Но я вчера ясно дал понять, что твой вид не соответствует дресс-коду!
— И что я по-твоему должна носить? Может, мне надеть паранджу?
Он в считанные секунды оказывается возле меня. Близко. Начинает цедит слова, пристально смотря мне в глаза. А я не ошиблась, глаз и правда дёргается.
— Ты, видимо, забыла, благодаря кому у тебя сейчас есть работа? Так что советую не злить меня. И, если я говорю, что твои платья не подходят, то значит они не ПОДХОДЯТ!
Наши носы практически соприкасаются, чувствую его дыхание на своих губах. Чёрт! Задерживаю дыхание и пытаюсь словить внутренний «дзен». Главное самой сейчас держать себя в руках.
— Отшлёпаешь меня, как вчера? — кое-как натягиваю ухмылку и с вызовом приподнимаю одну бровь. Гриша застывает, прикрыв глаза. Вдохи глубокие. Я вижу, как он пытается совладать с собой. Знаю, как у него всегда отключались мозги рядом со мной. Да и у меня мыслительный процесс рядом с ним отсутствовал. Но сейчас я хочу расставить всё по своим местам, чтобы впредь не вздумал лезть ко мне. — Тебя заводят мои наряды, поэтому ты злишься, — проговариваю тихо, медово. А затем наклоняюсь к его уху. — Я знаю, что в твоей голове. Ты хочешь меня, но ещё борешься с собой…
Кладу ладонь на его грудь, отодвигая от себя. Замечаю, как топорщатся его брюки. Я права во всём, а вот он, видимо, не согласен. Но в том, что будет отрицать я и не сомневалась. Открывает глаза и резко хватает меня за руки.
— Что за херню ты несёшь?! — выплёвывает мне в губы, грубо дёрнув на себя.
— Ты всё такой же плохой мальчик и изменяешь своей жене?
— Я никогда не изменял ей и не собираюсь!
Это мне и нужно было услышать. Гриша уже яростно рычит, но мой голос спокойный. Хочу, чтобы он понял, какую ошибку совершает, приближаясь и прикасаясь ко мне.
— Что же ты тогда делал вчера? Ещё бы чуть-чуть и ты бы трахнул меня прямо у стены. Разве так поступают примерные мужья?
Он ухмыляется, но могу заметить, как тяжело ему это даётся сделать сквозь частое и лихорадочное дыхание.
— Помнится мне, ты не была против, чтобы я тебя трахнул.
— Ты прав, — сглатываю, собирая всю волю в кулак. — не была. Но только я свободна, а ты женат, — хватаю его за лацканы пиджака и говорю тихо, но твёрдо: — Больше никогда не трогай меня! Не хватай и не смей думать, что я буду спать с тобой. Между нами только профессиональные отношения и большего быть не может. Забудь, что нас что-то связывало. Вчерашняя моя реакция ничего не значила. Так было бы с любым, кто был на твоём месте. Я больше ничего к тебе не чувствую… Больше не люблю. Все в прошлом. Ты же не хочешь снова испортить свою жизнь мной? — какие лживые слова. Но я должна была сказать их. Пусть лучше ненавидит, презирает и не подходит ко мне. Ничего не в прошлом, но между нами и правда больше не может ничего быть, даже если это просто секс без обязательств. Знаем, плавали. Гриша шумно дышит, прикрыв глаза. А я отпускаю его и решаю добавить единственную правдивую и верную мысль, а вернее, главный аргумент. — Ты же знаешь, что ничем хорошим это не закончится.
Он знает…
Поэтому тут же отходит от меня и начинает ходить по кабинету, растирая лицо и рыча себе в ладони что-то о том, как ненавидит меня.
Вдыхаю поглубже, прогоняя слёзы, и настраиваю, как можно более деловой тон.
— Я обещаю выполнять свои обязанности. И обещаю, как только заберу дочь, то исчезну из твоей идеальной жизни. До тех пор ты не лезешь ко мне, я не лезу к тебе.
— Все сказала?! — впивается в меня диким взглядом, резко остановившись.
— Нет, не всё. Я обещаю одеваться скромнее, насколько мне позволит мой гардероб, и больше не провоцировать тебя на… то, что было вчера.
Гриша злится, я вижу это. Но только на что? И сам всё понимает. Не дурак. Наоборот, должен благодарить меня за то, что я такая понимающая.
— В комнате отдыха через пять минут, — цедит приказ и быстро выходит из кабинета. А я облегчённо выдыхаю. Надеюсь, он услышал меня.
Поправляю волосы, платье и ровно через пять минут выхожу следом.
Зайдя в комнату вижу, что все уже, похоже, собрались. Здесь около двадцати человек, не считая меня и Гриши. На моё удивление, штат не состоит только из цыпочек, как я предполагала. И это интересно. Прошлый Гриша точно бы создал царство из своих эротических фантазий, где даже техничка намывала бы полы в бикини.
Здесь люди разных возрастов, и мужчины, и женщины. А мой намётанный глаз сразу вычисляет кто есть кто.
— Знакомьтесь, это ваш непосредственный начальник после меня — Разумовская Танзиля Талгатовна. Она будет следить за вашей работой и работой клуба в целом, — холодно проговаривает Гриша, отчего в комнате вмиг становится на несколько градусов жарче. Мне.
Какой строгий и важный. Уф-ф…
— Здравствуйте, — доброжелательная улыбка на моём лице и сканирующий каждого присутствующего взгляд.
Гриша, не теряя времени, сразу начинает перечислять работников и их должности, указывая поочерёдно рукой.
— Наша медсестра — Светлана Анатольевна.
— Я! — отзывается женщина с округлыми формами и закрученными на лбу локонами в стиле 50-х годов.
«По улыбке вижу, жизнерадостная, хорошая женщина. Берём!» — улыбаюсь ей в ответ.
— Наш механик, он занимается всем оборудованием и исправляет неполадки. Константин Михайлович, — указывает Гриша на следующего, всё это время прячущегося за широкими спинами тренеров. И мои глаза лезут на лоб при виде него.
— Здрасьте! — противно лыбится мой противный сосед, снова, как и тогда в подъезде, скользя взглядом по моему телу. — А мы уже знакомы с начальницей!
Гриша удивлённо приподнимает брови, повернувшись ко мне.
— Ну не будем углубляться! Продолжим! — спешу оборвать дальнейшие возможные вопросы и россказни своего соседа. Сейчас закатит историю, как я не могла попасть в квартиру и где вообще живу. Боже упаси, если кто-то узнает, что мы соседи!
Сосед замолкает, слава богу, а «босс» кивает и продолжает.
— Наш бармен в кафе — Игорь. С его сменщиком познакомитесь позже.
Мы с обычным на вид парнем приветственно киваем друг другу. Котов указывает на стройных, длинноволосых брюнетку и блондинку.
— Марина и Катя — наши администраторы на ресепшене.
— Здравствуйте, — враз весело здороваются девушки.
Хм… А вот эти бы вполне вписались в тот «райский» клуб Гриши. Но вроде нормальные.
— Наша уборщица — Нина Петровна, — прерывает мои мысленные
