– Почему старик, услышав выстрел, ничего не предпринял?
– Он решил, что грохнул паровой котел в подвале – такое случается (поэтому в доме так холодно – его не включают на полную мощь), и, покинув кладовую, заспешил в кухню, чтобы позвонить слесарю, которого он вызывает всякий раз, когда случаются неполадки. Тот приехал, когда в доме уже были мы, стало ясно, что с котлом все в порядке.
– Что ж, понятно… – Герда осторожно отхлебнула из кружки чаю. Ее сожженное небо болело, и приходилось быть аккуратной. – Вы приехали лишь затем, чтобы сообщить мне это?
– Конечно же, нет. – Он глотнул какао, посмаковал его и остался доволен вкусом. – У меня к вам пара вопросов, надеюсь, вы на них ответите.
– Постараюсь. Только, если можно, давайте поторопимся. За мной с минуты на минуту заедут…
– Не волнуйтесь, это не займет много времени… – Он хлебнул какао и с наслаждением зажмурился. Герда заметила, что у Кравцова удивительно красивые ресницы. Да и вообще он парень симпатичный, только худой очень. – Госпожа Андреева, я вот что хотел спросить: вы знали, что ваш муж обращался к услугам частного детектива?
– Нет, откуда?
– Он не говорил вам об этом вчера?
– Я же уже сообщила вашему коллеге Сахарову, что мы с Костей успели переброситься парой стандартных фраз.
– Значит, не говорил? – упрямо переспросил Кравцов.
– Нет. А зачем он к нему обращался?
– Вот это нам и необходимо узнать. Однако никто из свидетелей, кроме одного, даже не в курсе, что покойный пользовался услугами сыщика.
– Кстати, кто сказал вам об этом? Если не секрет, конечно.
– Не секрет. Сын хозяйки, Александр Морозов.
– А он откуда узнал?
– Какой-то телефонный разговор краем уха услышал и понял, что Константин записывается на прием к частному сыщику. Однако, когда спросил у него, зачем тот ему понадобился, ваш муж отбрил парня, сказав «не твое собачье дело».
– Будете теперь изучать распечатки Костиных телефонных разговоров?
– Конечно, будем. Но процесс этот долгий. А мы надеялись узнать, по какому вопросу, а главное – к кому обратился ваш супруг за услугами. Кстати, может оказаться, что все записью на прием и закончилось…
– Да, вполне возможно. Но я даже предположить не могу, зачем Косте понадобились услуги детектива.
– Он мог чего-то опасаться. Или хотел оказать на кого-то давление, раздобыв компромат. Люди обращаются к детективам по разным вопросам.
Тут из прихожей раздался пронзительный треск.
– Боже мой, что за ужас? – испугался опер.
– Не бойтесь, это у меня домофон периодически такие звуки издает. Мастеров вызывать надо, а мне все некогда…
Герда добежала до прихожей и нажала на кнопку.
– Госпожа Андреева, – услышала она, – машина у подъезда.
– Хорошо, спущусь минут через десять. Подождете, ладно?
– Конечно, можете не торопиться.
Вернув трубку на рычаг, Герда вернулась в кухню.
– Вы извините меня, но я должна собираться, – сказала она Кравцову.
– Да, да, понимаю, уже ухожу. Но разрешите еще вопросик?
– Валяйте, – обреченно выдохнула она.
– У вашего мужа были враги в те годы, когда вы жили вместе?
– Нет.
– Уверены?
– Возможно, у него были недоброжелатели, люди, которым он не нравился, но чтоб враги… Нет, я уверена, их не было.
– А среди его знакомых тех времен не помните человека по фамилии Мойкин? Зовут Алексеем.
Герда напрягла память.
– Нет, – покачала она головой, – я такого не помню. А что это за человек?
– Приходящий в дом Мороз слесарь-сантехник. В день убийства он находился в особняке. В апартаментах Елены Морозовой-Крэйн, иначе говоря, американской тетушки, подтекал унитаз, и сантехник был вызван для ремонта.
– И что из того?
– А то, что господин Мойкин родом из того города, где вы учились. В Питер он переехал всего три года назад. Так что вполне мог пересекаться с Константином раньше.
– А он что говорит?
– Отрицает факт знакомства, но если убийца именно он, то это логично.
– Как, вы сказали, этого Мойкина зовут?
– Алексеем.
– Я помню какого-то Леху. Костя частенько зависал у него в квартире. Они вроде бы в один спортзал ходили… Но не знаю его фамилии. И как выглядит, сказать не могу. Хотя нет, постойте… Костя говорил, что Леха здоровенный, как буйвол.
– Мойкин именно такой. Высокий, мускулистый. И, кстати, он заядлый охотник. Его много раз видели у стенда, на котором развешено оружие. Двустволку именно оттуда взяли. А вот откуда патроны, еще предстоит выяснить.
Герда нетерпеливо переступила с ноги на ногу. Она не любила заставлять людей ждать, а если старший оперуполномоченный не свернет беседу, шоферу Мороз придется просидеть в машине гораздо больше десяти минут.
– Я вижу, вам не терпится уйти, – заметил ее нервозность Кравцов.
– Просто меня ждут… Извините.
Он кивнул. И стал прощаться.
– Если что, звоните, – сказал он, перед тем как уйти, и сунул Герде визитку.
– Если что? – переспросила она.
– Ну мало ли… Вдруг в памяти что-то всплывет. Для следствия любая мелочь важна.
– Хорошо, я обязательно позвоню…
Кравцов еще раз сказал «до свидания» и покинул квартиру. Спустя минуту Герда сделала то же самое.
Глава 3
Дверь ей открыл все тот же дворецкий. Поприветствовав гостью полупоклоном, он жестом пригласил ее войти.
– Извините, я могу узнать, как вас зовут? – обратилась к старику Герда.
– Карл, – представился тот и вновь склонил голову. Не подобострастно, а с достоинством. Наверное, именно так когда-то джентльмены раскланивались друг с другом. – Если угодно, Карл Эдуардович.
– Карл Эдуардович, я хотела поблагодарить вас за то, что вы свидетельствовали в мою защиту…
– Благодарите не меня, а хозяйку. Именно она попросила меня солгать следователю.
– Солгать? – ахнула Герда. – То есть вы хотите сказать, что не слышали выстрела?
– Выстрел слышал, но вас не видел. Я находился в кладовке, за закрытой дверью.
– Но зачем Снежане понадобилось меня выручать? – непонимающе протянула Герда.
– Не могу знать. Меня попросили дать показания, я дал.
– Но это же лжесвидетельство! Вы рисковали, идя на поводу у хозяйки…
– Я служу госпоже Мороз уже двадцать лет. Я сделаю все, что она попросит.
– Даже спрыгнете с крыши этого замка?
– Естественно, нет. Мы говорим о разумных просьбах и требованиях. – На этом старик решил закончить разговор. – Хозяйка ждет в кабинете. Я провожу вас…
– Спасибо, не стоит, я помню дорогу.
– Как вам будет угодно…
Засим последовал фирменный поклон, после чего Карл удалился. А Герда направилась к лестнице.
– Эй, привет! – услышала она и обернулась на голос. – Привет, – повторил Тема. Герда ожидала, что он задаст свой традиционный вопрос «Как дела?», но услышала совсем иное: – За ключами приехала?
– За ключами? – не поняла Герда. – Какими?…
– От квартиры Кости. Ты ж теперь будешь в ней жить.
Артем подошел к Герде и взял ее под руку.
– Если хочешь, я съезжу туда с тобой. Я ведь сосед Кости, мы из одного дома, и я бывал у него в гостях. Могу и дорогу показать, и по квартире провести. Я хорошо в ней ориентируюсь, и если захочешь что-то найти, подскажу…
– Спасибо, конечно, но я не за этим сюда приехала.
– Нет? – не поверил он. – А зачем тогда?
– Хотим обсудить со Снежаной похороны.
– А… Ну да… – Он потупился. – Кстати, прими мои соболезнования… Я не знал, что Костя был твоим мужем.
– Никто не знал.
– Это точно. – Тема поднял глаза и посмотрел на Герду тем самым взором, который обычно называют «щенячьим». «Какой все же он милый мальчик, – подумала она. – Но представить его в постели со Снежаной решительно невозможно…».
– Все же, если тебе понадобится провожатый или просто какая-то помощь, ты мне свистни.
– Хорошо – улыбнулась Герда.
И, помахав Теме рукой, двинулась к двери в спальню Мороз. В доме стало потеплее, но все равно недостаточно комфортно, и Герда ежилась. А поскольку ее самочувствие и так было не очень, то сбежать из этого ледяного дворца хотелось нестерпимо. «Сейчас быстренько решу все вопросы и домой, – сказала себе она. – В теплую ванну…»
Герда стукнула костяшкой указательного пальца в дверь.
– Кто там такой деликатный? – услышала Герда голос Снежаны. – Но кто бы ты ни был, заходи!
Герда толкнула дверь и оказалась в уже знакомом кабинете. Мороз, как и в прошлый раз, сидела за столом – работала. А вот одета была совсем просто: в водолазку и свободные брюки. Когда Герда бросила взгляд на ступни Снежаны (она закинула ноги на стол), то несказанно удивилась, увидев на них шерстяные носки грубой вязки. Не магазинные, а обычные рыночные. Такими бабки торгуют где-нибудь у метро, а ее тетка Вера вязала их для Кости из старых распущенных кофт.
– Здравствуйте, Герда, – сказала Снежана. – Присаживайтесь, пожалуйста.
