразимо! Перед глазами мелькают картинки моего наказания и даже те звуки жужжат в ушах, прохладная вода скатывается ручейком по горлу, а дверь в кабинет открывается. И мне даже гадать не нужно, кто же пожаловал.
Не оборачиваюсь, а наливаю ещё воды.
— Я смотрю, ты уже успела познакомится с нашими тренерами? — без прелюдий раздаётся вопрос. И, мне слышится, или в нём и правда присутствуют нотки предъявы?
— И вам доброе утро, Григорий Александрович, — пропеваю и крупными глотками опустошаю прозрачный стаканчик. Выдыхаю блаженно и только потом отвечаю: — Ага, познакомилась. Ещё в школе. Классе так в третьем, — выкидываю пластик в урну рядом и разворачиваюсь к «начальнику», на лице которого непонимание в виде сведённых к переносице бровей. Цокаю и добавляю: — Это мой одноклассник, — поправляю волосы и решаю добавить ещё: — И вообще, какое тебе дело?
Гриша откидывает голову назад и глубоко вздыхает.
— Господи, дай мне сил, — снова возвращает свой взгляд на меня и сканирует им с головы до пят. Так и тянет принять позу, чтобы лучше мог рассмотреть все выгодные стороны. Но решаю не дразнить ещё больше нашего неуравновешенного начальника. — Что это на тебе?!
Ого, Котику снова не нравится то, как я выгляжу? Походкой от бедра подплываю к столу, сажусь на его край и скрещиваю ноги.
— Платье, разве не видно? — мой голос спокойный, а вот у Гриши, похоже, начал дёргаться глаз. А мне, оказывается, нравится его злить!
— Я вижу, что платье, — угрожающе тихо прорычал, а затем на весь кабинет: —
